Чтение онлайн

Таким образом, слабость наших оборонительных рубежей была связана прежде всего с нереальностью задач, стоящих перед войсками 4-й армии. Вопреки мнению командования округа в полном смысле слова Брестского укрепленного района еще не существовало, так как полевые укрепления еще не были до конца построены. Да и организация глубокоэшелонированной обороны на фронте свыше 150 км в короткий срок силами трех стрелковых дивизий, значительная часть которых находилась на строительстве укрепленного района, являлась невыполнимой.

Главной ударной силой в системе Брестского района прикрытия являлся 14-й механизированный корпус РККА, хотя он лишь оперативно подчинялся командованию 4-й армии.

По директиве (фактически — плану обороны), разработанной в штабе Западного Особого военного округа в апреле 1941 года, он должен был взаимодействовать с потенциальным резервом — 47-м стрелковым корпусом под командованием генерал-майора С.И. Поветкина (55, 121, 143 сд, 462 кап, 273 обс, 47 окаэ). Это соединение (со штабом в Бобруйске) располагалось в районах Слуцка, Бобруйска и Гомеля на удалении 280–500 км от границы и находилось в подчинении округа.

Предполагалось, что «в случае прорыва крупных мехсоединений (противника) из района Бяла-Подляска на Брест, Барановичи 47-й стрелковый корпус во взаимодействии с 10-й смешанной авиационной дивизией прочно занимает рубеж Пружаны, Городец и не допускает распространения противника восточнее этого рубежа. 14-й механизированный корпус КА сосредотачивается в противотанковом районе и из-за отсечной позиции Каменец, Щерчево, Дзядувка атакует противника во фланг и тыл в общем направлении на Жабинки и совместно с частями 47-го стрелкового корпуса уничтожает прорвавшегося врага».

1Соотношение выведено на основе данных, помещенных в других таблицах. Резервы в расчет не приняты.

2В частях усиления взята только артиллерия.

В директиве устанавливался порядок взаимодействия 47 ск и 14 мк, но время прибытия и развертывания на указанных рубежах устанавливались просто нереальные. 47-й стрелковый корпус находился далеко от границы, а 14-й мехкорпус был очень неудачно расположен: управление находилось в Кобрине, 20-й мотоциклетный полк и корпусные части — в Антополе и Дрогичине, 22-я танковая дивизия — в Южном городке Бреста, 30-я танковая дивизия — в Пружанах, 205-я моторизованная дивизия — в н/п Береза-Картузская.

Самое неудачное место дислокации относительно района сосредоточения по тревоге было у 22-й танковой дивизии, которая находилась в Южном военном городке (г. Брест), непосредственно у границы, в пределах досягаемости артиллерийского огня, южнее реки Мухавец. По тревоге она выходила в район Жабинки и севернее. При этом дивизии предстояло переправиться через р. Мухавец, пересечь Варшавское шоссе и две железнодорожные линии: Брест — Барановичи и Брест — Ковель. Это означало, что на время прохождения дивизии в Бресте прекращалось всякое движение по Днепровско-Бугскому каналу, по шоссейным и железным дорогам.

Следовательно, настоятельно требовалось изменить дислокацию, на что, однако, округ не дал своего согласия.

Неудачная дислокация 22-й танковой дивизии и неразумно запланированный выход дивизии в район Жабинки привели в первые часы войны к огромным потерям в личном составе и к уничтожению большей части техники и запасов дивизии.

Общий план Брестской крепости, г. Бреста и его окрестностей.

Собственно 14-й механизированный корпус под командованием генерал-майора С.И. Оборина начал формироваться в апреле 1941 года. Структурно он состоял из 22-й и 30-й танковых дивизий, 205-й моторизованной дивизии, 20-го мотоциклетного полка, 519-го отдельного батальона связи, 67-го отдельного моторизованного инженерного батальона. 22 тд формировалась на базе 29-й отдельной танковой бригады в Бресте, 30-я танковая дивизия — на базе 32-й отдельной танковой бригады в Пружанах. 205-я моторизованная дивизия формировалась заново в Береза-Картузской. Для ее формирования были выделены все стрелковые, артиллерийские и специальные подразделения 42-й стрелковой дивизии, а для танкового полка — танковые подразделения 29-й и 32-й отдельных танковых бригад. Гаубичные полки танковых дивизий развертывались из гаубичных дивизионов стрелковых подразделений 4-й армии.

На 19 июня 1941 года в 22 тд было 148 Т-26 линейных, 81 Т-26 радийных, 6 Т-26 двухбашенных, 16 огнеметных Т-26 и 5 легких танков Т-37А/38. Всего 256 танков, а также 14 бронеавтомобилей: 6 БА-20 и 8 БА-10. В 30 тд было 124 Т-26 линейных, 57 Т-26 радийных, 8 Т-26 двухбашенных, 8 огнеметных Т-26 и 14 тягачей на базе Т-26. Всего 211 танков и 5 бронеавтомобилей БА-20. В 205-й моторизованной дивизии находилось 37 Т-26 линейных, 17 Т-26 радийных, 2 Т-26 двухбашенных, 5 Т-37А/38. Всего 61 танк и 25 бронеавтомобилей: 12 БА-20 и 13 БА-10. В целом в 14 мк находилось 534 танка и 44 бронеавтомобиля, в том числе 6 радийных БТ из управления корпуса. По штату № 10/20 в своем составе мехкорпус имел 1031 танк, 268 бронемашин и 32837 человека. В 14 мк на 19 июня было 29677 человек. На первый взгляд все не было так уж плохо: более 90 % укомплектованности л/с и около 50 % — основной боевой техникой. Тем более, что 14 мк имел однотипную и не старую материальную часть (танки семейства Т-26 поздних выпусков), что существенно облегчало ремонт и снабжение. Однако на практике мехкорпус был только частично боеспособен — новое пополнение апреля 1941 года прибыло в основном из среднеазиатских республик, слабо владевших или совсем не знавших русского языка. Обучить таких бойцов воинским специальностям было крайне сложно, да и командного (начальствующего) состава также не хватало. 14 мк имел некомплект танкового и другого вооружения, средств тяги для артиллерии, неукомплектованные тыловые ремонтные подразделения. Имевшийся в дивизиях автотранспорт позволял поднимать одновременно не более 30–40 % от всего личного состава. Дивизии, их части и подразделения, а также штабы всех степеней имели слабую подготовку.

Следовательно, 14-й мехкорпус как второй эшелон армии из-за неукомплектованности и необученности не мог выполнить возложенной на него задачи — нанести контрудар в обороне или развить успех в наступлении. Для него серьезной проблемой являлся даже вывод дивизий в районы по боевой тревоге, удаление которых от пунктов дислокации танковых дивизий достигало 40 км, а моторизованной — до 60 км.

Состав и дислокация артиллерийских соединений и частей в 4-й армии имели свои особенности.

Артиллерийско-противотанковых бригад в полосе 4-й армии не формировалось. Они создавались в соседних армиях. Эти соединения получили на вооружения 85-мм зенитные пушки образца 1939 года (которые использовали как противотанковые), но средств тяги к ним имели менее чем на 50 %.

В районе прикрытия № 4 (Брестском) функции артиллерийско-противотанковых бригад РГК возлагались на 14-й механизированный корпус РККА.

В полосе армии на окружном полигоне юго-западнее Барановичей весной 1941 года имелось 480 152-мм орудий для формирования 10 артиллерийских полков РГК. Создать и сколотить эти полки до начала войны также не успели.