Чтение онлайн

— Я сожалею. Она погибла, — скорбно проронил следователь.

Рома взвыл и замолотил рукам о кровать. Чёрт! Это нехорошо!

— Роман. Убийца вашей сестры мёртв, но не все понесли наказание. Помогите нам! Не дайте убийце избежать суда!

Мужчина начал хрипеть, периодически пропуская выдох. Вновь надавил карандашом на бумагу, ведя волнообразную линию, которая ушла в резкую зигзагообразную и оборвалась.

Модульный монитор пациента издал резкий пищащий звук. В реанимацию сразу же влетели врачи. Я успел лишь схватить бумагу с постели.

— Код "синий"!

Медики в быстром и чётком ритме завальсировали вокруг больного, а нас живо выставили за дверь.

В коридоре взглянул на бумагу, потом с досадой протянул Ярославу.

— Да уж. Это мало что нам даст. "ШИ", "МИ", "ЛИ", — Ярик, устало выдохнул и вернул мне клочок. Осел на скамейку у стены. Мне оставалось лишь понуро опуститься рядом и ждать вместе с ним.

Бригада реаниматологов покинула бокс меньше, чем через четверть часа. К нам приблизился главный хирург с сожалением на лице. Я невольно поднялся на ноги, смотря на него с угасающей надеждой.

— Чёрт! — Калин испустил звук досады и негодования, предвидя вердикт.

— Сожалею. Остановка сердца. Мы сделали, что могли, — уронил хирург и неслышно удалился, давая нам возможность осознать этот несправедливый пинок судьбы под наш зад. Опять!

Твою мать! Яростно зарычал и вписал кулак в стену.

Герман

Когда ступил за порог докторской квартиры, тут же получил уведомление, что Вика спит.

— Болтали до утра, подружки? — сдвинул брови.

— Твои кости теперь белее снега, — скривился в ответ Миша.

— Главное, чтоб целы были, — буркнул я. Глянул на мирно спящую жену в положенной, по всем этикетам, пижаме. Чуть расслабился. — Как она?

— Порядок, в отличие от тебя. Что с лицом? — теперь взгляд стал обеспокоенный.

— Долго рассказывать, — отмахнулся.

— Я не спешу.

— Зато я спешу, — прошёл в комнату и осел возле кровати. Нежно провел ладонью по щеке. — Вика? — позвал, предвкушая эффект. Моя моська явно взбаламутит её покой, но у меня есть неплохие новости. Надеюсь, успею их изложить перед взрывом Хиросимы.

Жена нехотя среагировала лишь на третий раз. Потянула на себя одеяло и продрала один глаз. Кто перед ней, видимо, сообразила не сразу, а как поняла, то мгновенно соскочила.

— Герман! — тут же увидела шрамы от мелких порезов, фингал на скуле и опухшую губу. — Боже мой! Ты подрался?! Что стряслось?!

— Давай дома всё расскажу. Я очень устал с дороги. С самолета сразу сюда за тобой.

Девушка переводит взгляд с меня на хозяина квартиры, словно спрашивая его разрешения.

— У меня скоро смена начнётся, — подал голос врач. — Поэтому очень хорошо, что Гера решил забрать тебя сейчас.

Вика понуро покорилась и начала сборы, пока мы оба вышли в кухню. Михаил предложил кофе, на что не смог ответить отказом.

— Чую поездка не была напрасна, — в надежде проронил он. — Просто скажи, что всё наладиться для Вики.

— А тебе какая разница? — смотрю ревниво с нотами агрессии.

— Герман, мы — взрослые люди, — проронил врач спустя минуту. — Хоть убей меня сейчас, но я люблю твою жену… Извини, так вышло. Правда, старался без этого.

— Мне тебя сейчас пожалеть надо или поздравить? — сердце полетело вниз от данного откровения.

— Оставь это при себе, — Дементьев решительно поднялся. — Вика достойна самого лучшего. И если ты, придурок, вконец, не возьмешь себя в руки, чтобы дать ей это, то, клянусь, я заберу Вику у тебя. Ты и так её просрал без пяти минут и эти пять минут — её любовь к тебе. Верни жену! Иначе, в ход пойдёт моё обаяние. А я ничем не хуже тебя, Герман.

Сцепил зубы, внимая его красноречивой угрозе. Хрена с два тебе, медицинская пиявка.

— Придержи коней, оптимист. Я — её муж и отец ребёнка…

— Вот именно, это лишь определения, — фыркнул Михаил. — Но любви твоей к Вике не видно.

— Я её люблю, а не тебя. Пусть она, в первую очередь, видит. А ты не суйся в семью, которая ещё пока связана браком. Мы с ней ошиблись, а ты лезешь в наш семейный кризис. Скоро у нас всё наладится, а тебе будет стыдно.

— Если так, то больше не посмею вам мешать. А сейчас я буду с ней рядом до тех пор, пока нужен.

Смерил его взглядом и залпом выпил предложенный кофе.

— Будь… Кто-то же должен, пока я ищу настоящего убийцу, — рыкнул совестливо и, поставив чашку на стол, вышел из кухни. Видел, что хотел ещё что-то сказать, переспросить, но свидетель Вика, теперь помеха для дальнейшего мужского разговора.

Девушка уже одетая застёгивала молнию на сумке. Обулся и, сняв с вешалки её пальто, выжидательно замер.

— Пока, Миш, — несколько виновато улыбнулась она хозяину квартиры, на что этот выскочка сделал к ней широченный шаг и чмокнул в щеку.

Ледяной водой обливал всё своё тело, чтобы не врезать этому холеному индюку. Накинул жене на плечи пальто и, прихватив её сумки, вылетел из квартиры в подъезд.

В машине старался не смотреть в её испытующие глаза, а если неосторожно встречались взглядами, то невинно расстягивал улыбку. Правда с подбитой губой выходил больше оскал.

— Ты не говорил, что твоя поездка будет лёгкой, — тихо проронила она. — Я несколько суток не просто тебя не видела, но и понятия не имела, что с тобой и где ты. Сейчас вижу здесь и безумно рада, что живой, но глядя на следы побоев хочется завыть волком от незнания. Пожалуйста, Гер. Ты не ради себя туда ездил. Я тоже должна знать.

— Тут просто много всего, Вик, — проронил нехотя. — Но скажу главное. Телефон Саввы был у Риты.

— Рита? — непонимающе смотрит.

— Да. Официантка в "Сарбоне". Савва встречался с ней некоторое время.

— Значит это она? — Вика подпрыгнула на сиденье.

— Она соучастница. Вик, тут на самом деле целая вереница трупов уже. Я многое тебе не говорил. Но дело перешло в крупную игру. Погибло помимо Саввы ещё четверо человек…, - внимательно оглядел её, не решаясь сказать главного. Если смолчу об этом, мне точно не поздоровиться. — Среди них твой отец.

Голова девушки болезненно дернулась, окончательно не понимая логику происходящего.

— Причем здесь Виктор?

— Побои на моём лице и на теле Яра — дело рук твоего отца. Оказывается Виктор — пешка и исполнитель. Но кто заказчик, узнать нам так и не удалось. Калин был вынужден убить твоего отца.