Чтение онлайн

Этот факт несколько похож на рассказ о Гумберте и о духе, история которого записана в биографии Епископа Майнского. В чем же дело? Ужели действительно мертвец посещал спальню с тем, чтобы хоть посмотреть да пожалеть о своем имуществе, которое, по обыкновению, назначалось в экономскую кладовую?

Через год дело объяснилось. Дело было так: один из учеников хотел взять шубу, как единственную в целой спальне, и отправился за своей надобностью. Здоровый ученик, спавший у двери, так сильно толкнул тащившего шубу в грудь, что тот от удара упал на рядом стоявшую постель, принадлежавшую за четыре до этого дня умершему, и от боли застонал и разбудил этим некоторых учеников, которые спросонья вообразили, что видят мертвеца. Упавший на постель вовсе не шарил в сундуке, а только несколько раз толкнул нечаянно сундук, желая подняться с постели мертвеца и лечь на свою, которая с постелью мертвеца образовала угол. Улегшись в постель, он услышал звуки: пришел покойник. Испугавшись покойника, он начал закутываться в одеяло, один конец которого вовсе не повиновался, потому что задет был за ножку кровати покойника, которую он несколько приподнял во время падения и во время возни случайно всунул под ножку конец одеяла, сброшенного на пол еще в то время, как он подымался с своей постели; он вообразил, что одеяло держит мертвец. И потому, естественно, ученик этот подтвердил рассказ других тем, чти сам слышал стоны, и что мертвец тащил с него одеяло; может быть, он и догадывался, что его стоны приняты за стоны мертвеца; но ему не хотелось говорить, потому что был в ссоре с учеником, у которого хотел стащить шубу. Все же убежден был, что мертвец приходил. Рамы, окна задрожали от приливших волн ветра, сильно бушевавшего потому, что рамы были ветхи и неплотно запирались.

Таким образом, суеверные, неразвитые часто принимают самые обыкновенные вещи за действия мертвецов.

Некоторые по злобе или просто из шалости надевают черные или белые покрывала, чтобы пугать других, показываются на могилах, улицах или в домах и производят шум и стук и т. п., а суеверные воображают, что это души умерших беспокоят живых. Иногда такими душами считаются воры или любовники, которые прикрываются таким образом. Оставшимся вдовам или наследникам являются иногда умершие их отцы или мужья и требуют изменения завещания, большей частью, впрочем, в пользу духовидцев.

Подобных фактов было очень и очень много. Мы приведем один факт такого рода, нам хорошо известный. Этот факт будет продолжением рассказанного нами факта выше — из училищной жизни.

Когда узнали ученики, что мертвец посещал одну из спален, то по крайней мере очень многие решили, что он посетит непременно и другие. Почему они думали, что он посетит, понятно только им одним. Как бы то ни было, ученики двух ближайших спален не на шутку струсили и ученики одной из этих спален решили изыскать средства, которые бы воспрепятствовали мертвецу посетить спальню. Положено было на митинге, из 15-ти человек составившемся, читать вызвавшимся смельчакам, по крайней мере до заутрени, Евангелие и Жития святых. Решение исполнено и мертвец не осмелился посетить спальни. Другая спальня была несчастливее, потому что ученики, спавшие в ней, не думали предпринимать никаких средств и все спокойно уснули; только двое из всех, несмотря на старания, не могли уснуть; их мучила какая-то тоска. Днем они все школьные тонкости истощили для того, чтобы доказать, что мертвец посетит не их спальню. Тоска, мучившая их, предвещала недоброе. В глубокую полночь распахнулась настежь дверь спальни, в которую быстро вошла высокая фигура, покрытая белым, как снег, саваном и прямо направилась к кроватям неспавших. Один из них, похрабрее, спрятался под кровать; другой так испугался, что остался неподвижным; казалось, кровь замерла в его жилах. К нему-то фигура и приблизилась и, положив два пальца на открытый его лоб, держала их около получасу, и потом с шумом удалилась. Пациент от испуга опасно заболел. От пальцев на лбу остались два глубоких следа — два черных пятна. Несчастный, заболевший от испуга, на другой день отправился в больницу и пролежал в ней около пяти месяцев. Здоровье его поколебалось сильно. Через год узнали мы, что он отправился ad patres. Через год же мы узнали, что являвшаяся фигура вовсе не был мертвец, а один из учеников той спальни, в которой читали Евангелие. Долго думал он о том, как бы испугать споривших с ним, что мертвец не посетит их спальни, и наконец, взяв чистую простыню под полу так, чтобы другие не заметили, вышел из спальни, направился к соседней спальне, набросил на себя простыню, толкнул в дверь, которая не запиралась за неимением ключа, вошел в спальню, прямо направился к хорошо известным ему кроватям и положить пальцы на открытый лоб и т. д., как мы передавали. Читатель может спросить: если в училище господствовали предрассудки и суеверия, что это за смельчак, который решился разыграть роль духа? Прежде всего заметим, что в училище не были все одинаково суеверны. Некоторые просто не сознавали того, какой опасности они могут подвергнуться, исполняя эту роль, при всем убеждении, что мертвецы посещают живых. Более развитые, верившие в явления духов, не рискнули бы на тот фокус, который мы рассказали, из опасности преследования со стороны мертвеца, который или в коридоре или в спальне, на месте преступления, мог отмстить шалуну. Но такие шалуны, как указанный нами, всегда, или большей частью, рассуждают о поступке после поступка; тут только они осмысливают всю его опасность, безрассудность и т. п. По крайней мере, так рассуждал ученик, совершивший фокус. Будучи уволен из училища, он сознался некоторым, что он был отчасти виновником трагически кончившейся истории. «Я просто хотел только напутать их, сказал он, и особенно спрятавшегося под кроватью; но если бы я начал тащить его из-под кровати, то он узнал бы меня, и потому я решился испугать хоть того, который оставался на кровати. Утром я думал рассказать всем о своей проделке; но узнав, что Мигаев опасно заболел, испуганный ночью мертвецом, доказательством посещения которого служили глубокие следы от пальцев, я боялся говорить об этом кому бы то ни было потому, что мне этого не простили бы». А если бы в это время явился мертвец и начал душить, сказали ему. «Я закричал бы и меня спасли бы; да я об этом тогда и не думал».

