Трагедия и доблесть Афгана
Шрифт:
Вечером произошел случай, чуть было не стоивший жизни всем руководителям операции «Шторм-333», когда они возвращались в расположение батальона на правительственном «мерседесе» и, хотя заранее согласовали сигналы с генерал-лейтенантом Н. Н. Гуськовым, возле здания Генштаба ВС ДРА были обстреляны своими же десантниками. Машина вдруг резко остановилась и заглохла. Олег Швец выскочил из машины и бросился за придорожные кусты. Послышалась возня и звук оплеух. «Ты что, балда, не видишь, что по своим стреляешь?» — кричал он какому-то десантнику, держа его за шиворот. «Мы здесь кровь проливаем, а вы на шикарных машинах раскатываете», — отвечал лейтенант-десантник обиженно.
Вышли из машины. Подполковник Э. Г. Козлов прихрамывал. Он был ранен в ногу во время штурма. Подняли капот. Там было пять пробоин от пулеметных пуль. «Чуть выше — и все бы погибли. Так бездарно», — сказал «капитан Лебедев» (он прошел всю Великую Отечественную войну, побывал во многих передрягах, в частности, находился вместе с С. Альенде во время переворота в Чили и т. д. — Примеч. авт.).
Пересели на бронетранспортер, на котором сзади ехал майор Халбаев.
Приехали в расположение батальона. Решили «отметить» успешное выполнение боевой задачи. Спустя годы генерал-майор Василий Васильевич Колесник вспоминал: «Впятером мы выпили шесть бутылок водки, а было такое впечатление, что как будто мы и не пили вовсе. И нервное напряжение было настолько велико, что, хотя мы не спали, наверное, более двух суток, заснуть никто из нас никак не мог. Некоторые аналитики оценили действия спецназа как вероломные. Но что было делать в такой обстановке? Вопрос стоял — или они нас, или мы их». И сколько бы лет ни прошло, но у каждого спецназовца штурм дворца Х. Амина останется в памяти навсегда.
Это был кульминационный момент всей их жизни. Они с честью выполнили задание своего правительства.
Закрытым Указом Президиума Верховного Совета СССР большая группа сотрудников КГБ СССР (около 400 чел.) была награждена орденами и медалями. Полковнику Г. И. Бояринову за мужество и героизм, проявленные при оказании интернациональной помощи братскому афганскому народу, было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Такого же звания были удостоены полковник В. В. Колесник и подполковник Э. Г. Козлов. Подполковника О. У. Швеца наградили орденом Красного Знамени. Получили правительственные награды также около 300 офицеров и солдат «мусульманского» батальона, из них 7 человек наградили орденами Ленина (в том числе Халбаева, Сатарова и Шарипова) и порядка 30 — орденами Красного Знамени. Они все, выполняя приказ, рисковали жизнью (некоторые погибли или были ранены). Другое дело — ради чего? Ведь солдаты всегда являются пешками в чьей-то большой игре и сами войн никогда не начинают, но часто расплачиваются своими жизнями именно они.
«За штурм дворца Амина» полковника В. П. Кузнеченкова, как воина-интернационалиста, удостоили ордена Красного Знамени (посмертно). Лишь немногим будет известно, что во время штурма они с полковником А. В. Алексеевым, выполняя свой врачебный долг, «воскресили» Хафизуллу Амина. А. Алексееву же дали почетную грамоту при его отъезде из Кабула на Родину в апреле 1980 г. 29 декабря охрану дворца от спецназовцев приняли десантники и части 40-й армии. Сразу же после Нового года за подписью командующего ТуркВО генерал-полковника Ю. П. Максимова в Москву направили шифротелеграмму с докладом о выполнении боевой задачи и просьбой разрешить вывести «мусульманский» батальон из Афганистана. Вскоре такое разрешение было получено, и 9 января весь личный состав батальона на самолетах ВТА вылетел на Родину. Боевую технику передали 40-й армии. Солдат и офицеров перед отлетом проверили и изъяли у них несколько кинжалов, пару пистолетов, транзисторный приемник и магнитофон. Все это передали в особый отдел.
