Чтение онлайн

Жители городов, страдавшие от моровой язвы, знают по опыту, что испуг многим стоит жизни. Как скоро человек почувствует самую ничтожную боль, он думает, что поражен эпидемией; это так сильно действует на него, что он серьезно может заболеть.

Если мы исследуем другой рассказ о смерти замученного вампиром, то откроются очевиднейшие доказательства того, что в этом случае главную роль играли страх и предрассудок. Умерший, через три дня после погребения, явился ночью сыну своему, потребовал ужин, поел и исчез. На другой день сын рассказал ночной факт соседям. В следующую за этим ночь отец не являлся; но на следующее утро сын найден в постели мертвым. В этом рассказе суеверие и страх очевидны. Первый раз подействовав на воображение больного, тоска не произвела надлежащего действия, но предрасположила его дух к более сильному впечатлению, что и случилось после. Замечательно, что вампир не являлся в ту ночь, накануне которой сын рассказал свой сон соседям, потому что, как по всему видно, соседи ночью находились при нем и, значит, мешали ему испугаться.

Теперь я перехожу к исследованию тех трупов, у которых кровь была жидка, борода, волосы и ногти вырастали. Из этих чудес можно выбросить три четверти и быть очень снисходительным, если оставить частицу. Всякому очень хорошо известно, что народ и даже историки, часто очень известные, преувеличивают факты, хоть сколько-нибудь выходящие из уровня обыкновенных, тогда как очень легко чисто физически объяснять причину этих фактов.

По опыту известно, что в некоторых частях земли тело может сохраняться во всей своей свежести. Это явление объясняют весьма удовлетворительно, и потому не лишним будет привести здесь один из таких фактов. В Тулузе, под монастырской церковью, в пещере сохранились тела умерших до того невредимыми, что их легко принять за тела живых, тогда как эти умершие оставили жизнь за двести до этого лет. Эти тела в костюмах своего ордена прислонены к стене стоймя. Но разительнее всего в этом случае тот факт, что тела, поставленные на другой стороне этой же пещеры, становятся добычей червей через два или три дня.

Часто приходится замечать, что у мертвых вырастают волосы, борода и ногти. Причина этого явления понятна: так как в теле остается еще немного мокрот, то нисколько не удивительно, что в безжизненных частях может некоторое время продолжаться растительность.

Жидкая кровь представляет больше трудностей для объяснения, но и для ее присутствия в теле умершего можно указать естественные основания. Если солнечный луч нагревает селитренные и серные части в почве, способной сохранять тело, то эти части, смешиваясь со свежепогребенным трупом, приводят в брожение сгустившуюся кровь и разжижают ее. Возможность такого явления доказывается опытом. Если в глиняном или стеклянном сосуде нагревать хил [356] или молоко с двумя частями дистиллированного виннокаменного масла, то белая жидкость превращается в красную потому, что соль винного камня, разжижая маслянистую часть молока, совершенно разжижает и превращает ее в род крови. Кровь, образовавшаяся в сосудах тела, менее красна и не гуще. Итак, очень естественно, что жар, возбуждая волнение в погребенном теле, производит точно такое действие, какое происходит и в вышеприведенном эксперименте, потому что соки тела и кости весьма похожи на хил, а жир и мозг суть маслянистые части этого хила. Все эти части от волнения должны принять вид крови на основании упомянутого эксперимента. После этого так называемые вампиры могут испускать из себя эту жидкость, состоящую из растворенных жирных частей, принимаемую за кровь.

1693 и 1694 годах публично объявляли, что в Польше и особенн о в Польской Руси являлись днем вампиры и сосали у людей и животных кровь, которая потом во гробе текла по их губам, носу и особенно ушам, так что они плавали в крови во гробе, как часто находили их [357] . Вампиры не удовлетворялись одним лицом в доме, но мало-помалу истребляли всех, если только их не останавливали, — не отсекали у них голову или не пробивали им колом сердце. Некоторые, для охранения себя от вампиров, смешивали хлебную муку с кровью вампиров, и питавшихся хлебом, приготовленным из этой муки, вампиры не беспокоили.

Голландский «Glaneur», мало кому веривший, принимает эти факты за несомненные и истинные, потому что не имеет достаточных оснований оспаривать их. Впрочем, он утверждает, что народы, у которых являются вампиры, слишком невежественны и легковерны, так что явления, о которых идет речь, не более, как продукт их уродливой фантазии; их грубая пища — главная причина этого: питаются они большей частью только хлебом, приготовленным из овса, корней и древесной коры, и такая пища может производить только густую и испорченную кровь и вызывать в воображении мрачные представления.