Некоторые, которым он передал этот факт, пересказали другим некоторым и т. д. Словом, через два, три дня все ученики узнали о проделке, посмеялись, порассказали многое о таких проделках в деревнях. Тут же мы узнали и виновника истории в первую ночь явления мертвеца стонавшего, и тем кончилось дело.

Только что рассказанный факт имеет много сходства с рассказами о духах, отпечатлевающих свои руки на теле. И если подобные рассказы не суеверие, не сказки, не произведения праздного вооббражения, то все они похожи на приведенный нами факт из училищной жизни, и мы бы без труда объяснили их, если бы нам более известны были подробности рассказов. В подобных случаях очень необходимы подробности рассказа. Черные или, вернее, синие, багровые пятна весьма возможны от прилива и остановки крови и от испуга, подобно тому, как от сильного удара являются на теле багровые или черные пятна. Рассказы о духах, отпечатлевших руки на дереве — пустая выдумка, потому что в то время, к которому относятся эти рассказы, еще не знал искусства и составов, посредством которых можно производить отпечатки на дереве.

Кроме указанных причин, вызвавших веру в явления духов, есть еще другие, более частные, зависящие от индивидуального состояния данного лица. Указанные нами выше причины могут быть названы общими; они могут вызывать веру в явления духов не у одного только, но у многих. Воспитанное в суеверии воображение и возбужденное каким-нибудь внешним впечатлением, представляет такие явления, рисует такие предметы, которых в действительности никогда не было. Но воспитанных в суеверии, в предрассудках, необразованных, неразвитых очень много и потому, очень естественно, вера в явления духов развивается повально, если можно так выразиться, эпидемически, если из таких суеверов необразованных составлено общество.

В училище, обществе суеверных мальчиков, вера в явления духов была очень развита и распространялась эпидемически. Точно так же и в средние века суеверные, зараженные предрассудками, вера в явления духов развивалась эпидемически и часто подтверждалась фактами. Какой-нибудь шум, стук, шорох, призрак и т п., производимые естественными причинами, считались признаками присутствия духа, потому что верившие в явления духов не знали, да и не могли исследовать причин так называемых явлений духов. После этого неосновательно предлагать такой вопрос: каким же образом можно объяснить то, что в средние века явилась страсть видеть везде явления духов? Это объясняется тем. что тогда все были заражены суеверием, предрассудками и поверьями, которые с течением времени, с развитием, уменьшились и почти совсем исчезли.

Другие причины суеверной наклонности все объяснять явлениями духов находились в состояния личности. В этом случае органическое расстройство вообще и чаще желудочное развивают веру в явления духов, привидений и т. п.

Один отставной офицер вскакивал по ночам и кричал как безумный, уверяя, когда его спрашивали, что с ним, что четыре человека, которых он узнал в лицо и называл по имени, влезли в окно и хотели его убить, но что он защищался отчаянно, и убийцы, услышав шаги бежавших к нему на помощь, скрылись в окно. Лица, обвиняемые им в покушении на его жизнь, находились за сотни верст; притом же один из них давно умер, другой лежал в параличе. Эта история повторялась каждую ночь. Когда исследовали дело, то причиной таких явлений был задержанный геморрой.

Кашко в 1600 г., в Кенигсберге, человек очень умный и образованный, страдал от различных призраков; то чудовище с совиною головою открывало занавесы его постели, то змеи обвивались вокруг него, когда он сидел за бумагами, то негр являлся в его кабинет и тому подобное.