Обострение отношений между СССР и США
Сразу же после ввода советских войск в Афганистан президент А. Картер обратился к Брежневу и крайне негативно расценил тот акт, предупредил Советский Союз о негативных последствиях такого шага. Руководители КПСС направили ответное послание.
Совершенно секретно
Особая папка № П 177/220
Т.т. Брежневу, Косыгину, Андропову, Громыко, Суслову, Устинову, Пономареву, Замятину.
Выписка из протокола № 177 заседания Политбюро ЦК КПСС от 29 декабря 1979 года
Об ответе на обращение президента Картера по линии прямой связи по вопросу об Афганистане.
Утвердить проект ответа т. Брежнева Л. И. по данному вопросу (прилагается).
Ответ передать по линии прямой связи Москва-Вашингтон.
К пункту 220 прот. № 177
Совершенно секретно
Уважаемый господин Президент! В ответ на Ваше послание от 29 декабря считаю необходимым сообщить следующее. Никак нельзя согласиться с Вашей оценкой того, что сейчас происходит в Демократической Республике Афганистан. Через Вашего посла в Москве мы в доверительном порядке уже дали американской стороне и лично Вам основывающиеся на фактах разъяснения действительно происходящего там, а также причин, побудивших нас положительно откликнуться на просьбу правительства Афганистана о вводе ограниченных советских воинских контингентов.
Странно выглядит предпринятая в Вашем послании попытка поставить под сомнение сам факт просьбы правительства Афганистан о посылке наших войск в эту страну. Вынужден заметить, что отнюдь не чье-то восприятие или невосприятие этого факта, согласие или несогласие с ним определяет действительное положение дел. А оно состоит в следующем.
Правительство Афганистана на протяжении почти двух лет неоднократно обращалось к нам с такой просьбой. Кстати сказать, одна из таких просьб была направлена нам 26 декабря с. г. Это знаем мы, Советский Союз, об этом в равной мере знает афганская сторона, которая направляла нам такие просьбы.
Хочу еще раз подчеркнуть, что направление ограниченных советских контингентов в Афганистан служит одной цели — оказание помощи и содействия в отражении актов внешней агрессии, которое имеет место длительное время и сейчас приняло еще более широкие масштабы. Совершенно неприемлемым и не отвечающим действительности является и содержащееся в Вашем послании утверждение, будто Советский Союз что-то предпринял для свержения правительства Афганистана, должен со всей определенностью подчеркнуть, что изменения в афганском руководстве произведены самими афганцами, и только ими. Спросите об этом у афганского правительства.
Не соответствует действительности и то, что говорится в Вашем послании насчет судьбы семей бывших афганских руководящих деятелей. Имеющиеся в нашем распоряжении данные опровергают сведения, которые Вы получили.
Должен далее ясно заявить Вам, что советские воинские контингенты не предпринимали никаких военных действий против афганской стороны и мы, разумеется, не намерены предпринимать их.
Вы делаете нам упрек в своем послании, что мы не консультировались с правительством США по афганским делам, прежде чем вводить наши воинские контингенты в Афганистан. А позволительно спросить Вас — Вы с нами консультировались, прежде чем начать массивную концентрацию военно-морских сил в водах, прилегающих к Ирану, и в районе Персидского залива, да и во многих других случаях, о которых Вам следовало бы, как минимум, поставить нас в известность?
В связи с содержанием и духом Вашего послания считаю необходимым еще раз разъяснить, что просьба правительства Афганистана и удовлетворение этой просьбы Советским Союзом — это исключительно дело СССР и Афганистана, которые сами по своему согласию регулируют свои взаимоотношения и, разумеется, не могут допустить какого-либо вмешательства извне в эти взаимоотношения. Им, как любому государству — члену ООН, принадлежит право не только на индивидуальную, но и коллективную самооборону, что предусматривается статьей 51 Устава ООН, которую СССР и США сами формулировали. И это было одобрено всеми государствами — членами ООН.
Разумеется, нет никаких оснований для Вашего утверждения о том, будто наши действия в Афганистане представляют угрозу миру.
В свете всего этого бросается в глаза неумеренность тона некоторых формулировок Вашего послания. К чему это? Не лучше ли было бы поспокойнее оценивать обстановку, имея в виду высшие интересы мира и не в последнюю очередь взаимоотношения наших двух держав.
