Чтение онлайн

Керр оставил винтовку и побежал, удаляясь от места перестрелки. Но почти сразу слитный звук не одного, не двух, нескольких моторов заставил его рискнуть и выглянуть, выйти из-под защиты деревьев, чтобы понять, в чем дело. Выглянув, он увидел то, что увидеть никак не ожидал, – цепочку бронетранспортеров и «Хаммеров» в камуфляже, разбегающихся в разные стороны участников обмена…

Украинская армия!

Этого только не хватало. Только не это…

Он прикидывал, что у него будет от пяти до восьми часов, чтобы выйти из-под удара. Сначала информацию доложат в штаб европейской разведки в Париже [76] . Затем получат политическое одобрение из Брюсселя и начнут давить на Киев. Сколько-то времени потребуется Киеву, чтобы активировать свои силы безопасности.

А как оказалось, у него и пяти минут не было.

Полная ж…

Бандиты бежали по направлению к лесополосе, и он должен был прямо сейчас решать, что делать. Скорее всего, армия уже окружила зону проведения операции, поставлено кольцо. Может, кто-то из САС и выбрался бы, но не он. Ему надо уходить в город и оттуда пытаться связаться со своими шефами, чтобы те его как-то вытащили. Может, дали его приметы украинцам или что-то еще.

И ему надо бы разминуться с теми придурками – вон теми…

Керр развернулся и стартовал с места.

Как он бежал…

Он никогда не бежал так… хотя нет – приходилось. В гребаных скаутах – он не хотел подставлять свой отряд. Потом на площадке для регби.

Давно это было…

Он и не думал подбирать винтовку – пистолет был при нем, а винтовка могла послужить причиной того, что по нему откроют огонь. Он все еще надеялся в случае задержания успеть выбросить пистолет и показать украинцам свою журналистскую карточку – не пойдут же они на убийство журналиста, тем более если они хотят вступить в ЕС.

Твою мать!

Над головой прогрохотал вертолет, он упал. Твою мать, твою мать, твою мать!

Керр заполошно огляделся – никого. За его спиной колонна украинской техники тормознулась – видимо, разбирались с чем-то.

Грохот снова заставил его повернуть голову, и он увидел, как меньше чем в полумиле от него падает вертолет. Он уже зацепил брюхом за высотный дом, потом развернулся, неуправляемый – длинный хвост ударил по дому и оторвался, после чего весь вертолет начал с грохотом падать, переворачиваясь. Во все стороны полетели обломки лопастей несущего винта. Это полный п…ц.

Сзади раздался лай. Собаки!

Керр снова побежал…

Вертолет не загорелся – близко к нему он подходить не стал. Фюзеляж был не всмятку, но кто там остался в живых, Керр не знал. Впереди была дорога, а на дороге какая-то перестрелка, но какая – непонятно.

Может, сдаться?

Так ничего и не решив, он обошел дом и увидел, что с другой стороны он серьезно поврежден ракетным ударом. Скорее даже не ракетным – это наверняка что-то типа ракет «Гидра-70». Фасад был поврежден, часть балконной обрешетки обвалилась вниз. Пыль в основном улеглась, и что-то в этом месиве земли, бетона и сухой травы привлекло его внимание – скорее это были какие-то ровные линии в изломанном месиве.

Отбросив в сторону мешающий ему кусок бетона, он увидел поврежденный, но не сильно оружейный кейс. Встав на колено, он открыл его.

Винтовка!

Перед ним лежала винтовка – L115A3 [77] , стандартная винтовка британской армии. Каким чудом она тут оказалась? Винтовка была в кейсе, сам кейс был поврежден, но сама винтовка была цела. И просто просилась в руки.

Рыжий любил свою винтовку, – вспомнил он. И она не раз спасала жопы их маленького боевого патруля.

Чет – нечет?