Таких примеров можно указать очень много. Медицина объясняет их органическим расстройством, и часто с успехом излечивает несчастных, подверженных органическим расстройствам.

Одной госпоже N. В течение целых двух (1830–1831) лет являлось до десяти привидений: то являлся ей муж ее, который ушел гулять на два часа, то она видит родственника, который в это время на целые тысячи верст от нее, то слышит дыхание рядом будто лежащего с ней мужа, тогда как он в это время в гостях на вечере и т. п. Однажды этой госпоже послышался стук колес. Она пошла к окошку и увидела въезжающую на двор карету, начала приготовляться к принятию гостей, потом решилась полюбопытствовать, кто приехал. Но каков же ее был ужас, когда она увидела, что как кучер, так особы, сидевшие в карете, стоявшей у самого окна, были скелеты, одетые в нарядное платье. Окаменев от ужаса, она пробыла в этом состоянии несколько минут, пока не явился муж, при входе которого она вскрикнула и указала на окно, но в это время ни кареты, ни скелетов уже не было.

Как в этом, так и в других случаях г-жа N… за несколько часов до явления привидения чувствовала в глазах какое-то особенное ощущение, достигающее высшего развития во время явления привидения и вместе с ним исчезающее.

Исследование доктора показало, что все эти привидения не что иное, как произведения расстройства воображения, причиненного желудочной болезнью, не замеченной прежде. Если такое расстройство зависит от принятия ядовитого вещества, то оно сильно отражается на сетчатой плеве и процесс зрения значительно видоизменяется. В самом деле, принявшие внутрь дурман, белену, как помешанные, принимали собственные произведения расстроенного воображения за действительные, реальные явления или считали данный предмет не тем, что он есть на самом деле, лошадей считали людьми; дом огородом и т. п.

Как бы то ни было, все приведенные нами рассказы основываются на указанных нами причинах. Эти так называемые видения духов и душ отшедших людей могут быть подведены под следующие категории: і) видения, воспроизводимые памятью, нарисованные воображением и переданные от мозга сетчатой плеве глаза посредством нервного волокна, которое в это время не может воспринимать действительных предметов внешнего мира. Напр. представление человека, которого когда-нибудь видели; 2) видения, как чисто созданные воображением и переданные от мозга глазу. Напр. созданный воображением дух с известными свойствами, в известном виде. Это создание воображения, переданное сетчатой плеве глаза, представляется как бы действительно существующим, закрывающим действительные предметы потому, что нервное волокно, занятое образом воображаемого существа, не может воспринимать и передавать мозгу действительных предметов; 3) видения, зависящие от расстройства органического или чаще желудочного. Известно, что три главные системы организма: нервная, мускульная и желудочная тесно связаны между собой; нормальная и совокупная их деятельность предполагает здоровье в организме, ненормальная предполагает болезнь. Даже в здоровом организме усиление одной из этих систем влечет за собой расстройство или, правильнее, ослабление других. В большинстве случаев, у атлетов желудок тощий и ум недалекий, у обжор — мускулы, несмотря на свою массивность, и умственные способности — слабы и вялы; у людей ученых — желудок и мускулы истощены и слабы. Но еще яснее сказывается это усиление в расстроенном организме. У кого сильно расстроен желудок, у кого желудочная система сильно ослабела, так что почти отказывается от деятельности, желудок истощен, тому иногда представляются самые дикие картины, явления, видения от того, что у него напряженно действует нервная или мозговая система и от напряжения, усиленного за счет других систем, расстраивается, лишается нормальной деятельности и воспроизводит дикие явления или видения, потеряв нормальное отношение к действительному миру через расстройство восприемников — нервных волокон и т. п. Это нужно сказать о голодных, не употреблявших вовсе пищи в течение нескольких дней. Чем слабее расстройство желудка, тем менее ненормальна напряженность мозга. Этим объясняются все так называемые видения, зависящие от расстройства организма и желудка; 4) видения, зависящие от обмана чувств. Недостаточно рассмотренный или нехорошо расслышанный предмет или звук принимаются совсем за другие. Обман чувств зависит или от слабости, повреждения, расстройства чувств или даже от предзанятой мысли, но являющей нормальную деятельность и восприятие чувств, или просто от условий, окружающих наблюдателя и предмет наблюдаемый, и наконец от неразвитости наблюдателя.

С этой категорией имеют связь все представления древних о явлениях теней на гробах умерших людей. В чем состояли эти явления, о которых часто говорили древние? Мы приведем мнения ученых об этом. Давид Вандербег утверждает, что кровь и соки животных заключают в себе, так сказать, в возможности их образы, и приводит опыт г. Борелли, который уверяет, что теплая человеческая кровь наполнена этим жизненным серным веществом. При этом он говорит, что если кровь, пролитая на церковном дворе или на поле сражения, будет приведена жаром в движение, то из нее могут образоваться образы умерших лиц, которые видны ночью и даже днем, когда нет слишком сильного света, не позволяющего видеть звезды.