Чтение онлайн

Алан пригласил гостя за их столик, слуги принесли ещё один прибор, и разговор завертелся вокруг прошедших дождей, сломанного моста и места, где можно починить повозку мистера Райта.

Марго закончила обед раньше всех и поднялась в свою комнату, оставив мужчин.

Никто, как ей показалось, не заметил её ухода.

На втором этаже, в самом конце длинного коридора, суетились слуги, готовя комнату для мистера Райта. Они о чем-то громко спорили, и Марго плотно закрыла дверь, отрезая себя от постороннего шума.

Мысли девушки вертелись вокруг пополнения в их скудном сообществе. Смешной, но по виду добродушный господин. Роб явно чуть позже явится обсудить его давно устаревший коричневый костюм в полосочку и лаковые туфли.

Костюм мистера Райта напомнил ей про её собственные дела. Вчера во время очередной прогулки она случайно зацепилась подолом за чей-то полуразвалившийся забор и кажется порвала тонкую ткань.

С собой Марго привезла ограниченное количество одежды, поэтому стоило больше уделять внимания вещам и быть аккуратней.

Когда они собирались в дорогу, в карете оставалось не так уж много места из-за бесчисленных сундуков Роба. Этот модник забрал из дома всего четверть своего обширного гардероба, но почти не оставил места для багажа сестры и старшего брата.

Марго открыла крышку сундука и вытащила платье. Тут же раздался глухой звук, как будто что-то ударилось о деревянную стенку.

Марго бросила платье на кровать и снова вернулась к сундуку. Что это могло быть? Кроме одежды она в этот сундук ничего не складывала, а одежда не могла издать такой стук.

В руки попалось что-то продолговатое и холодное. Девушка отодвинула пару объемных юбок и вытащила пустую стеклянную бутылку.

Пару мгновений Марго осматривала находку с недоумением. Как это могло попасть в сундук с одеждой?

Потом в памяти всплыл день первой прогулки по Айонской пристани и все встало на свои места.

Вернувшись в комнату в тот день, она просто закинула бутылку в отрытый сундук, и забыла.

Чего ради она вообще принесла вещь с улицы?

Помнится, как очень давно, когда Марго была ещё совсем девчонкой, мать и служанки выгребали кучу разного мусора из её комнаты.

Все эти красивые камушки, пустые птичьи гнезда и кривые поделки из веточек казались хламом только матери. Марго видела в них настоящие сокровища и подолгу обижалась на всех обитателей дома, причастных к святотатству.

Мамины усилия, затраченные на уборку, нивелировались спустя сутки. Марго возвращала находки на свои законные места в своей комнате, а в качестве протеста дополняла ими убранство гостиной, библиотеки и кухни.

Марго улыбнулась воспоминаниям и сосредоточила внимание на настоящем.

Теперь понятно, почему она принесла эту бутылку с улицы – отдать дань детской любви к клептомании, но зачем кому-то понадобилось так тщательно закрывать абсолютно пустой сосуд?

Марго подняла бутылку к солнечным лучам, льющимся из окна, и полюбовалась зелеными бликами, которые разбежались по комнате.

Действительно, совершенно пустая бутылка, но горлышко было забито непонятной серой тряпкой, залито красным сургучом и плотно обвязано жгутом.

Марго потянула жгут, но он не желал смещаться ни на миллиметр. Она поискала глазами что-то острое и заметила лежащий на столе нож, забытый Алексой ещё утром.

Не самый подходящий предмет, но выбирать не приходилось.

Марго плотно обхватила холодную сталь ножа и принялась не резать, а практически пилить жгут.

От усилий ладони вспотели, но девушке удалось справиться с первым препятствием.

Она остановилась, чтобы вытереть ладони об подол платья, и посмеялась над своими усилиями.

Буквально пару минут назад она была взрослой двадцатилетней женщиной, которая вот-вот выйдет замуж, сейчас же она снова восьмилетняя девчонка и вытворяет очередную глупость, за которую наверняка получит нагоняй от старшего брата если поранит руку.

Марго откинула жгут в сторону и принялась ковырять кончиком ножа сургуч. Он поддался быстрее, чем жгут. Край отошел от стекла, отломился и, поддетый ножом, без проблем соскочил с горлышка бутылки.

За сургучом потянулся прилипший кусок очень старой грязной ткани.

Марго вытащила ткань, и по комнате сразу разнесся неприятный резкий запах.

Она поднесла бутылку ближе к глазам и почти сразу ощутила приступ тошноты.

Стена комнаты подозрительно наклонилась вправо, а потом вместе со стенами пропал и свет.

Марго погрузилась в странное беспамятство. Она перестала что-то видеть, пропал и неприятный запах из бутылки.

Она хотела закричать и позвать на помощь, но, кажется, так и не смогла издать ни звука.

Последним пропал слух.

Прямо после того, как легко скрипнула дверь и раздались чьи-то легкие осторожные шаги.

Марго слышала всхлипы Алексы, чьи-то нервные шаги, ощущала на запястье прикосновение чужих холодных пальцев, один раз сумела разглядеть свет свечи в полной темноте, и часто просыпалась и засыпала под храп Роба.

Она не знала сколько прошло времени, прежде чем она смогла разлепить губы, чтобы ответить на вопросы лекаря.

Очевидно, что это был лекарь. Кем ещё может быть пожилой мужчина с окладистой бородкой в круглых очках, источающий аромат неизвестных трав и спиртовых настоек?

Марго сумела сказать, что у неё ужасно болит голова, шея, спина и даже, кажется, ломит что-то в душе.

Лекарь в ответ на слабые жалобы пациентки задумчиво покивал и вытащил откуда-то крошечную склянку как заправский фокусник.

Таких фокусников Марго видела, когда в поместье отца наведывался бродячий цирк. Худой длинный мужчина в потрепанном камзоле вытаскивал из рукавов длинные разноцветные ленты, букеты искусственных цветов и живых голубей.

Этот фокус Марго никогда не нравился. Она слишком живо представляла себе, какие муки испытывали голуби, прячась в узких рукавах. Должно быть, им было очень страшно и больно.

Она проснулась как-то резко и полностью, все ещё ощущая на губах вкус лечебной настойки.