Чтение онлайн

Маги расхаживали по замку следом за демонами и искали одаренных. Понять, зачем, я не могла. Но в памяти остались только надменные и холодные люди. И выходить к таким не хотелось. А потом поняла, что в отношении меня этот фокус не пройдет. Маг отца рассказывал, что они чувствуют только внутреннюю магию и если ее связать, то невозможно понять, одарен ли человек. Ограничитель вживлен в кожу и не виден. Так что я с легкостью сойду за простушку. А одежда служанки не даст опознать принцессу. В королевстве ходило немало жутких слухов о пленницах дворцов демонов. И мне не хотелось попасть в ряды жительниц гарема. И хоть я в свои шесть лет не совсем понимала что это за работа. Но все равно было страшно.

Суть этого я увидела отсюда же из-под лестницы. Один из здоровых асуров поймал девушку, мамину горничную, и использовал ее по прямому назначению. Служанка пыталась вырваться, но что она может противопоставить здоровому демону. После нескольких томительных минут она перестала сопротивляться. Руки раскинулись, а глаза тупо уставились в потолок.

Меня нашли не сразу. Проходивший мимо маг почувствовал присутствие человека и вытащил из-под лестницы. К тому времени крохотная девочка была напугана до полусмерти и не могла толком двигаться. Замок оказался уже практически полностью разгромлен. Красивые залы и гостиные горели, двери были распахнуты. Меня вытащили на площадь. Туда согнали всех обитателей замка. Слуги всегда любили свою принцессу, а потому прижали между собой и молчали. В этой замарашке с зареванным лицом никто не мог узнать красивую девочку. Старая кухарка все время отворачивала мое лицо, но я все равно это увидела.

На площади, на постаменте, где папа выступал перед народом, лежали их тела. Мать раздели и распороли живот. Отцу изуродовали все тело и лицо. Я с ужасом смотрела на это и не понимала, что происходит. Слезы исчезли. Бездыханное тело матери стало для меня шоком. Королева неизменно была украшением нашего маленького мирка. Она красивая, всегда хорошо одетая. Многие модницы искали картинки с ее нарядами. А тут изуродованная до неузнаваемости, будто выкинутая на помойку и никому не нужная кукла. Я стояла среди слуг. Старая кухарка прижимала меня к себе, а конюх стоял рядом и шептал:

— Береги наследницу императоров. Теперь ее эти ироды точно не узнают. Маги же ищут девочку с волосами цвета ночи и необычными огненными глазами. А у нее теперь волосы, как у старухи и серые глаза.

Кухарка прижала меня к себе и погладила по голове. А маги тем временем бегали по замку. Им вторили драконы. Один из них подбежал к генералу асуров и, схватив его за грудки, зарычал:

— Где она? Мы договаривались, что принцесса поедет к нам. Вы дали слово. Империя драконов поддержала чародеев только из-за этой девочки.

— А мне бы тоже хотелось это узнать, — сказал маг. — Наследница бога не должна попасть в случайные руки.

— Ищите. Мы тоже не знаем, где принцесса.

Дракон только фыркнул:

— Не надо было все это затевать. Нужно было без церемоний выкрасть девочку и, дело с концом.

— Не все так просто, — сказали маги.

Они долго и упорно искали девочку с огненными глазами. А потом взялись тупо проверять всех детей подряд. На меня просто глянули и откинули кухарке назад. Вот принцесса и затерялась среди многочисленных пленников и прислуги, что вывели из разграбленного и разбитого королевства. И навеки пропала принцесса Аврора и появилась неприметная девочка Рона и стала дочерью кухарки. Но пережитый шок не прошел даром для меня. Я не разговаривала почти четыре года. Нельзя, чтобы дети видели войну и смерти своих родных.

Дорога в империю демонов была сложной. Меня шатало и старый кузнец поднял на руки. А потом смог уговорить демонов и меня положили в повозку, когда асуры были благосклонны. А это случалось не всегда. Пыль и грязь впиталась в кожу. Солнце палило и превращало мою смуглую кожу в головешку. А дорога не кончалась. Я потеряла счет времени. Все превратилось в сплошную полосу. Я не понимала, где и что происходит вокруг. Кажется, тогда наверно забыла и своих родителей и половину всего, чему меня учили. И к столице империи асуров пришла больная.

