Товарищ американский президент
Шрифт:
Если вам дорога жизнь, если хотите, чтобы ваше имущество не пострадало, уходите подальше от маршрута, по которому мчится, не разбирая дороги, Спецмашина подразделения "000" за номером тринадцать. Это именно для вас громкоговорители Милашки на чистом русском языке надрываются, чтобы вы заткнули уши, закрыли глаза, легли на землю ногами в сторону движения спецмашины, опустили жалюзи домов и убрали в гаражи тачки для перевозки скошенной с лужаек травы.
Жаль, что не все слушают то, что громогласно объявляет Милашка. Народ так и прет вплотную к трассе, чтобы поглазеть на русское чудо.
Страховки мы не оплачиваем. Мы по вызову едем к Объекту.
– Почему так быстро? – второй номер кое-как вставил стопор в специальный разъем в кресле и натянул связь-шлемофон, предохраняющий как от внезапных ударов, так и от жуткого шума.
Я усмехнулся, преодолевая перегрузки. Глупый второй номер. Ему никогда не стать командиром спецмашины. Не умеет мыслить в перспективе.
– Потому, Боб, что согласно полученным данным, Объект попал в беду в тот момент, когда загорал во дворе дома. Получал кусок радиации на своей дурацкой лужайке, с которых вы каждую неделю состригаете урожай травы.
– И что? – янкель попытался изобразить на лице непонимание, но при перегрузках в три константы любое выражение лица похоже на предсмертную гримасу. А у Боба это еще ярче выражено. Кушает много.
– А то, – связь-танкистский шлем был слегка маловат и жал на уши, – объект подвергся укусам ядовитой твари в лежачем состоянии. И мы не знаем, какая область тела пострадала.
Янкель не понимал.
– Гера, объясни товарищу второму номеру, что нас ожидает. Только без рук.
"Зеленый смерч" застал Герасима на пути к спальному отсеку. Вжал в переборку, расплющил до невозможности. В таком положении выполнять должностные инструкции не то что невозможно, противопоказано. Но третий номер справился с трудностями, зацепился за бронзовую статуэтку Директора, привинченного к импульсной кофеварке, и даже дремал, испуганно дергая ресницами.
Полученный приказ командира выдернул его из сновидений:
– Мм, – издалека начал он, растолковывая прописные истины. Объяснял как мог. Даже вспотел.
Мне показалось только, что слишком издалека Гера начал. С такими темпами мы доедем скорее, чем Боб поймет суть. А вот это уже ближе к теме. Но, думаю, янкель прогулял лекции по практическим занятиям.
– Мм, – застонал Гера, посетовав на непробиваемость черепной коробки второго номера, и обречено махнул руками.
Его тут же снесло все нарастающим ускорением в багажный отсек, в район морозильной камеры. Вот и хорошо, расскажет пингвину, какую мы птичку спасать мчимся.
– Послушай, Боб…
Говорить с каждой секундой становилось все труднее, но мой долг, как командира спецмашины подразделения "000" за номером тринадцать заключается в том, чтобы каждый член нашей доблестной команды понимал всю трудность нашего положения.
– Наука, даже такая передовая, как наша, российская, не придумала еще иного способа избавления пострадавшего от змеиного укуса, иначе как способом, который использовался нашими далекими предками.
Это американец понял. Пошевелил губами в знак того, что разобрал, что кому-то придется высасывать смертельный яд из тела желательно живого Объекта. Теперь оставалось сообщить главное.
– Понимаешь, Боб. Мы не знаем, куда укусила змея. Но принимая те обстоятельства, при которых Объект пострадал….
Лицо второго номера медленно покраснело, а губы, наоборот, посинели. Наконец-то, дошло. Может, я и ошибаюсь. Может Боб когда-нибудь и станет командиром подразделения "000".
Добившись полного осознания, я облегченно отдался неповторимому чувству нарастающих перегрузок. Теперь, когда вся команда понимает, какие трудности нас ждут впереди, можно уверовать, Объект нас дождется.
Работа превыше всего. Главное, счет к молодому правительству правильно оформить.
– Командор, через пятнадцать минут будем в расчетной точке, – сообщила дрожащим, толи от нагрузок, толи от возбуждения, голосом Милашка
Скосив глаза на встроенные в панель управления часы и сверившись с солнцем, я с нескрываемой гордостью обнаружил, что мы перевыполнили норматив скорости вызова более чем в десять раз. Вместо четырех часов за двадцать одну минуту. Вот что значит с душой к работе относится.
– Снизить скорость до стандартной. Соблюдать меры предосторожности при движении по населенным пунктам среднего типа. Экипажу расслабиться и настроить моральный облик для работы с населением. Форма одежды по личному усмотрению. В форточки не плеваться.
Не люблю работать в незнакомых населенных пунктах. На улицах нет ни одного указателя по-русски. Приходится действовать вслепую.
Опустив боковое стекло, я высунулся на половину командирского торса и приветливо улыбнулся многочисленным зевакам, вышедшим с цветами поприветствовать русских спасателей:
– Привет, Америка! Мы сотрудники доблестного подразделения "000", если это вам что-нибудь говорит. Небось в школе проходили? Из России, мы. Россия! Мишки, пельмени, гуманитарная помощь.
Никакого эффекта. Толи до ребят не доходят мои слова, толи не доходит гуманитарная помощь. Надо потом разобраться с поставками.
– Боб! – не глядя я протянул руку и щелкнул пальцами, – одолжи на пять минут плакат с сейфа. Твои соплеменники по-нашему не понимают.
Развернув плакат, я ткнул пальцем в лицо улыбающейся Муры Деминой, потом клацнул зубами, показывая укус змеи, и только потом изобразил агонию человека, которого хватанула ядовитая гадина.
Язык жестов интернационален. Американцы, все как один, радостно заулыбались и в едином порыве показали направление, в котором ждала нас потерпевшая Мура.
Спецмашина подразделения "000" за номером тринадцать благодарно громыхнула носовым орудием, который она по случаю сняла с доисторического крейсера, навечно запаркованного к набережной одной русской реки и, аккуратно объезжая канализационные люки, устремилась в глубину города.
Я посмотрел в монитор заднего обзора.
Американцы, восторженно принявшие залп носового орудия Милашки, радостно возводили баррикады, тащили из квартир порванные на куски полосатые матрасы, разбирали кирпичный фонтан и расклеивали по стенам магазинов и дешевых ночлежек листовки.