Чтение онлайн

Настала очередь идти Крупе. Он не торопясь еще раз проверил свое снаряжение и глуховатым голосом обратился к Хомутенко:

— Давай, главстаршина, на всякий случай попрощаемся. Может, я все-таки отобью этот треклятый люк. А может, конечно, как все они, упаду назад. Ну, адрес моих родных ты знаешь… Черкни матери. Так, мол, и так, погиб в бою. А подробностей не надо, зачем тревожить старушку…

Хомутенко долго считал его удары, устал и не заметил, как стук утих. Неудача. В душе старшины все-таки теплилась еще надежда… Он на миг представил себе, как его вынесет на поверхность. Вот он сбрасывает с себя лишний груз, широко взмахивает руками, волна ласково подхватывает его тело. Вдали отчетливо виден пустынный берег. И вот уже он распластался на песке, отдышавшись, ползет в кустарники. Дальше дорога известна. Партизаны…

Хомутенко написал записку и спрятал ее туда же, где уже лежал его партбилет. Скомандовал себе:

— Пошел!

Когда старшина поднялся по трапу, то прежде всего ощупал клин кремальеры [9] , потом начал стучать по рукоятке. Сколько прошло времени, он не ощущал, сознание его слабело. Ему оставалось только нажать защелку, чтобы откинуть крышку, но у него не хватило сил. Он потерял сознание и свалился вниз, на тела своих товарищей.

Первыми спустились на глубину водолазы, за ними специалисты и офицеры-подводники. Нас было несколько человек. Мы ходили по палубе, держась за скользкие поручни, осматривали и ощупывали холодный, мертвый металл. Не вызывало никаких сомнений: это была М-33, которой командовал капитан-лейтенант Дмитрий Иванович Суров.

Предстояло восстановить подробности гибели «Малютки». Шаг за шагом мы фиксировали положение механизмов, клапанов, приборов, нашли останки погибших членов экипажа, собрали оставшиеся личные вещи моряков.

Часы в первом и втором отсеках остановились в 20.16. Значит, в это время и произошел первый взрыв, когда трое моряков во главе со старшиной Чуркиным погибли, спасая корабль. Потом до полуночи экипаж был занят ремонтом, пытался всплыть. Как подтверждают документы, в ноль-ноль часов сорок семь минут произошел второй взрыв противолодочной мины. В надстройке найден ее взрыватель. Так «Малютка» окончательно была выведена из строя и потеряла ход. Именно в это время погибли все, кроме семи человек, находящихся в пятом и шестом отсеках. С палубы затонувшего корабля была видна через пробоину радиорубка и останки командира отделения радистов Тихона Дворецкого. Радист как сидел, держась правой рукой за ключ передатчика, так и застыл на месте.

Были найдены партийный билет Хомутенко и его записка. Она почти полностью сохранилась, и из этих нескольких карандашных строк встает картина, полная трагизма и беспредельного мужества, непреклонной воли советских военных моряков бороться до конца, до последнего вздоха. Хомутенко рассказывает, с чего началась. трагедия «Малютки», описывает подробности героического подвига Чуркина, Крамика, Антипова. Вот последние строки:

«Кроме пятого и шестого, все затопило, все погибли. Погас свет. Кормовой люк не открывается. Выходя, задохнулись шестеро. Остался я один. Под водой мы уже больше суток. Душно. Очень хочется жить. Прощайте!»

По заключению врачей, принимавших участие в работе комиссии, семеро моряков во главе с Хомутенко не смогли выбраться на поверхность через кормовой люк и погибли вследствие отравления углекислотой и кислородного голодания. Остальные, судя по всему, были убиты при взрывах мин.

Так мы узнали о подвиге героев-подводников Черноморского флота. Их останки похоронены с воинскими почестями на аллее Славы в Одессе. Когда корабли проходят мимо мест гибели «Малюток», они приспускают флаги и протяжно гудят, воздавая почести верным сынам Отчизны.