Тоже Дейв
Шрифт:
– Вы же ведь не хотите сказать, – выдавливаю я наконец, – что все это начинается с вас?
– Нет, нет, конечно же нет. Я абсолютно уверен – это отдельно взятый случай, не имеющий связи с остальными, хотя он и ложится в схему вашего расстройства, а именно – деперсонализации.
– И все же тот факт, что библейский Давид был личностью, наиболее полно воплотившей теократические идеалы древних иудеев, и что ожидание его возвращения стало источником почти мессианского пыла…
Он пожимает плечами, снова кривит губы:
– …Вполне допустимо предположить, что возникновение новых Дейвов отражает что-то сходное – возможно, мирское ультрамонтанство?
– Но здесь речь идет о Дейвах,а не о Давиде. – Я понимаю, что цепляюсь к мелочам, но не могу удержаться.
– Да ладно, какая подсознанию разница? Знаете, я думаю, что вы начнете чувствовать себя значительно лучше, если мы снизим дозу парстелина, – думаю, что мы даже можем достичь прорыва. Знаете, мы могли бы вместе подготовить исследование…
– Если бы я был…
– Если бы вы были… – Он кивает, улыбается. Каждой клеткой своего тела он убеждает меня произнести это вслух. И я говорю:
– Тоже Дейв.