Чтение онлайн

Метод, которым руководились Св. Отцы при объяснении Св. Писания, основывался на общепринятом понимании, к которому должно относиться с точки зрения здравого разума [103] ».

Главное и существенное всех этих возражений очевидно составляют следующие мысли: (і) та мысль, что будто как духи вообще, так и в частности злые духи по самой своей природе не могут действовать как на материю вообще, так следовательно и в частности на тела человеческие, и что следовательно бесноватость, как действительное обладание злого духа телом человеческим, невозможна, и 2) та мысль, что будто то, что Сам Иисус Христос и Его Апостолы как вообще говорили и учили о влиянии злых духов на человека, как о действительно существующем факте, так и в частности говорили и учили о бесноватых, как о людях действительно одержимых злыми духами, не доказывает ни действительности этого влияния вообще, ни в частности, действительного существования таких людей. Они объясняют это учение тем. что будто Христос и Апостолы говорили и учили так не потому, чтобы они так и сами действительно смотрели на дело, а только лишь потому, что они в своем учении и своей проповеди старались приноравливаться к понятиям и предрассудкам народа. Народ верил, что демоны производят как многие другие физические и нравственные болезни человека, так и в частности болезнь, известную под именем бесноватости, между тем как на самом деле сами ученики Христовы не разделяли этих понятий и предрассудков, и как вообще на все те явления, которые народ приписывал злому духу, они смотрели не более, как только на действия естественных причин, так и в частности на так называемую бесноватость смотрели они не более, как только на известного рода болезненное расстройство.

Обе мысли, очевидно, совершенно неверны. Неверна первая мысль, неверна та мысль, будто дух не может действовать на материю. Как же не может, когда мы постоянно имеем пред глазами очевидный факт такого действования? Ведь дух же человеческий действует на тело, выражает в нем свои движения, владеет, управляет им? Значит, духовная природа вообще может действовать на материю; следовательно, может действовать на нее и злой дух. Нам непонятен образ этого действования; но возможность и действительность известного факта и образ его свершения совершенно различные вещи. И отвергать возможность и действительность известного факта на том одном основании, что мы не понимаем образа его совершения было бы, конечно, слишком нелепо. Мало ли чего мы не понимаем из того, действительность чего не подлежит никакому сомнению? Разве мы понимаем напр. образ внутреннего благодатного действования духа Божия на душу человека? и однако ж признаем это действование несомненным фактом. Говорят: душа человеческая для действования на тело имеет особенный орган, которого нет у злых духов. Но на это прежде всего нужно сказать то, отчего же, если душа человеческая действует на свое тело через известный орган, отчего же и злые духи не могут действовать на этот орган и через него на тело? Душа человеческая есть так же точно, как и злые духи, существо духовное; следовательно, если для нее возможно действовать на этот орган и через него на все тело, то так же точно возможно это и для злых духов. Но что хотят разуметь под органом души, через который она действует на тело? Дух и тело по самой своей природе противоположны между собою; поэтому между ними нет и не может быть ничего среднего. Теперь предполагаемый орган, посредством которого душа будто действует на тело, необходимо может быть только чем-нибудь одним из двух, или чем-нибудь духовным, или чем-нибудь материальным. Если предположить, что он есть нечто духовное, в таком случае, очевидно, действование души на тело через этот орган есть опять-таки ни более, ни менее, как действование духа на материю, и следовательно не только не дает основания отвергать возможность действования на человеческое тело со стороны злых духов, а напротив, доказывает эту возможность. Если предположить, что этот орган есть нечто материальное, какая-нибудь тончайшая, эфирная материя, то и от этого дело нисколько не изменяется. Материя, как бы она ни была тонка, все-таки есть материя и во всяком случае противоположна духу. Следовательно, принять, что душа действует на тело через посредство материального органа, значит принять не более, как то, что она действует на материю без всякого посредствующего органа, и значит, опять предполагаемое действование ее на тело через материальный орган не только не служит опровержением, а напротив, служит доказательством возможности действования на тело и со стороны злых духов. То обстоятельство, что мы не можем с точностью определить границ влияния злых духов на тела, конечно, не дает также никакого права отвергать самую действительность этого влияния.

