Чтение онлайн

– Лара, блин! Ты чего орешь как резаная?

Дима стоит около моей кровати в смешной пижаме. На его груди танцует Шрек [2] . Именно танцует, потому что Дима дрожит. От страха.

– Ты чего, Лар? Лара! Проснись, а? – в его голосе слезы.

Он бежит на кухню и возвращается со стаканом воды. Опасливо застывает в дверях, гадая, стоит ли ко мне приближаться.

– Это просто кошмар. Тебе что, никогда не снились кошмары? – Я пытаюсь его успокоить, но мои мысли все еще далеко. Они остались в видении, в котором чудовище с убийственным взглядом выкинул меня в окно. Оконная рама содрала кожу с локтей и бедер, земля оказалась твердой, как бетон. Ребра хрустнули и жалобно заныли…

– Бывает, снится всякая фигня, но я так не ору. Никто так не орет! – восклицает Дима и, набравшись смелости, подает мне стакан.

– А белуга?

– Какая белуга?

– Посмотри в интернете. – Сходив за полотенцем, я просушила насквозь промокшие волосы. Всего лишь кошмар, выходящий потом из каждой поры. – Мы с Игорем познакомились в поезде. Он услышал, как я ору, и решил познакомиться. Сказал, что я напомнила ему белугу.

Усмехнувшись, Дима присел на кровать и натянул на себя покрывало.

– Ничего себе крик! Это ж ультразвук. А что тебе снилось?

– Не помню.

– Это хорошо. А ты к врачу ходила?

– Ходила.

– И что он сказал?

– Что это ночные кошмары. – Если бы я действительно обратилась за помощью, мне сказали бы очень многое… но зачем пугать ребенка правдой? – А еще знаешь, что говорят? Что во мне живет маленькая Лара и я должна ее полюбить.

– Даааа, – протянул Дима, почесывая курносый нос.

– Что?

– Надеюсь, ты ему не заплатила.

– Врачу?

– Да. Фиговый совет!

Пока Дима о чем-то сосредоточенно думал, я допила принесенную им воду.

– Слушай, а маленькая Лара не хочет теплого мороженого? – с усмешкой спросил он.

Вот же, рассказала ему на свою голову.

Два часа ночи – а я топлю мороженое в микроволновке и делаю коктейль для маленькой Лары и взрослого Димы. Моя жизнь и вправду сошла с рельсов. Я вернулась в Анапу с определенной целью – излечиться, заново пережить прошлое и научиться с ним сосуществовать. Вместо этого меня прибило к незнакомому берегу, к этому не по возрасту мудрому ребенку с одинокой судьбой. И я не знаю, что теперь делать.

– И тогда ты решила стать медсестрой, – вдруг сказал Дима.

– Что?

– Ты не смогла помочь себе и решила, что проще помогать другим.

– Может быть. Вот, пей, умник!

Он смотрел на меня совсем не по-детски, даже когда облизывал молочные усы.

– Спасибо, маленькая Лара! Знаешь, ты действительно похожа на инопланетянку.

– Ты тоже.

Дима разбудил меня в шесть утра. В шесть, блин, утра, чтоб его! Как на дежурство.

– С ума сошел? Мы посреди ночи мороженое пили! Я спать хочу!

– Я твой гид, Лара, и сегодня мы поедем на песчаный пляж. Если будешь рассусоливать, то придется ехать по телам загорающих. А шесть утра – самое то. Солнце давно встало, и надо спешить, пока на пляже нет народа.

В прихожей стоял полностью собранный самокат.

– Когда ты успел его собрать? Я собиралась просить соседей о помощи.

– Быстрее, Лара, не трать время на болтовню!

– Но мы же не могли вчера собрать… как ты умудрился?

– Тебе сказать, какой у меня коэффициент интеллекта? – засмеялся Дима. – Нет, лучше не скажу, а то умрешь от зависти. В школе я опережаю ровесников на целый год. Такое часто бывает с теми, кто болеет…

Он замялся, осознав, что внезапно заговорил о своей болезни, и я слегка дернула его за светлую прядь.

– Раз ты такой умный, то скажи, где ключи от дома!

– У меня в кармане, где же еще? – вздохнул Дима, изображая недовольство. – В отличие от тебя я уже готов. Поехали! Я сделал ингаляции и позавтракал. Тебе сделал бутерброд, возьмем его с собой.

– А гимнастику?

– Сделаем на пляже.

Мы ехали по улице, потом по пешеходной дорожке, а потом свернули на песчаный пляж. Дима прав, в десять утра здесь будет не протолкнуться. Мотор приятно урчал, его вибрация щекотала пальцы.

– Ты лихо управляешь, – крикнул Дима, забыв о том, что в магазине я путала право и лево. – У тебя что, дома такой есть?

– Не-а, у нас по больнице на похожих разъезжают… – сказала я и тут же прикусила язык.

– Правда, что ли? Где ты живешь?

Логичный вопрос. Далеко не в каждой больнице пользуются самокатами с мотором.

Любой нормальный человек смог бы дать ответ, даже если и лживый. Смог бы выкрутиться. Но я не являюсь среднестатистическим нормальным человеком, я бросаюсь от лжи к правде, и Игорю не стоило доверять мне ребенка. По крайней мере Диму, потому что именно ему лгать не хочется.

– Нашел время задавать вопросы! – Я сопроводила эти слова неестественным смехом. – Давай-ка, твоя очередь управлять!

Дима глянул на меня через плечо и замолчал.

Я не могу рассказать ему о себе. Эмбарго. Запрет. Закрытая тема. Но и врать тоже не хочу, даже больше, чем не хочу. Не могу. Кому угодно, но не ему.

Мы доехали до небольшой бухты, поделили бутерброд и скормили корку чайкам. Отдохнули на солнышке, скинув обувь и смеясь над туристами. Те спешили занять лучшие пляжные места, располагая вокруг себя детей, разноцветные полотенца и огромные сумки с едой.

– Я могу и не дожить до старости, – сказал Дима, ковыряясь в песке.

– Однажды я тоже так думала.

– И что случилось? – Он повернулся ко мне, прищурив любопытный глаз. Не ожидал, что я отвечу так быстро и так прямо.

– В один прекрасный день я очнулась и поняла, что все еще жива, несмотря ни на что. Вот только не могу вспомнить, что я делала все эти годы.

– И что ты делала?

– Понятия не имею. Я же сказала, что не могу вспомнить.

– А ты не пыталась спросить маленькую Лару?

– Ну, ты зараза! – Придавив его колени к земле, я закопала стопы в песок. – Вот тебе за это!

Смеясь, Дима вырвался из моих рук, отполз в сторону и погладил самокат.

– Мне понравилось.

– Рано радуешься, нам еще обратно ехать. По телам распластанных туристов.

Обратно мы добрались без особых проблем, благо туристы уже перекочевали на пляж, и улицы пустовали. Пока Дима жадно пил лимонад, я облокотилась о раковину, вытянувшись в уже привычной позе, чтобы увидеть соседний дом. Рядом лежал телефон с десятком пропущенных звонков от Игоря.