А хрен с ним – он подхватил винтовку, бросив кейс, рассовал по карманам репортерского жилета пачки с патронами, зацепил лежащий рядом рюкзак – мало ли что там – и, пригибаясь, побежал дальше. Ему надо было укрыться в застройке, пока тут не начали прочесывание. А там… а там хрен знает, что будет.

Но человек с винтовкой и человек без винтовки – это два разных человека.

– Чисто!

Я перебежал через улицу и занял позицию в здании. Конечно, лучше иметь для таких дел автомат, но если его нет, то и пистолет сгодится.

– Чисто, пошел!

Спец, ковыляя, побежал через дорогу, и я в очередной раз подивился, какая сила спрятана в этом невзрачном человеке с навеки въевшейся под кожу угольной пылью.

– Бронетехника справа, быстрее.

Спец вломился в подъезд. На улицу заходила украинская бронетехника, я слышал рев дизелей. Спец выглянул и тут же спрятался.

– Худо дело. Пошли.

– Что там?

– Коробочки. «Буцефалы». Хуже нету. Пошли.

Что такое «Буцефалы», я знал. В девяностые и нулевые Украина вела обширные работа по модернизации БТР-80, фактически создав новую машину на ее платформе. У нас с этим дела обстояли хуже – мы потеряли время на разработке БТР-90, который так и не приняли на вооружение, и только потом начали разрабатывать и модернизации БТР-80, и совершенно новый «Бумеранг». Крайний вариант – БТР4 МС – уже совсем походил на швейцарскую «Пиранью» даже внешне, спрямленным носом, но главное было не в этом. Украинцы избавились от родового порока советских БТР – выхода по бокам, сделав нормальный выход сзади, и поставили очень приличную систему вооружения – необитаемая башня, тридцатимиллиметровая пушка с термооптическим прицелом как основной калибр. Такие машины быстро стали самым ненавидимым типом боевой техники ВСУ. Ходили даже слухи, что у них есть системы распознания целей, но это было не так, просто если сравнить прицел БТР-70 и 80, какие были у ополченцев, и вообще прицельные системы старой советской техники, и прицел «Буцефала» с французским, по-моему, термооптическим каналом – это небо и земля. Я это знаю, потому что на занятиях в Красногорске мы разбирали, как выживать снайперу при насыщенности поя боя термооптикой. Занятия, кстати, вели офицеры-практики, повоевавшие на Донбассе.

Но «Буцефал» или не «Буцефал» – идти надо.

Мы поковыляли дальше – нам надо было выйти к парку культуры и отдыха, доминантой которого было старое колесо обозрения, и занять оборонительные позиции, дождаться подхода вертолетов. И тут я услышал тихое, но злобное рычание…

– Собака!

Услышав человеческий голос, собака выскочила в коридор и бросилась на меня…

Она была размером с дога. Серая, грязная, кудлатая, покрытая шерстью, она не обратила внимания на две пистолетные пули, попавшие в нее, и бросилась на меня. Удар такой туши сбил меня с ног, я полетел на пол. Хорошо, что не выронил пистолет. Из пасти твари воняло, как из помойки, гнилью, собачьей слюной, дерьмом и еще не знаю чем. Очевидно, собака знала, как расправляться с человеком, потому сразу потянулась к горлу, но там у меня была защита. Я приставил пистолет, не знаю куда, и начал нажимать раз за разом на спуск. Никакого эффекта это не производило. Потом рядом оглушительно бахнул Калашников, опалив мне лицо, и теплые кровавые брызги залепили мое лицо…

Я не знаю, как Спец со сломанной ногой сумел меня поднять, но он сумел. И каким-то чудом мы добрались до балкона второго этажа, потому что на первом уже были укры, а по второму можно было перебраться в соседний подъезд.

За спиной были слышны крики.

– Они здесь!

– Собака! Собака!

– Тут щенки, осторожнее!

Так вот почему она на нас напала.

Длинная автоматная очередь…

– Шукайте по всему зданию!

Точно – звиздец.

– Прыгай! – Спец толкнул меня.