Чтение онлайн

Вывод: необходимо сохранить ЦСР в «домайском» виде, сохранив статус федеральной независимой экспертной площадки, к мнению которой прислушивается власть.

С этой запиской я направился к С. Павленко, который теперь был руководителем аппарата А. Кудрина. Сергей Юрьевич со мной согласился, обещал поговорить на эту тему «с кем надо», но рекомендовал параллельно использовать и другие каналы доступа «к кому надо».

После этого я напросился на встречу к ранее активнейшему эксперту ЦСР, а в тот момент советнику президента А. Илларионову. Принял он меня очень хорошо, доводы воспринял и забрал Записку «для дальнейшей работы».

Спрашивать моих союзников, как продвигаются дела, я счел не этичным, но, учитывая, что никаких изменений не произошло, получается, что аргументы Г. Грефа оказались весомее.

Все складывалось так, что или надо было искать «кайф» в другом месте, или, как выражаются специалисты в этой области, просто «завязать».

К концу 2000 года я мирно «съехал» из уютного здания на другую «квартиру»…

Не один десяток раз, особенно после публикации «Стиптиза…», мне в разной форме задавали один и тот же вопрос: вы везучий? Мне очень трудно самому на него отвечать. Как скалькулировать: что заработано «потом и кровью», а что появилось нежданно-негаданно.

К тому же по своему характеру я стараюсь не зацикливаться на неприятностях, а преодолевать их и идти дальше. Отсюда, особенно со стороны, создается иллюзия постоянного движения по гладкой и твердой дороге.

Наверное, самый близкий к истине ответ на заданный мне вопрос дали Светлана Федотова и Иван Колпаков:

«Если где-то на небесах есть бог, который отмеряет мензурками и мерными чашками людям то, что им причитается, то он явно не равнодушен к профессору Сапиро: он грузит ему горе и радости железнодорожными составами.

Его триумф видят все…

Его горя не видит никто. Поэтому и кажется, что его путь усеян только розами, с которых предусмотрительный мажордом срезал шипы» [35] .

Года три назад, прочитав в «Стриптизе…» мои размышления о карьерных траекториях, один из героев этой книги и мой давний друг Владимир Мовчан сформулировал интересную задачу: «Человека с малолетства воспитываем и учим строго «по науке», нацеливаем его на взятие конкретной высоты. При этом он принимает правила игры и делает все, что следует. Делает не из-под палки, а с воодушевлением…

Вопрос: какова вероятность того, что он достигнет поставленной цели?»

Насколько я знаю Владимира Петровича, если он задает вопрос, то он уже имеет два-три варианта ответа на него. Но размышляет при этом: а вдруг есть еще четвертый, пятый?..

Не знаю, в первую или вторую группу попал мой ответ, но был он следующим: действуя «по науке», наш «соискатель» имеет больше шансов достичь желаемого, чем его конкурент, пренебрегающий опытом других. Если, скажем по-военному, он метит на генерал-полковника, то очень высокая вероятность, что полковника он получит. Три последующие звезды на его погонах могут появиться, если ему повезет.

Прежде всего, персонально.

Вариантов персонального везения (не везения) множество. Например:

– заняться одним, а не другим видом спорта. Скажем, дзю-до и горными лыжами, а не большим теннисом или шахматами;

– получить раскрываемое громкое дело, а не «висяк», который находится на «личном контроле» самого высокого уровня;

– встретить именно ту, которая через несколько лет будет без зубной боли восприниматься окружающими под кодовым названием «первая леди» (нередко при отсутствии этого пункта «везения» мотивация карьеры теряет всякий смысл);

– встретить на своем пути кого следует и не встретить того, кого не надо.

Мой школьный товарищ Толя Семенов служил с высшим военно-инженерным образованием в ядерном спецарсенале на капитанской должности. Большинство его коллег так и вышли в отставку капитанами. А он вовремя приболел, попал в госпиталь, встретил там своего земляка из кадрового управления округа. Дальше все просто: перевод в училище, где даже старший преподаватель – полковничья должность, и – вперед! В итоге – полковничья папаха.

На эту тему можно поставить еще одну простенькую условную задачу. Если бы молодой, способный, трудолюбивый, не предающий «своих» юрист Дмитрий Медведев в начале своей карьеры был замечен руководителем не питерского внешнеэкономического ведомства, а, предположим, ЮКОСА… Где бы он сегодня находился?

Но и «персонального» везения иногда недостаточно. Чтобы крупно повезло, нужно оказаться не только в нужном месте, но и в нужное время. Точнее – в нужную эпоху. Но об этом – в следующей главе.

В наше время разработка стратегии развития любой уважающей себя организации не обходится без анализа «внешней среды». Для компании, фирмы «внешней средой» являются поставщики и потребители, конкуренты и потенциальные инвесторы, отечественные и зарубежные политики, финансисты, представители государственных органов управления, климатические и природные условия… В научной литературе имеется более десятка формулировок этого объекта. Наиболее точно и сочно, на мой взгляд, суть «внешней среды» описал профессор Академии народного хозяйства Анатолий Бусыгин:

«“Внешняя среда”… выступает в качестве того механизма, на основе которого происходит естественный отбор организаций: полное отторжение организации “внешней средой” означает прекращение ее существования, эффективное интегрирование организации во “внешнюю среду” сулит ей успех» [36] .

Подозреваю, что у читателя, осилившего эти два абзаца, может возникнуть подозрение, что вместо мемуаров ему подложили учебное пособие. Чтобы снять это подозрение, попробуем вместо слова «организация» везде поставить иное – «человек».

Если человек себя уважает, он всегда в какой-то форме планирует свое будущее, разрабатывает и реализует «стратегию» не только своей деятельности, но и личной жизни. Не трудно убедиться, что в осуществлении этой «стратегии» ему помогают или препятствуют те же самые факторы «внешней среды»: частные лица (друзья-приятели и недоброжелатели), всевозможные деловые партнеры, власть, природа…

Предыдущая глава завершилась словами: «Чтобы крупно повезло, нужно оказаться не только в нужном месте, но и в нужное время. Точнее – в эпоху».