Что касается Вашего «совета», мы уже сообщали Вам, и тут я повторяю снова, что, как только отпадут причины, вызвавшие просьбу Афганистана к Советскому Союзу, мы намерены полностью вывести советские воинские контингенты с территории Афганистана.
А вот наш Вам совет: американская сторона могла бы внести свой вклад в прекращение вооруженных вторжений извне на территорию Афганистана.
Я не считаю, что работа по созданию более стабильных и продуктивных отношений между СССР и США может оказаться напрасной, если, конечно, этого не хочет сама американская сторона. Мы этого не хотим. Думаю, что это было бы не на пользу и самим Соединенным Штатам Америки. По нашему убеждению, то, как складываются отношения между СССР и США, — это дело взаимное. Мы считаем, что они не должны подвергаться колебаниям под воздействием каких-то привходящих факторов или событий.
Несмотря на расхождения в ряде вопросов мировой и европейской политики, в чем мы все отдаем ясный отчет, Советский Союз — сторонник того, чтобы вести дела в духе тех договоренностей и документов, которые были приняты нашими странами в интересах мира, равноправного сотрудничества и международной безопасности.
В письме излагается официальная версия советского руководства о своей непричастности к свержению X. Амина и отрицается вмешательство в дела суверенного государства. Очевидно, надеялись все сохранить в тайне, но ведь всегда тайное становится явью. Тон этого письма довольно наглядно характеризует уровень конфронтации и отношений, существовавших в то время между СССР и США. С американцами тогда старались разговаривать «на равных».
В свою очередь, на заседании Совета безопасности США в связи с вводом советских войск в Афганистан было решено принять следующие меры:
Выдвинуть требование осудить СССР за неспровоцированную открытую агрессию против независимой страны в Совете Безопасности ООН.
Отказаться от обсуждения в конгрессе Договора ОСВ-2 до тех пор, пока не прекратится эта агрессия.
Временно заморозить все двусторонние переговоры, визиты на высшем уровне, передачу передовой технологии и, возможно, наложить запрет на продажу зерна.
Ограничить кредиты для СССР со стороны США и их европейских союзников.
Отказ США от дипломатического признания нового правительства Афганистана с последующим присоединением к этому решению стран НАТО.
Оказать срочную помощь Пакистану для укрепления его оборонительных возможностей.
Заключить договоренность с правительствами Сомали и Египта об использовании американскими ВС баз на их территории в случае возникновения военной угрозы Среднему Востоку или району Персидского залива.
Принять тайную программу обеспечения мусульманских повстанцев в Афганистане противотанковыми и противосамолетными ракетами советского производства, возможно, из Египта.
Поощрять Китай к оказанию помощи повстанцам пулеметами, противопехотными и противотанковыми минами.
По данным МИД СССР, КГБ СССР, ГРУ ГШ ВС СССР в январе 1980 г. американцы преследовали следующие основные цели:
Продемонстрировать лидерам и населению мусульманских стран, что не США, а СССР является «смертельным врагом ислама», и тем самым попытаться подорвать позиции Советского Союза в «третьем мире» и прежде всего на арабском Востоке. Одновременно США стремятся спровоцировать в мусульманских странах массовые выступления протеста против «советской агрессии в Афганистане», а также враждебные акции против советских официальных представительств в этих странах и их сотрудников.
Оказать давление на американских союзников по НАТО и Японию с целью создания видимости международного осуждения Советского Союза за его роль в афганских событиях. По мнению администрации, это осуждение должно идти дальше словесных заявлений предусматривать практические меры, вплоть до экономических санкций, сокращения количества сотрудников западных дипломатических представительств в СССР и Афганистане и бойкота московских Олимпийских игр.
Подготовить почву для вынесения «афганского вопроса» на рассмотрение Совета Безопасности ООН с целью «расследования» роли СССР в афганских событиях, осуждения «советского вторжения в независимую развивающуюся страну» и обеспечения международной изоляции Советского Союза. В этой связи особая роль отводится Пакистану, который, по замыслу США, должен обратиться в ООН с официальной «жалобой на агрессивные действия СССР».