Чтение онлайн

— О, это интересная история, — подошёл к столу Лапоть. — Она началась с того, что он вчера в сумку со снастями сунулся, а там записка «прости, Броня. Мы всё пролюбили. Вот — аванс». И текила с ромом вместо снастей. Он тут же за удочкой полез, а там только водки бутылка. Тут-то он и вспомнил, что эту сам сломал, когда сома на два метра тянул или сам себя за ремень зацепил, закидывая. Детали рознились. Но самое интересное началось, когда ружьё решил проверить. Сунулся, а там эта шпага подарочная. А он так репу почесал и говорит: «Это я, выходит, генералу Дронову ружьё вместо этого подарил?».

— То-то за полгода ни одной проверки! — на миг очнулся Вишенка, решительно поднял руку, но это обрушило весь баланс усидчивости, и он тут же сполз под стол, поражая мужиков своей гибкостью.

«Куда там балерине!» — восхитился даже внутренний голос, когда ногу едва за шею не закинул.

— Ощущение, что человек-желе! — восхитился Лаптев, пытаясь с ходу развязать эту человеческую загадку, пока снова не проснулся.

Тогда как Боря с ходу предложил:

— Слушай, давай его на спальное место отнесём… Целее будет.

— Хватай за руки. Я — за ноги.

Подхватив полковника за разного рода конечности, вдвоём протащили какие-то три метра. Но по ощущениям как будто медузу несли, которая постоянно пыталась сбежать, обтекая руки.

С ходу закинув Вишенку на матрас, заботливо укрыли одеялом и стянули сапоги. Спать в сапогах — последнее дело.

Лаптев пошёл умываться, а Боря занялся ревизией. Но в какой пакет не сунься, везде либо звенит, либо запотело, либо булькает. В мини-холодильнике та же история. Плюс минералка.

— А что, еды вообще не взяли? Даже хлеба нет! — удивился даже видавший виды Глобальный, отпивая понемногу газировку.

«Походу придётся вспомнить голодные годы в гараже», — пожаловался внутренний голос.

— Ты хотел сказать закуски? — вышел из душа Лаптев, доложив, что вода закончилась. Нужно снова набирать.

— То есть мы сегодня домой поедем?

Лаптев тут же скривился:

— Слушай, ну что ты как нюня? Ты есть на рыбалку приехал, что ли? Сейчас наловим. Мы же НА РЫБАЛКЕ! Плюс я немного картохи и лука прихватил. Так что уха тебе будет. Мужик сказал — мужик сделал!

— Да на что мы наловим? На бутылки? — оглядел батарею на столе Боря. — Или если рыбке в рюмку налить, она сама приплывёт и друзей позовём? Я ещё на Бронислава Николаевича сдуру понадеялся.

— Я же говорю — нюня! — скривился Роман Геннадьевич и пошарил в своём рюкзаке, откуда достал одну удочку и один спиннинг, плюс пакет с рыбачкой мелочёвкой. — Вот что бы вы без меня делали? — добавил довольный рыбак и первым вышел на открытый воздух за пределы корпуса катера.

Свежий ветерок коснулся лица. Катер едва заметно качает. А вокруг, куда ни взгляни, одно сплошное водное одеяло до горизонта.

— О, боже, когда мы успели попасть на море?! — не понял Боря, пытаясь разглядеть берега. Но попытка была тщетной. Над головой даже птицы не летали. Только одинокие белые облака проплывали, так похожие на средневековые крепости.

Лаптев сразу взобрался по приваренной лесенке на крышу. И задрав к нему голову, Боря едва не поскользнулся на носу лодки, но вовремя удержался за поручни.

— Ты чего там?

— Это ты — «чего»! А нормальные рыбаки отсюда ловят, — ответил рыбак и постучал по чему-то. — Вон тут пара сидений есть и стойки для удочек и спиннинга. Катер-то по сути — морской. Хотя с нашими реками везде — море. А вот с морями нам не очень везёт. Почти все северные. Но зато красоты-то вокруг сколько много! Ты только глянь! Ай, да чего я тебе объясняю! Надо так пробовать!

И не утерпев, Лаптев тут же разделся и сиганул прямо с крыши катера в воду, тогда как Боря умылся, просто перегнувшись через борт и тем был доволен.

«Вода всё-таки всего пока плюс шестнадцать, если показатели прибора штурмана не врут», — наставлял его внутренний голос: «А тебе ещё женщин баловать ерундой. Это Лаптю везёт. У него она всего — одна. Такую и разговорами занять можно. А тебе здоровье нужно. Мужское. Все сразу на слово не поверят».

Сиганув бомбочкой, Лаптев поднял тучу брызг, и вынырнул довольный как гарцующий конь.

— Слушай, вода — во! — показал он тут же большой палец кверху.

Но Боря уже взобрался на крышу. И сразу понял, почему на катере могут отдыхать двенадцать человек. Так как как минимум четверо с полным комфортом могли сидеть под навесом на крыше, рыбача хоть в разные стороны.

— Слушай, а как тут чего? — спросил Глобальный Лаптева, когда тот наплавался и снова залез на борт через более низкую часть, где стояли моторы. Хотя для этого дела к корпусу была приварена ещё одна лестница в случае эвакуации с воды.

Лапоть не ответил. Только исчез в салоне, а вернулся с полотенцем и в шлёпанцах. Но вместо трусов для купания на нём был лишь костюм Адама.

«Ну а кому тут за ним следить? Пусть плавает в чём мать родила. Пока писька совсем не исчезнет», — даже немного посочувствовал внутренний голос, но тут Роман Геннадьевич растёрся и обмотал пояс полотенцем.

— Начни с малого, — посоветовал он тут же и вручил Боре удочку, выставив нужную глубину и отмотав побольше лески, чтобы удобно было рыбачить с уровня второго этажа. — Держи!

— А черви? — вспомнил один из необходимых наборов рыбака Боря.

— А, точно… черви. Черви я забыл. Да и Вишенка походу, даже о них не думал. Попробуй эту китайскую хрень прицепить.

И следом он вручил сухую приманку с мелкой резинкой, которая цеплялась к крючку и в теории за время, пока размокала, рыба могла подойти и посмотреть, что за подстава такая вместо нормального толстого сельского червяка?

— А я пока поблесню. Блёсен у меня до едрени фени, — заверил Лаптев и прицепил к спиннингу серебряную толстую блесну, заверив, что конкретно эта — «на щуку».

Второй этап рыбалки начался вполне ожидаемо. Оба расселись по вмурованным в корпус стульчикам и один начал наблюдать за поплавком, слушая урчание в животе, а другой работать плечом и запястьем, швыряя наживку чуть вбок, чтобы не вставать в полный рост. Далеко всё-таки кидать не надо. Вокруг и так глубина такая, что до дна можно только один раз достать без специального оборудования.

— Если мы лицензию взяли, то рыбы должно быть хоть жопой жуй, — уверял Лаптев, не теряя концентрации на процессе «заброс-работа катушкой-извлечение-новый заброс».