Тот, кто ждёт
Шрифт:
– ... я провожу тебя к учителю. Он все расскажет и покажет. Давай договоримся о месте и времени встречи.
– Ира, ты меня слышишь? Ты слышишь, что я тебе говорю?
– Лена забеспокоилась не на шутку. Ее сестру словно подменили. Не было той импульсивной и дерзкой Ирочки. Осталась только невыразительная оболочка и разум робота.
– Да, я тебя слышу.
– Я никуда с тобой не пойду, пока ты не объяснишь свое поведение.
– Со мной все в порядке.
– А по моему нет.
– Со мной все в порядке.
– Ира неотрывно смотрела на часы.
– Если я пойду с тобой, то разорву этого учителя на кусочки.
– Лену переполняла злость. Попадись ей учитель сейчас, и от него точно ничего бы не осталось.
– Во сколько мы завтра встретимся?
– спросила Ира.
– Дай подумаю.
– Лена поглядела на потолок, вспоминая, сколько завтра по расписанию занятий.
– Я могу встретиться не ранее трех, плюс минус двадцать минут.
– Я жду тебя у ЦУМА в три пополудни.
– Хорошо.
– Лена уже предвкушала, какой будет вести разговор с этим учителем и будет ли это вообще разговором.
– Ты не говорила Максиму?
– Нет.
– И не говори.
– Если ты так странно будешь себя вести, то он обо всем догадается сам. Если уже не догадался.
– Я все слышала. Он ни о чем не догадался.
– Когда я смогу ему рассказать?
– Когда придет время.
– И когда оно придет?
– Скоро.
– Смотри сестренка, - Лена наклонилась через стол, чтобы заглянуть к сестре в глаза, но Ира перевела их на кухонную плиту, тем самым, давая понять, что не хочет встречаться глазами.
– Я делаю это только ради тебя. По-моему ты по уши погрязла в чем-то грязном. Очень я сомневаюсь, что эта твоя организация не является сектой. Очень сомневаюсь. Завтра я туда иду только для того, чтобы помочь тебе выбраться и не более. Поняла?
Ира не отреагировала на этот вопрос и вообще больше не сказала ни слова.
– Я пойду, подготовлюсь к завтрашним занятиям.
– сказала Лена после пятиминутной паузы.
– А ты... Я не знаю, займись чем-нибудь чай не в гостях уже.
– Лена улыбнулась, но Ира не поняла сказанного. Казалось, она вовсе не слушает.
Лена ушла к себе в комнату, а через некоторое время услышала, как Ира разобрала кресло-кровать и легла спать. Часы показывали половину восьмого. Очень рано для Иры. За всю жизнь она ни разу не ложилась в такое время. Уж это как сестра Лена знала наверняка.
Весь разговор Максим простоял в коридоре, внимательно вслушиваясь. Слышно было плохо, но из тех слов, что удалось разобрать, Максим понял, что Лена завтра куда-то пойдет с Ирой и что он не должен об этом знать. Когда Лена говорила заключительные слова, он сделал вид, что проходит в ванную.
За этот вечер супруги не сказали друг другу ни единого слова кроме "Спокойной ночи". Каждый был погружен в свои мысли и планы. Лена в то, как будет вытаскивать Иру, а Максим в планы слежки и в то, что же за всем этим, в конце концов, кроется.
Максим стоял посреди огромного бетонного квадрата со стороной приблизительно километр. В нем не было окон и дверей, только десятиэтажное здание из стекла ровно по центру. Здание походило по своей форме на небоскреб, который показывают по телевизору, только гораздо ниже. Из всех окон ярко горел свет, освещая бетонный квадрат по всему периметру.
Все повторялось в точности, как и в предыдущем сне с оборотнем. Сон сном не являлся. Максим чувствовал прикосновение бетона. Чувствовал холод, исходивший от него, а для надежности даже ущипнул себя. Боль была.
– Значит снова ты?!
– сказал Максим сам себе.
– Ну и где ты теперь?
Стоять на месте не имело смысла, но также не имело смысла идти в здание.
Останусь здесь и буду легкой добычей.
– подумал Максим и бодро, словно каждый день это делает, зашагал к зданию.
Когда до вращающихся дверей оставалось несколько метров, Максим услышал вой. Эхо усиливало и без того страшный звук и создавалось впечатление, что сидишь в кинотеатре. Через несколько секунд из-за угла, приблизительно метрах в ста, показался и сам источник звука. В первый раз Максим рассмотрел его при достаточном освещении. Огромное, около полутора метров в холке, косматое существо с десятисантиметровыми клыками и не менее длинными когтями. Его глаза пылали, как раскаленное до красна железо, а шерсть при виде Максима поднялась.
– Я убью тебя!
– прорычал оборотень.
– На сколько я понял, на этих словах твой лексический запас заканчивается?