Так же точно несправедлива и другая мысль, та мысль, будто Иисус Христос и Апостолы сами не признавали ни влияния злых духов вообще, ни существования людей, одержимых злыми духами, что будто они говорили об этом влиянии и об этих людях, как о действительно существующем факте, только приспособительно к народным представлениям. Эта мысль прямо противоречит цели проповеди Иисуса Христа и Апостолов. Цель ее была та, чтобы искоренить в людях заблуждения и научить их истине. Конечно, они имели целью главным образом научить людей таким истинам и искоренить в них такие заблуждения, которые имеют своим предметом нравственно-религиозную область человеческой природы и жизни. Но вопрос об отношении к человеку злых духов, о влиянии их на него прямо и непосредственно относится к этой области и есть один из самых главных и самых важных ее вопросов. Следовательно, допустить, чтобы Иисус Христос и Апостолы не только оставили без всякого внимания в людях какие-нибудь заблуждения относительно этого отношения и влияния, но даже утвердили эти заблуждения, в своей собственной проповеди и своем собственном учении признали их за истинные понятия, совершенно невозможно, потому что это значило бы допустить со стороны их действие совершенно несогласное с их целью, положительно враждебное их цели. Следовательно, совершенно невозможное дело, чтобы они не только оставили без опровержения, но даже с своей стороны выдавали за истину народное убеждение как вообще во влиянии злого духа на человека, так и в том. что так называемые бесноватые суть одержимые злыми духами, невозможное дело, чтобы сделали это в том случае, если бы они сами не разделяли этого убеждения, если бы они признавали его ложным. И значит, если Христос и Апостолы говорят об этом влиянии и об этих людях, как о действительно существующем факте, то слова их необходимо понимать в этом случае буквально, то необходимо признать, что они и действительно сами признавали действительность этого влияния и действительное существование таких людей.

Иисус Христос и Св. Его Апостолы преподавали людям небесное учение не для того, чтобы приобрести себе славу учителей, а для того, чтобы призвать людей из тьмы в чудный свет Божий и доставить им средства ходить, как прилично чадам света [104] . Но можно ли было бы достигнуть им этой цели, если бы они стали преподавать свое учение приспособительно к ложным понятиям своих слушателей? Как можно было бы тогда понять истинные мысли проповедника? Поняли ли бы Иисуса Христа ученики Его, когда Он говорит: се сатана просит вас, дабы сеял, яко пшеницу [105] . Поняли ли бы мы, от чего хотел предостеречь нас Апостол Петр, когда заповедывал: Трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, аки лев рыкая, ходит, иский кого поглотити [106] , противитеся диаволу [107] ? Вы-разумели ли бы мы Апостола Павла, когда он, заповедуя нам облекаться во вся оружия Божия, говорил: несть наша брань к крови и плоти, но к началом и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным [108] ?

Правда, Иисус Христос выражался иногда языком символическим, приточным; но притча совершенно другое дело, чем приспособление ко мнениям и предрассудкам других. Притча у Спасителя всегда видна как потому, что она дает себя знать но самой своей форме, так и потому, что Спаситель всегда Сам дает знать, где Он говорит приточно. Таким образом, если бы слушающий притчу и лишен был счастья узнать скрытую в притче истину, по крайней мере он не подвергся бы несчастию принять за действительную мысль проповедника буквальный смысл притчи.

Притом, Иисус Христос, предлагая учение Свое народу в притчах, по неспособности его надлежащим образом пользоваться сим учением [109] , объяснил сии притчи для избранных учеников Своих — будущих учителей мира, коль скоро и они не понимали притчей Его. Так ученики Иисуса Христа не поняли притчи Его о сеятеле и семени, и Иисус Христос объясняет ее для них [110] . Ученики невыразумели притчи Иисуса Христа о Пастыре и овцах; Иисус Христос предлагает ее им в яснейшем виде [111] . И вообще, Иисус Христос обличал Апостолов, когда они не понимали духа Его учения [112] , или когда думали о лице Иисуса Христа сообразно с понятиями своих современников [113] . Но Иисус Христос никогда не говорил ни народу, ни ученикам Своим, что слова Его о злых духах надобно понимать не так, как они представляются с первого взгляда; напротив, и пред народом [114] и пред учениками Своими [115] говорил о злых духах без всякого объяснения слов Своих; следовательно, Иисус Христос хотел, чтобы Его в этом случае понимали так, как велит буквальный смысл слов Его.

Говорят: мысль о влиянии злых духов на человека и об одержимых злым духом во время Иисуса Христа слишком глубоко была укоренена в народе еврейском, так что если бы Иисус Христос и Апостолы стали усиливаться искоренять ее, подверглись бы опасности сделаться жертвою народной ненависти [116] . — Но не вооружался ли Иисус Христос против неблагочестивого обычая Иудеев покупать и продавать в храме разные вещи [117] ? Не восставал ли Он против предрассудочного мнения о клятве [118] ? Он обличал лицемерие Фарисеев [119] , осуждал предпочтение, оказываемое Иудеями обрядам пред сущностью закона, правдой и верой [120] и показывал несправедливость чувственных, любимых понятии о Мессии [121] . И сих обличений, осуждений, укоризн Иисус Христос не оставлял никогда, несмотря на то, что Ему на всяком шагу грозила опасность сделаться жертвою народной ненависти.