Имя моей приемной матери выветрилось из головы. Она берегла, как умела. Но ее скромные силы были не бесконечны. Через несколько дней меня банально приговорили к смерти. Но она не дала. Выделила укромный уголок в своей каморке и стала ухаживать. По официальной версии девочка по имени Рона, что была привезена из королевства, ушла за грань в императорском дворце асуров. Это оказалась моя вторая смерть. Может, это мой крест. Но назло врагам я встала с кровати и продолжила жить. Меня назвали по-другому — Авия. Пока я болела, то память о родителях отошла на второй план. Я почти забыла обо всем, чему учили. И перестала говорить. Наверное, поэтому меня и не смогли найти драконы. Магия была во мне полностью заблокирована, стала чем-то запредельным и чужим.

Дворец асуров не институт благородных девиц и не салон аристократов. Там было много грязи и подлости. Постепенно все, кто знал о моем происхождении, уходили. А я оставалась одна. Наверное, это тоже мой крест. Чтобы не случалось в моей жизни, какие друзья ни появлялись. Я все равно оставалась одна. Вот и сейчас уже долгие века я живу в одиночестве. Но время, когда оно пугало давно кануло. Возможно, это старость. Или, прожив столько лет, я поняла прелести уединения. Там где-то остались все мои страхи.

Знаешь, призрак моей памяти. Ведь я по-настоящему осталась одна. Они все ушли. Но в детстве и в академии я не понимала, какое это благо. Тогда мне хотелось вернуться в отцовский дворец. Там жило мое счастье. В прошлом был мой дворец и фиалки с колокольчиками на стенах спальни. Там жил веселый маг, что рассказывал небылицы и удивительный фонтан в парке. Тогда мне казалось, что смогу.

Прислуживать меня поставили сразу же, как заметили. Очередной ребенок в замке не должен просто так есть свой хлеб. С привезенной девочкой меня не ассоциировали. Мало ли непутевая кукушка кинула своего ребенка. А может быть, ее в порыве страстей убил очередной аристократ. Демоны плохо относятся к человеческим девушкам. Вас много. Вы безликая толпа, недостойная поднимать глаза на господ. С вами можно делать все.

Меня приставили к посильной работе. За время болезни я похудела и руки стали похожи на тонкие палки. Волосы превратились во что-то невероятное. Они были, то мышиного оттенка и напоминали гриву старухи, то вдруг отливали рыжим огнем. Мои глаза были серыми, и только иногда в них снова вспыхивал тот самый огонь. Но с годами это стало происходить все реже.

Меня приставили убираться в гостевых комнатах. Моей задачей было вымести пол и специальным артефактом убрать ковры. Эта дрянь, невероятно тяжелая для маленькой девочки. Но кто меня слушал. Да и говорить к тому времени так и не смогла. Я стала безгласной тенью большого дворца. Таких во всех замках много. Вы проходите мимо и, походя, топчете чью-то жизнь. Старшая прислуга не обращала на серую тень внимания. А наши потихоньку уходили. Когда скончался старый конюх, я плакала впервые за три года. А потом через год умерла и кухарка, что выхаживала меня. Она ушла вечером тихо и с улыбкой. Я так и осталась лежать на ее груди, пока утром тело не забрали. Я осталась в одиночестве. До меня никому не было дела. И если бы тогда меня прибили, никто не обратил на это внимания. Ночи невыплаканных слез и детское горе всколыхнули старые воспоминания. В то время — это тягучее одиночество пугало и заставляло совершать ошибки.

Тогда-то я и заговорила. Почти четыре года молчания и вдруг такое. Экономка, руководившая женской челядью, схватила меня за руку и потащила не к кому-нибудь, а к самому императору. Владыка изволили обедать со своим семейством. К счастью, не всем, а лишь самыми приближенными. А это оказались его старшие сыновья. Всего их у императора Диссига четверо, вернее, тогда их было столько. И вот сейчас они все уставились на меня. Вообще-то, если не считать мерзкого характера императора, он был красив. Мускулистое тело, которое никогда не прятал. Давая возможность многочисленным поклонницам рассматривать все прелести его накаченного тела с кубиками и рельефами мышц. Темные волосы были короткими. Парикмахер ежедневно делал из них затейливую укладку. Мода на косы не затронула сердца владыки. А еще светлые глаза, что постоянно горели огнем. Но это для асуров, тем более с такой силой, как у императора, нормальное явление.