– съязвил Максим и кинулся к двери. Оборотень побежал одновременно.
Если дверь закрыта, - пронеслось у Максима в голове.
– Я погиб.
Дверь оказалась открыта и провернулась легко. Максим оказался в просторном вестибюле в центру которого стояла колонна, а вдоль стен резные лавочки. В дальнем конце располагался лифт по обе стороны от которого находились винтовые лестницы. Максим побежал. Когда он находился в нескольких шагах от левой лестницы, сзади послышался шум. Обернувшись, Максим увидел вдребезги разломанную дверь и оборотня с окровавленной мордой. Видимо стекло двери оставило на нем свой отпечаток, и теперь он недоуменно стоял и смотрел, как с кончика носа капает кровь. Его замешательство длилось недолго. В следующую секунду он вновь кинулся за Максимом.
Взбежать на четвертый этаж не составило никакого труда. Пробегая мимо второго этажа, Максим увидел закрытую дверь. Останавливаться и проверять заперта ли она времени не было. На третьем этаже история повторилась, зато на четвертом никакой двери не было. Коридор, в котором оказался Максим, вел влево и право. По обе стороны не было ни дверей, ни окон, ничего не было кроме ламп дневного освещения под потолком. Недолго раздумывая Максим побежал налево. Обогнув угол, он увидел несколько десятков дверей вдоль коридора, который в конце сворачивал направо. Прятаться за дверью не имело смысла. Если сон как явь, то, по идее, у оборотня хорошее обоняние, значит прятаться от него вообще бессмысленно. Максим заглянул в первую дверь. За ней была небольшая комната, в которой стояли веники, совки, ведра и тому подобный инвентарь. Взяв из этой комнаты попавшуюся на глаза алюминиевую швабру, Максим почувствовал себя спокойнее. Хоть какое, но оружие. Хотя, что можно было сделать этой шваброй такой "дуре" как гнавшаяся следом.
В коридоре из которого только что вывернул Максим послышался очень тихий звук. Негромкий перестук когтей по каменному полу.
Долго раздумывать было нельзя. Максим открыл первую дверь (благо она открылась бесшумно) и проскользнул внутрь. Кабинет как кабинет, ничего более. Средних размеров письменный стол, пара ящиков в углу и пара кресел перед столом. Над креслом сидящего за столом еще должна была висеть Сплит-система, но вместо нее был отпечаток более темных обоев. Максим, стараясь не шуметь, закрыл дверь и, встав со стороны ручки к стене, стал ждать. Медленный перестук когтей приближался. Словно оборотень знал, что Максиму никуда не уйти и как довольный кот не торопился поймать мышку, а вяло поигрывал с ней.
Максим стоял, боясь вздохнуть громко. Если оборотень его почует, то... Максим не стал представлять те радости жизни, что могут случиться. Оборотень подошел к двери, за которой прятался Максим. Перестук когтей прекратился, и наступила тишина. Нервная и гнетущая. Не было ни звука, только слишком частое дыхание и бешеный стук сердца. Но если дыхание Максим мог сделать тише, то сердце напоминало набат, раздающийся в душную летнюю ночь.
Так продлилось неизвестно сколько. Максим уже стал надеяться, что оборотень ушел, как внезапно дверь с жалобным скрипом оказалась на полу. У этого оборотня, похоже, была мания выламывать двери. И сейчас он стоял на двери и смотрел в комнату. Осмотр длился доли секунд, за которые Максим сделал единственное, что могло помочь. Он выскочил в коридор и побежал к лестнице. Оборотень попытался рвануться за ним, но его габариты не позволили так быстро развернуться в комнате, посему часть одной стены также оказалась на полу. Оборотень непонимающе посмотрел на осколки. Его мозгов явно не хватало на осмысление того, что произошло. Эта секундная заминка спасла Максиму жизнь. Оклемавшись, оборотень в два прыжка настиг Максима и если бы не поворот коридора то третий прыжок оборотня мог стать последним, но Максим свернул, а Ира, точнее ее ненависть, проломила еще одну стену. Далее послышался грохот, будто портовый кран уронил один из контейнеров с бутылками, а Максим тем временем взбежал на пятый этаж. Прятаться было бесполезно, проснуться он также не мог. Сплошная безысходность. Оставалось только тянуть время до того момента, когда тело само проснется, а точнее его разбудит будильник. Максим никогда так не желал услышать эти мерзкие и противные звуки нового дня. Возбужденный разум стал представлять себе эти звуки. Вот уже казалось, слышится динь-ди-ли-ли-линь, динь-ди-ли-ли-линь. Но спустя секунду Максим понял, что это всего лишь плод больного воображения и тут же услышал другие звуки, исходившие от его преследователя. Оборотень насколько мог быстро бежал по лестнице. Его тяжелое, с хрипотцой, дыхание было слышно далеко.