Чтение онлайн

– Ты точно поняла, куда нам нужно? – Кондуктор выглядит немного ошарашенным, и это даже немного смешит. Юркий солнечный зайчик отталкивается от Невы и прыгает прямиком в его синие глаза. Почему я вообще запомнила, что у него синие глаза?

– Раз мы оказались в конкретной точке конкретной набережной конкретного Питера – есть только один вариант.

Ненадолго останавливаюсь в середине Дворцового моста. Пытаюсь вглядеться в лица прохожих, но ощущение такое, что я вышла из дома без очков и линз: ничего, кроме невнятных бежевых пятен с затемнением там, где должны быть носы и рты. Разумеется, правила трамвая все еще действуют, и на самом деле я не в Петербурге, а в собственных воспоминаниях. Жаль, конечно. Я правда рассчитывала на хороший кофе.

С противоположного берега уже выжидающе смотрит Петр Алексеевич. Еще не вижу, но уже чувствую. Знает наверняка: обязательно подойду поздороваться, мысленно проведу кончиками пальцев по Гром-камню, вместе помолчим немного и разойдемся в разные стороны. Ни в одну из многочисленных встреч не было такого,чтобы мы смотрели в одну сторону дольше пяти с половиной секунд. Так уж вышло, что Император Всероссийский всегда был в курсе, что вкусы у нас различаются, по крайней мере, по отношению к столицам. И ничего, что родились в один день. Вот и в этот раз не задерживаюсь надолго. Лишь коротко киваю и оставляю Медного – да, бронзового, разумеется – всадника за спиной.

Мы идем мимо Исаакия и Астории, по Синему мосту и налево, вдоль Мойки. Я смотрю по сторонам так, как смотрела на Петербург много лет назад, в самую первую нашу встречу. Улицы кажутся немного картонными, но все же наполнены такой энергией, такой жизнью, что если не держаться за воздух, свалишься с ног.

– Ты, конечно, умеешь маршруты прокладывать, – Кондуктор немного морщится, когда мы сворачиваем на узкий тротуар Гороховой. – Нельзя было выбрать, ну, что-то более приспособленное для неспешных прогулок?

– И что ты предлагаешь, Невский? – ухмыляюсь. – Запомни на будущее: в Питере хорошо все, что не Невский. Каждый петербуржец подтвердит.

– А ты у нас, конечно, главная петербурженка на этой вечеринке, ну-ну.

Я не сдерживаюсь и кривляюсь, передразниваю Кондуктора, сразу же начинаю смеяться.

– Нет, ты сам посуди. Красиво кругом? Красиво. Вывески бесят? Возможно, но все равно не так сильно, как на проспекте. Туристов меньше, опять же.

Ровно в этот момент не успеваю увернуться от прохожего, но он не врезается, а идет насквозь. Это одновременно нагоняет страх и отрезвляет: мы все еще в воспоминаниях, это все еще какая-то другая нереальность со своими правилами. На долю секунды теряю равновесие, но спутник подхватывает под локоть, не давая упасть.

– Сюда бы еще плитку собянинскую…

– Радуйся, – легко толкаю парня в бок, – что нас никто не слышит. Я бы тебя из Грибанала вылавливать не полезла, дружочек.

– Извини, конечно, но я тут немножко прикинул и сделал вывод, что из нас двоих специалист по попаданиям в задницу – не я, – он улыбается самой ехидной улыбкой из всех, что мне довелось видеть за наше недолгое знакомство.

Каменный мост остается позади. Когда взгляд цепляется за неоновую вывеску бара над спуском в подвал, невольно сводит желудок. В памяти всплывает «не прикидывайся, что никогда так не делала» – едкое, но вполне резонное замечание. В той самой прошлой жизни, которую я решительно перечеркнула и выжгла, мне и правда ничего не стоило получать удовольствие в любой понятной и не очень ситуации. Даже если знала, что наутро потянет блевать, а лучше – оторвать себе голову, лишь бы не болела. И в этом баре тоже… Фу, нет, к черту, даже думать не хочу. Сейчас меня куда больше волнуют две вещи: как бы поскорее оказаться на Выборгской и почему Кондуктор так хорошо меня знает.

С первым, конечно, попроще. Едва мы перешли Садовую и дошли до остановки, подъехал нужный трамвай, он же единственный, который здесь вообще ходит. Это на Лиговке маршрутами хоть обмажься, а вот Сенная площадь разнообразием не особо пестрит. Впрочем, это как раз на руку: долго думать не нужно, садись и дуй до конечной. Через Михайловский и Летний, по Троицкому мосту над Невой, совсем немного по Петроградке – и через Большую Невку к Финляндскому вокзалу. Замечаю, что Кондуктор смотрит на город такими же влюбленными глазами, как и я:

– Скучал?

– Есть немного, – он вздрагивает, словно я выдернула его из зыбкого дневного сна. – Нечасто сюда заносит. Так что тут я должен сказать спасибо.

– Обращайся, все равно не в последний раз приехали, – я изо всех сил стараюсь звучать не очень саркастично и ловлю на себе вопросительный взгляд. – Сам же говорил, что маршрут знаю только я. Свела факты, прикинула мысль к носу, подумала, что Питер потрепал мне нервы примерно так же знатно, как Москва и Нижний. Ты что, – в изгибе бровей читается еще больше вопросов, – не знал, что до этого мы были в Нижнем Новгороде? А ты точно профессиональный кондуктор?

Третий трамвай пыхтит, открывает двери, выпроваживает нас у вокзала. Следом сразу же приезжает десятый. Я постепенно привыкаю к правилам мира собственной головы, а значит, в какой-то мере создаю их сама. Не тратить неадекватное количество времени на ожидание – это, конечно, моя заветная мечта. А здесь даже на самых долгих светофорах зеленый загорается, стоит только подойти к переходу. Будь моя воля, я бы эту опцию в реальность перетащила. Очень удобно.

Ехать до Выборгской минут пять. Все это время думаю о том, что сама же и сказала. Маршрут трамвая «Иллюзия» начался на ВДНХ и отбросил меня сначала в Нижний – и будь трижды проклят Автоз, – а следом в Питер. Куда меня еще занесет? В Калининград? Новосиб? В Новосибирске вообще трамваи есть? Вроде да. Но делать там все равно нечего – по крайней мере, в этот раз.

Наверное, под раздачу мог бы попасть Ставрополь, но там отродясь трамвайных путей не было и вряд ли появятся. Помню, кто-то рассказывал байку, как администрация края монетку бросала. Бюджета, чтобы сделать хорошо вообще всем, не хватало, а в Ставрополе и Пятигорске нужно было решать вопросики с городским транспортом. И вот кому-то должны были достаться трамваи, а кому-то троллейбусы. В общем, Город креста эту битву проиграл, поэтому юность я провела, катаясь из центра на север на первом троллейбусе.

Но это не имеет ровным счетом никакого значения. Суть исключительно в том, что я нагло соврала Кондуктору. Я вообще без понятия, куда нас может занести в следующий раз.

«Станция метро Выборгская», – механический голос будто давится последними слогами. Срываюсь с места, выбегаю на Лесной проспект. Вокруг нет ни людей, ни машин, и я перебегаю дорогу наискосок. Беру правее у входа в метро, добегаю до точки, которую про себя всегда называла мнимым углом: пока не завернешь – не узнаешь, что там на самом деле ниша, а не конец дома. Подхожу к пустой стене и, тяжело дыша, оглядываюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.