Чтение онлайн

— Может, потому что я всегда была тряпкой? А сейчас я сопротивляюсь этому гнусному внушению и ломать меня стало не совсем просто? — Я яростно сплюнула ему под ноги. — Давай. Добей меня, ублюдок, пока я слаба. Ты же ждал моих мучений всегда.

— Я не собираюсь тебя убивать. Я лучше твой кошмар, который душу тебе леденит, претворю в жизнь. — С ухмылкой легким ударом в грудь он уложил меня на пол, прижимая мои руки к полу своими у меня над головой и медленно проводя ладонью по внутренней стороне моей руки от запястья до локтя и чуть выше. Я яростно взвыла от огня, который полоснул по всем моим органам чувств. Рассудок мой мыслил здраво, но тело, по-прежнему, принадлежало той мне, которая еще не носила метку. Склонившись к моей шее и выпустив клыки, он тихо шепнул мне на ухо. — Быть может, обращение в вампира, в порочное существо ночи, решит проблему с очищением от греха и избавит тебя от внушения Дэнеллы Тефенсен?

— Нет. Я лишь стану вампиром, желающим убивать себе подобных. Чего ты ждешь? Убей меня. — Мои зрачки расширились от ужаса. Находиться в его полной власти пугало и заставляло мечтать о суициде. Что угодно, лишь бы не чувствовать рядом мертвеца.

— Тогда, план Б. Твои кошмары станут явью. Помни, что эту идею мне подала ты. Боишься, что свяжу тебя и буду насиловать днем и ночью, моя сладкоголосая птичка? Когда-то ведь ты об этом мечтала… Может, попробуем, и тогда твоя метка, просто не выдержав консистенции греха, свалит куда подальше?.. Каким бы ни было сильным ментальное внушение, женскую физиологию ты не обманешь. С меткой или без, ты все равно — моя испорченная дрянь. — Надолго впившись в мой рот поцелуем, пока я извивалась и пыталась кричать проклятия во весь голос, упорно сопротивляясь, он отстранился и мрачно посмотрел на меня. С губ чудовища стекала кровь. С моей нижней губы — тоже. Глядя на мое безвольное, зажатое в его руках тело, он только покачал головой, с легкой ухмылкой прошептав. — Хорошая бабочка — распятая иглами бабочка, Лора. А ты — такая беззащитная сейчас, что зверя во мне будишь. Который жаждет гедонизма. Твоя жизнь в состоянии депривации уже около года, наверняка, тоже рождает в тебе буйство желаний. Давай. Отбрось свои никчемные планы. Зажжем эту ночь. Станцуем мрачный макабр наших тел на костях катарсиса.

— Будь. Ты. Проклят. Аарденто! Круциато!

Удар первого знака отшвырнул его на несколько метров от меня. Сила боли, ниспосланная вторым, заставила все его тело изогнуться в конвульсиях. Глядя на его корчи, я мрачно усмехнулась, слизав кровь с губы и подходя ближе.

— Ты незаменим. В смысле… Я еще не встречала мужчины умнее, красивее, сильнее. — Пустив второй удар телесных пыток, я наблюдала за тем, как искажает мучение некогда любимые черты. Прежняя тряпка во мне бы сейчас уже выла, подобострастно вопя о том, что единственная боль, которой позволено касаться его черт — оргазмическая боль желания. — Но, в то же время, какая же ты неисправимая порочная тварь. Сто смертей тебя не исправят. Так дай подарить ту одну, единственную.

Я уже сложила руку в огненный знак, чтобы спалить его заживо, как, преодолевая боль, со скоростью молнии Владислав вскочил и полоснул меня когтями по щеке.

Три глубоких рваных раны тут же закровоточили. В голове застучало, а перед глазами потемнело. Издав нечеловеческий душераздирающий вопль, я сама себя отнесла к стеночке и сползла по ней, держась за щеку.

— Вернись. — Тяжело дышал он, опираясь о косяк двери. Знак причинения телесных пыток все-таки ослабил его, но и я была не в лучшей форме. Болевой шок все еще не позволял встать на ноги. Какой бы я ни была тренированной воительницей-колдуньей, с силой бессмертного вампира тягаться было бесполезно. — Бог видит, Лора, я не хочу уродовать это милое личико, но ты мне выбора не оставляешь. Отрекись от силы Тефенсен, вернись ко мне, и я излечу эти шрамы своей кровью. Обещаю. Не будет боли и мучений. Ты - моя, а я — твой. Навечно. Вернись, и все будет лучше, чем было раньше. Не теряв, я не ценил. Потеряв, я больше не хочу повторений. Мне не за что держаться. Ты — мой компас, Лора. Я не могу без тебя. Я не лгу.

Я, молча, вскочила и атаковала. Сила знаков постепенно высасывала меня, поэтому я перешла в рукопашную. Я наносила удары отточенно в мишень. Он же лишь бил когтями по моему латексному костюму, распарывая его, но не задевая кожу. Яростно визжа и пытаясь за это ударить больнее, я то промахивалась, то ударялась о стену. Тяжело дыша, я отерла пот со лба. Пока это происходило, мой костюм оказался распорот по левому боку от колена до груди.