Апостолы Христовы, несмотря ни на какую опасность, проповедовали учение Христово, хотя оно и отменяло религию иудейскую и уничтожало религии языческие. Они разрешили Христиан от обязанности исполнять обрядовый закон Моисеев [122] ; они обличали суеверную надежду на оправдание, основываемую на происхождении от Авраама [123] ; осуждали Иудеев за убиение Мессии Иисуса [124] , и укоряли за жестокосердие, удерживавшее их в неверии [125] . Словом, нет ни одного заблуждения, ни одного порока, который бы Иисус Христос и Апостолы оставили в народе иудейском без обличения, хотя бы это стоило им жестоких гонений. И оставили ли бы они без обличения мнение о влиянии на человека злых духов, если бы оно было несправедливо?

Некоторые в самом Св. Писании находят основание не принимать в буквальном смысле тех мест, в которых говорится о влиянии злых духов на человека. — За такое основание признают главным образом следующее изречение Апостола Иакова: Кийждо же искушается, от своея похоти влеком и прельщаем [126] . Но это изречение совершенно не может быть таким основанием. Здесь похоть берется в обширнейшем значении, и именно не только как действующее начало греховных наших расположений, но и как начало, приемлющее греховные возбуждения отвне: иначе, что бы означало это наставление Апостола Иакова: противитеся диаволу [127] ? Сколько ни повреждена нравственная природа человека, в ней есть нечто и доброе. Хотя человек естественный весьма часто не обретает в себе еже содеяти доброе; по крайней мере ему прилежит еже хотети [128] . И это желание добра может быть приводимо в исполнение, так как в человеке есть несколько нравственных сил. Но диавол, этот исконный человекоубийца, не может равнодушно смотреть на эти останки добра в человеке; ему хочется и последнее семя добра исторгнуть из души человека, или если не можно их исторгнуть, то старается всеять в душу человека различные плевелы. Если бы природа человеческая не была повреждена, то этим плевелам труднее было бы возрасти. Но греховная похоть человека — следствие первородного греха, подобно как трут принимает искру, восприемлет злые внушения диавола. Итак, поелику принятие внушений диавольских в человеке, после падения, имеет основанием своим похоть, возбуждающую в нем расположение к этим внушениям, Апостол Иаков и самые внушения диавола приписывает похоти человека, так как от нее зависит принятие сих внушений. При понимании и объяснении Св. Писания должна быть нашею руководительницею Церковь. А Церковь, как уже видели мы, всегда признавала действительное существование одержимых злым духом.

Знаменитый в свое время доктор медицины Фернель доказывает, что бесноватость совершенно неизлечима одними естественными медицинскими средствами, что от нее могут спасти только духовнорелигиозные меры, именно Церковные заклинания [129] . Мнение, очевидно говорящее в пользу защищаемой нами истины и, как взгляд самой науки, составляет очень важное доказательство против опровергаемых возражений.

Можно, конечно, делать много возражений против бесноватости: ничто столько не представляет трудностей для понимания, как этот предмет. Но уж это постоянный, неизменный закон, что и яснейшие истины религии всегда бывают покрыты некоторой темнотой, что и самые несомненные факты всегда подвергаются сомнению, что самые неоспоримые, самые несомненные чудеса людьми неверующими на основании каких-нибудь сомнительного свойства явлений опровергаются. Религия имеет свою ясную и темную сторону. Этого восхотел Сам Бог для того, чтобы таким образом люди праведные имели предмет для развития веры, а неверы и безбожники в своем самопроизвольном неверии и нечестии нашли погибель: чтобы видящие не видели и слышащие не слышали [130] . Великие таинства христианства для одних составляют камень претыкания, для других путь ко спасению: таинство креста для одних безумие, для других дело высочайшей премудрости и чудодейственной силы Божией: Слово бо крестное погибающимъ убо юродство есть, а спасаемым нам сила Божия есть. Понеже бо в премудрости Божией не разуме мир премудростию Бога, благоизволил Бог буйством проповеди спасти верующих; мы же проповедуем Христа распята, Иудеем убо соблази, Еллинам же безумие (Кор. 1, 18, 21, 23).

Когда Моисей творил чудеса, Фараон ожесточился, маги египетские должны были наконец увидать в них перст Божий. Иудеи, видя эти чудеса, доверяются Моисею и Аарону, отдаются их руководству, несмотря на опасности, какими угрожало им это решение.

Демон часто, по-видимому, действует против себя самого и разрушает свою собственную власть; то же он, по-видимому, делает и тем, что посредством своих приверженцев выдает, будто все, что рассказывается о явлениях злого духа вообще и в частности о бесноватости, есть не более, как басни, которым могут верить одни дети, будто все это может быть признаваемо справедливым только слишком неразвитыми и предрассудочными умами. Какая польза для демона внушать такой взгляд на все это и разрушать в народе убеждения относительно всего этого?. Если все это обман и ложь, что выигрывает он, открывая людям глаза на этот обман? Если это действительность, то зачем ему подвергать подозрению свое собственное дело, зачем ему лишать себя известности в своих собственных делах и в своих собственных последователях?