Чтение онлайн

Из распахнутого люка телепорта, которых в Болоте как грязи, вылез товарищ не скажу с какой фамилией, следом за ним бригада вохровцев в черных контактных линзах. Товарищ с известно какой должностью взобрался на установленную тут же трибуну, окропил нас из ведра приятным одеколоном, перекрестил троекратно, обнял Герасима, сказал "Мочите их хоть в Болоте" и исчез. Вохровцы погрозили Гогам пальцами и тоже пропали. Хотя могли бы и оказать всестороннюю, в том числе и огневую, поддержку.

Почти сразу в среднюю левую конечность спецмашины вонзились восемь зажигательных снарядов, посланных преступными многочисленными элементами.

– Поражение три процента, истерично завопила Милашка, припадая на раненую ногу, – Командор! Давай сюда лекаря.

– Хватит, уже виделись, – вспомнил я подозрительные глаза Директора.

– Тогда реанимацию, – не унималась Милашка, истекая в пораненном месте смазочными материалами.

Я нажал сразу две кнопки. "Реанимировать" и "Поднять мертвеца". Мыша сама выберет с кем более выгодно работать.

Из колодца, разворотив прилегающую местность, выкатила труповозка реаниматоров, из которой шустро выскочили четыре гробовщика с носилками. Но плотный огонь приближающихся сил с горбатыми носами заставил их бросить инструмент и трусливо умчаться на труповозке обратно в реальность.

Положение становилось критическим. Скорострельность нашего оружия оставляла желать лучшего. Пальцы команды истекали кровью, установка "Градок" перегревалась, спецмашина истекала последними каплями масла. Требовалось нечто большее, чтобы переломить ход великого сражения.

Проклиная себя за малодушие, я откинул красную пластину, и, нажал последнюю нашу надежду.

– Ух ты, – Боб некультурно заглядывал через плечо, – Ну, сейчас будет цирк.

– Главное, чтобы энергии хватило, – пусть заглядывает. Может и научиться чему.

"Дыхание дракона" самое действенное оружие в Болоте. Виртуальность, по заверениям изготовителя, еще не знала подобной мощи. По сообщению монитора, испытание проводилось впервые и не обещало качественного выполнения.

Первыми заметили приближение опасности бандиты. Гоги, скидывая на ходу широкополые кепки, лялякая по-своему и разбрасывая во все стороны отравленные гвоздики – не забыли, что говорил вам пока что майор Сергеев? – бросились врассыпную. Но было слишком поздно.

Пятьдесят тяжелых ядеролетов "Красные дельфинята", разрывая виртуальный воздух широкими лопастями, вгрызлись в воздушное пространство Туманного Болота. Вспыхнуло чужое болотное небо. Вылетели из брюх "Красных дельфинят" огненные вихри. Молниями вонзились в серый бетон, неся смерть и разрушение. Смерть Гогам, разрушение их потомкам.

И посыпались из неподвижных облаков купола с отдельным мотострелковым батальоном Красно-сине-белых ушанок. Раскидали без присмотра белые парашюты, выстроились густой цепью и двинулись вперед, добивая тех, кто успел окопаться.

Минуты не прошло, как к нам подбежал закопченный полковник, козырнул лихо, шевельнул усами и пристально всматриваясь в глаза пока что майора Сергеева, доложился:

– Зачистка проведена. Враг разбит. Потерь среди личного состава не имеется. Еще раз по пустякам вызовете, голову отверну.

Эх, полковник, полковник…. Знал бы ты, перед кем лялю валяешь. Вмиг бы поумнел. Но миссия наша секретная, для всего мира таинственная. Перед своим Директором не раскрылись, а уж перед тобой и подавно.

Красно-сине-белые ушанки, собрав парашюты, попрыгали в вертолеты и улетели выполнять другие поставленные задачи.

– Дяденька Сергеев! – товарищ американский президент перебрался ко мне поближе, на руки, и испуганно смотрел вслед улетающим ушанкам, – Дяденька Сергеев, а почему вы им морды не набили.

– Они сами кому угодно, – объяснил я, поглаживая несмышленыша по голове. – Вот будешь плохо государством руководить, или, к примеру, надумаешь против России пойти, эти ребята и к тебе прилетят. Мировой порядок восстанавливать.

Ничего не сказал гномик. Умный был и наблюдательный. Но запомнил слова пока что майора Сергеева. Даже записал в конспектах. "С Россией – никогда. Или беречь морду".

– Все целы? – обернулся я, осматривая команду.

Команда молча утиралась от пота, зачехляла скорострельное оружие и рассаживалась по седлам. Милашка завершала ремонт покалеченной конечности, залепляя пережеванным печеным яблоком место прострела.

– Однако, горячее дельце было, – второй номер раздувал горелку, собираясь продолжить выпечку яблок. Как самый способный, он отвечал за кормежку личного состава экспедиции.

– Горячее еще впереди, – пообещал я, пришпоривая спецмашину.

Милашка сказала: – "Ой", – и потрусила в указанном рукой командира направлении.

– Мм, – не удержался третий номер от комментариев.

– А кто виноват, Гера, – ответил я на недовольный выпад, – Техника новая, в экстремальных условиях Болота не опробованная. А досадные сбои у всех случаются. Согласись, каждый имеет право на ошибку.

– Мм, – согласился Герасим, и попросил спецмашину: – Мм?

– Я не локомотив до скорости звука разгоняться, – заворчала Милашка, но оборотов прибавила. Точнее сказать, пошла рысью. Но надолго ее не хватило.

– Командор! Там кнопочка есть, я видела. Ускорение вызывает. Может, попробуем? А то народ ветра в лицо требует.

– Не ускорение, а нерациональную спешку. Технологии, говорю, непроверенные, хватит рисковать.

– Просим, просим! – заверещали члены команды, включая внештатных сотрудников.

– Раз просите…, – отыскав среди многочисленных кнопок обозначение быстро несущегося человека, я занес палец, – только потом не жалуйтесь.

Из раскрывшейся в трех метрах канализационного люка вылезли три фигуры. Два здоровых араба в набедренных повязках на голую кожу и один товарищ в черной форме, с повязкой на рукаве и в хромовых сапогах. У арабов в руках были замечены длинные плетеные хлысты с металлическими наконечниками. А у индивидуума в черной форме шмайсер из исторического музея огнестрельного оружия.

– Гей, хлопцы! А ну, поднажми! – закричали арабы, замахиваясь кнутами, – Шибче! Шибче!

Гражданин с повязкой много не говорил. Показал издалека удостоверение, где значилось, что он закончил специальные курсы ускорителей, дернул затвор, прошепелявил: – "А нехай пошнеляють", – и для большего понимания выпустил весь рожок поверх титанового тазика Милашки.

Спецмашина подразделения "000" за номером тринадцать не выдержала психологической атаки, включила повышенные передачи и понеслась по виртуальной бетонке.