— Такой тонкий костюмчик, что решилась идти даже без нижнего белья, бабочка? — Мурлыкнул Владислав, отступая. — Хватит сопротивляться мне. Единственное, чем ты можешь одолеть меня — это твоя магия. Которая, как я вижу, уже не в лучшей форме, как и ты. Каждый удар мимо. А твоя одежда…

С улыбкой касаясь когтями моего правого бока, уверенным движением он резанул латекс от груди до живота. — Еще пара ударов, и ее не станет. Костюм и без того уже еле держится, на одной ниточке. Так что вскоре победа будет за мной. А потом, если добровольного согласия не дождаться, значит… Значит. Оттрахаю насильно. Можешь потом в суд имени Дэнеллы Тефенсен на меня заяву накатать, но свое я возьму сегодня. Жить без женщины полтора года и ждать, пока она соизволит вернуться — не самая сильная моя сторона, хоть я и справился. Атрофирован я из-за тебя, Уилсон. Пожалей мужа.

— Дьявол пожалеет. В аду. — Резким рывком я набросилась на него и сбила с ног, оседлав сверху и перебросив из руки в руку остроконечный серебряный кинжал Хранителей Баланса Измерений, увенчанный головой красноглазого дракона.

Стиснув ногами его бедра, я слегка вызывающе потерлась о него низом живота, чувствуя дрожь в его теле от нараставшего возбуждения, ощущая, как восстает его плоть.

— Даже на смертном одре ты — скотина, которой ничего от меня не нужно, кроме секса. — Под воздействием знака ‘Круциато’ его лицо стало бледнее обычного. Рот искривился в муках боли. Подсознание сейчас почему-то возопило в моей голове голосом Дэнеллы Тефенсен.

— Лора, остановись. Остановись сейчас же! Это приказ! Ты потеряешь свою душу, Лора, если это случится. Лора, не делай этого! Это все гребаная метка! Это не ты! Ну же. Я знаю, что миллион раз пинала тебя за это словами по самым больным местам, но вспомни, вспомни, что толкнуло тебя на озере потерять невинность? Ты хотела спасти любимого от гибели. Ты не хочешь ему смерти. Остановись, пока не уничтожила все, чем дорожила. Да, он — гребаная тварь ночи, я не отказываюсь от своих слов. Но убьешь его и саморазрушишься. После его смерти тебя уже ничто не спасет, и ничего не вытащит. Я всегда это знала. Прикидывалась, что ты можешь жить дальше, держать Аарона за ручку, думать о новой жизни, но, на деле, он — твоя Вселенная. Убьешь и кроме пустоты, которая, шаг за шагом, сожрет в тебе все живое, ничего в тебе не останется. Ты уже была машиной для убийства один раз. Отупевшей от горя. Остановись, пока не искалечила свою жизнь своими же руками.

Другой голос, напоминавший до боли церковного хориста, монотонно поющего одну и ту же мантру, только усиляя громкость песнопения с каждым словом, холодный и властный, довлеющий и сгибающий волю в кулак, сейчас напевал. — Убей! УБЕЙ! УБЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕЙ!!!

И этот голос был сильнее подсознаний, внутренних ‘я’, внезапных голосов Тефенсен в голове. Я занесла кинжал Хранителей Баланса Измерений над головой и изо всех сил обрушила его на грудь короля проклятых. В последний момент Владислав удержал его ладонями. По лезвию заструилась кровь. С шипением серебро начало разъедать кожу его рук, но он держался, не позволяя мне вбить кинжал до сердца.

Я сопротивлялась, и в своем сопротивлении мне удалось прискользнуть лезвием по его рукам ниже и слегка надрезать шелк черной рубашки. Вот уже кинжал оцарапал грудь короля. Дэнелла была права лишь в одном, и не в том, о чем говорила сейчас у меня в мозгу. А в том, что в тренировке силы воли закаляется сталь. До ее уроков борьбы, мне бы было ни за что не оказать сопротивление вампиру. А сейчас, преодолевая силу его рук, я медленно и методично двигала оружие прямо к сердцу сильнейшего пятивекового чудовища. И видела в его глазах то, что сбивало меня с толку. Единственным путем к его спасению — было молниеносно свернуть мне шею. Это он мог, даже преодолев довлеющий над ним знак боли. Но он предпочел свою смерть убийству жены.

Идиот! Я даже не знала, почему злилась, упрямо надавливая на кинжал, заставляя его погружаться в тело вампира.

— Сделай это. — Прошептал он, крепко сжав мои руки в своих и устав бороться. — Если чувствуешь, что это правильно. Если чувствуешь, что так освободишься от проклятия своей жизни. Если, действительно, как ты и сказала, вся любовь была фарсом и игрой, то убей меня. Я не буду сопротивляться, знай. Знай и, что я выбрал сторону Дьявола, предав Бога, только, чтобы дождаться твоего перерождения и быть с тобой. Без тебя все это теряет значение. Без тебя жертвы были напрасными, Лора. Давай, любовь моя. Я готов. — Он заставил мои руки вонзить кинжал глубже. Он сам вел его к сердцу, глядя мне в глаза своими, черными, влажными от слез. Я только выдохнула. Я такого явно не ожидала. Смирение? Слезы? Да он должен был бороться и хотеть меня убить, как любой вампир. Как любая тварь ночи. А как можно желать кому-то смерти, если он сам твоими же руками двигает лезвие себе к сердцу?..