Эту болезиь он сравнивает с укушением бешеной собаки, которая переает свой яд укушенному. Точно таким же образом, говорит он, и зараженные вампиризмом передают этот опасный яд тем, которые их посещают. Этим именно объясняется причина беспокойных ночей, тяжелых снов и так называемых явлений вампиров.

Если вампиры издают крик, когда в их сердце вонзают кол, то в этом нет ничего неестественного. Заключенный в сердце воздух, быстро выдавленный, необходимо производит этот звук, когда проходит через горло. Это часто бывает с трупами даже и тогда, когда до них никто не дотрагивается. Он заключает, что только помраченная унынием и суеверием фантазия может представлять, что болезнь, о которой столько было говорено, происходит через вампиров, которые будто приходили с тем, чтобы высасывать у больных последние капли крови.

Перед этим он говорит, что в 1732 г. еще известны были вампиры в Венгрии, Моравии и Турецкой Сербии; что этот феномен очень известный, так что сомневаться в нем нечего; что многие Немецкие физики написали о нем целые томы на латинском и немецком языках; что Академии и Университеты в Германии еще и доныне рассуждают об Арноде Паоле, Станьоске, дочери Гайдука Йотуйцо, и Гайдуке Милло, которые все были пресловутыми вампирами деревн Медрегуа, в Сербии.

Далее я приведу письмо, в котором мой друг сообщает мне сведения о вампирах венгерских. Автор письма совершенно расходится во взгляде на вампиров с Голландским «Glaneur».

«Чтобы удовлетворить желанию высокопочтеннейшего Аббата Кальмета относительно вампиров, нижеподписавшийся имеет честь уверить, что ничего нет вернее, как все те рассказы судебные, которые печатаются публично в газетах и известны всей Европе. Но из всех актов г. Кальмету лучше всего обратиться, для удостоверения в действительности явлений вампиров, к актам Белградской депутации, учрежденной Е. В. Карлом VI и окончившей свое дело при Е. В. Герцоге Карле Александре Вюртембергском. Жать только, что в настоящую пору я не могу указать вам ни года, ни месяца, ни дня, потому что не имею под руками своих бумаг.

Этот Принц позволил Белградской депутации, состоявшей из офицеров и чиновников, поселиться с Генеральным аудитором Королевства в той деревне, в которой умерший вампир в течение многих лет производил ужасные опустошения между своими родственниками. Заметьте, г. Аббат, что эти кровопийцы стараются истреблять людей только в своей фамилии. Эта депутация состояла из лиц, ученость и безукоризненная нравственность которых всем известна. Все они были приведены к присяге Лейтенантом Регента Принца Александра Вюртембергского и отправились в сопровождении 24-х гренадеров.

Все знатнейшие Белградцы и сам Герцог пристали к депутации, желая быть очевидцами исследования.

Прибыв на место, узнали, что вампир, дядя 5-ти племянников и племянниц, в течение 50 дней потребовал в другую жизнь трех из них и одного из своих братьев. Он в последний раз посещал свою пятую племянницу, молодую и красивую девицу, и два раза уже сосал у нее кровь, как положили конец этим кровавым сценам.

В начале ночи депутаты отправились к могиле вампира. Рассказчик происшествия не мог определенно указать ни особенных обстоятельств, ни времени, при которых и в которое высасывалась кровь у лиц уже умерших. Молодое лицо после такого истощения было в самом жалком изнеможении, так тяжело было это мучение. Приблизившись к могиле умершего за три до этого года, увидели свет, как от лампады, впрочем не столько ясный. Когда открыли гроб, мертвец оказался как живой, глаза были полуоткрытые и блестели, сердце билось. Когда подняли тело из гроба, оно оказалось совершенно неповрежденным, хотя и не было мягкое, подвижное и гибкое. Когда сердце было пробито, то из него полилась беловатая, смешанная с кровью материя, более, впрочем, крови, чем материи, без малейшего запаха; подобная же жидкость полилась, когда отрубили голову. Когда его опять положили во гроб с большим количеством извести, молодой племяннице, у которой он два раза сосал кровь, с этого часа сделалось лучше. Вампиры не избирают одного определенного места, они являются то здесь, то там, но где они поселяются, там показывается часто синеватый огонек.

Это известный факт, доказанный достоверными актами, случившийся более чем со 100 лицами, заслуживающими доверия.

Чтобы еще более удовлетворить желанию ученого Аббата Кальмета, я опишу еще обстоятельнее все, что видел собственными глазами и эти подлинные рассказы отправлю через курьера св. Урбана; я рад всякому случаю, который позволяет мне доказать г. Кальмету, что никто столько не уважает его глубокой учености, как преданнейший слуга Л. фон Белец, прежде капитан во время регенства Принца Александра Вюртембергского, а потом начальник гренадеров в регенство Барона фон Тренка».