Чтение онлайн

— Ты не можешь знать, как все будет.

— Ошибаешься. Я сделаю так, как сказал. Я — активный участник. Я не буду довольствоваться крошками, которые ты мне предлагаешь. Я хочу большего.

Ее прищуренные глаза подтвердили, она боялась.

— Ты, наверное, сошел с ума.

— Ты потеряла свою женскую часть. Я могу помочь тебе ее вернуть. Я хочу относиться к тебе как к женщине… и чтобы ты видела во мне нечто большее, чем сексуальный зуд, который хочешь удовлетворить.

— Я ненавижу тебя. — И та сила, с которой она произнесла эти слова, словно стрела пролетела через всю комнату и угодила ему в живот.

— В данный момент, скорее всего да. Надеюсь, ты поменяешь свое мнение. Прости, что не провожаю. — Она вылетела из его кабинета, хлопнув дверью.

Он нажал на панель на стене, открывая экраны наблюдения. Глядя на них, он почувствовал новую надежду.

Ее плечи были опущены, и от его орлиного взора не укрылась легкая дрожь ее пальцев, когда она провела рукой по волосам.

И когда она шла по коридору, ему потребовалось все его самообладание, чтобы не ринуться за ней.

Но он знал, что не стоит этого делать. Она должна была сама прийти к нему.

Или они оба будут уничтожены тем огнем, что горел между ними.

Будильник Пег прозвонил в 5.30 утра, первые намеки на солнце и синеву пронизали небо. Она натянула шорты и футболку. Было одно преимущество — стричь газон, встав с постели. Вибрация двигателя в ее руках позволяла ей спать стоя. Все, что ей нужно было сделать, это не забыть включить газонокосилку.

Она проверила, спит ли еще Кит. Мультики звали его к экрану по утрам как сирена. К счастью, он все еще спал без задних ног, свесив ноги с кровати.

Выйдя из дома, она решила, что кофе выпьет позже. Летнее утро в горах было прохладнее, чем в их прежнем доме, но она всегда потела, когда работала на улице.

Роса покрыла ее тенниски, когда она направилась к сараю, птицы радостно щебетали вокруг. Чему, черт возьми, они так радуются? Возможно тому, что ей приходится так рано вставать, потому что она мама, но она все еще страстно ненавидела утро. Коллега-полицейский рассказывал ей о дневном сне и отдыхе, называемых сиестами где-то в Европе. Она не могла вспомнить, где именно. Это было похоже для нее на рай.

Почему она встала ни свет ни заря, если хотела уже вздремнуть? О да. Потому что она пыталась сделать так, чтобы Мейвен со своим племянником не появился у нее перед домом, особенно после того, что произошло между ними. Какой парень отказывался от секса? Он был прав. Ей очень хотелось его искалечить в тот момент, когда он об этом ей сообщил. Чтобы он хромал всю оставшуюся жизнь, например. Или чтобы его член больше никогда не мог подняться. От этой мысли она почувствовала себя бодрее. Да, с этим вполне готова согласиться.

Погруженная в свои мысли, она потянула за дверь сарая. Но дверь не открылась. Тут она посмотрела вниз. И замерла.

На двери висел замок!

Она повертела его в руках, гадая, не Таннер ли его повесил для безопасности. Она потерла лицо, пытаясь собраться с мыслями.

Потом что-то щелкнуло у нее в голове.

Только один человек мог повесить замок на дверь ее сарая.

Умник.

Черт возьми!

Полностью проснувшись, чувствуя, как гнев бурлит в крови, она вошла в дом. У нее был его номер телефона, потому что он несколько раз звонил насчет газона и ужина. И теперь уж точно ни одна из этих двух вещей не случиться.

Она посмотрела на часы. Если она уже встала, то и разбудит его, и лучше бы ему появиться у нее на пороге с ключом в руке. Она не могла снять замок, не привлекая внимания. Кроме того, ей придется объяснить, почему она разрядила свой пистолет в дверь собственного сарая как идиотка.

Она нажала на кнопку и поднесла телефон к уху.

— Доброе утро, Пег, — пробормотал Мэйвен сонным голосом.

На минуту она потеряла дар речи. Он сохранил ее номер в своем телефоне? Женщина в ней вызвала в воображении его образ, завернутого в черные атласные простыни, с растрепанными волосами и щетиной на лице. А потом ее воображение зашло слишком далеко. Она готова была поспорить на все, что он предпочитал спать голым. О, черт. И все это она поняла по одному «Доброе утро»? Ей нужно было начать новую жизнь.

— На моем сарае висит замок.

— Да. Не думаю, что ты обрадовалась бы, если я послал бы кого-нибудь понаблюдать за твоим домом, чтобы точно узнать, когда ты подстригаешь газон. Замок мне показался лучшим вариантом.

— Я не хочу, чтобы ты стриг у меня газон, — сказала она, не потрудившись этого отрицать.

— Знаю, но мы заключили сделку. Эбби хочет, чтобы Дастин отплатил тебе за то, что случилось, и я тоже.

— Закон обо всем позаботился.

— Значит, закон — это единственное, что нас связывает? Не обманывай себя, Пег, — в его голосе прозвучало предостережение.

— Ты переступил черту.

— А ты проиграла на спор валлийцам. Мне не понравилось придумывать оправдания, когда Кит спросил меня, собираюсь ли я с Дастином стричь ваш газон. Он сказал, что ты устала делать это ранним утром.

Ее сдал собственный ребенок?

— Когда ты видел Кита?

— Вчера, когда он ел мороженое с Таннером и Мередит. Сразу после этого я пошел в «Уол — Март», купил замок и установил его, молясь, чтобы ты не увидела меня в тот момент и не застрелила. Я знаю, что ты не хочешь, чтобы я был рядом, особенно после нашей последней «беседы», но я не позволю Киту думать, что мы не выполняем наши обещания, Пег.

Она прошлась по кухне.

— Ты загнал меня в угол.

— Нет, ты сама себя загнала в угол. Ты согласилась дать Дастину возможность скосить газон, кстати согласилась перед сыном и моей семьей. Если ты сейчас откажешься, он подумает, что мы с Эбби не выполняем наше наказание.

Она пнула ногой стул.

— Черт возьми, я не хочу, чтобы ты был здесь.

— Я знаю, но у тебя нет выбора. Я не откажусь от обязательств или того, что между нами.

— Между нами ничего нет.

— Лгунья.

— Ты называешь меня лгуньей?

— Ты бы предпочла Пиноккио? Я всегда находил эту сказку невероятно тревожной. Ты злишься только потому, что я сказал тебе, что хочу заняться с тобой любовью, а не трахаться на скорую руку.

У нее перехватило дыхание от вызванных им образов.

— Довольно! — Она уставилась на недавние рисунки Кита, висевшие на холодильнике. Мама в ней всплыла на поверхность. Он был прав. Они делали больше, чем просто сражались друг с другом. Они оба растили детей. А детям нужно было проходить уроки, следить за тем, чтобы все шло своим чередом. — Хорошо. Дастин может прийти подстричь газон.