Чтение онлайн

В те времена в страну Влада отправился торговец из Италии, из города Флоренция, со многими дорогими товарами и большой суммой денег. Пришлось проезжать через Тырговиште, так как в то время там была княжеская столица. Услышав от турок, как им досталось от Влада Воды Цепеша, он думал, что румыны — это людоеды или, по крайней мере, лесные разбойники. Как только он прибыл в Тырговиште, сразу же пошел к Воде с богатым даром и обратился к нему со следующими словами:

— Твое величество, судьба принудила меня проехать через страну, над которой ты властвуешь, со всем моим добром, добытым путем многолетней торговли в восточным странах. Твоя страна христианская. И чтобы не говорили на Западе, куда я теперь направляюсь, что христианина ограбили христиане, после того как он уцелел от ятагана язычников, то я, преклоняя колени, прошу твое величество смилостивиться надо мной и дать мне несколько слуг для охраны, пока я не уеду.

Услыхав эту просьбу, Вода, по природе горячий как огонь, нахмурил брови и сказал:

— Держи твой дар, христианин. Я приказываю тебе отнести свое добро на любой пустырь, на любую улицу, на любой перекресток, который покажется тебе глуше и незаметнее, и там его оставить до утра без охраны, без присмотра. И если у тебя случится убыток, я — ответчик.

Не до шуток было. Приказ Воды надо было выполнять, ибо в гневе ему удержу не было. Флорентинец с застывшим от страха сердцем подчинился приказу. Всю ночь он не спал из-за волнения. Пришел он в себя только на следующий день, когда нашел свое добро нетронутым. Смотрел он на него, и не верил своим глазам. Пошел он к Воде и сказал, что все добро он нашел в целости, и похвалил его княжество, говоря, что такого он не видел ни в одной из стран, через которые проехал, хотя и путешествует с молодых лет.

— Сколько стоит подарок, что ты мне привез? — спросил Вода.

Торговец колебался и тянул с ответом. Вода настаивал. Узнав цену, он заплатил сполна и сказал:

— Рассказывай везде, куда поедешь, что видел в моей стране».

«В те давние времена, когда княжил Влад Вода Цепеш, некий купец, путешествовавший по стране, велел выкрикивать на перекрестках, что он потерял кошелек с тысячей лей. Он обещал сто лей тому, кто его найдет и принесет. Прошло немного времени, и богобоязненный христианин — какими были румыны во времена Цепеша — пришел к купцу и сказал:

— Господин купец, идя по дороге, я нашел вот этот кошелек. Думаю, что это, должно быть, твой, так как я слышал, как кричали, что ты потерял кошелек с деньгами.

— Истинно, это мой кошелек, и я тебе благодарен за то, что ты его принес.

Купец стал считать деньги и в то же время ломал себе голову, как сделать так, чтобы не заплатить обещанные сто лей. Пересчитав деньги, купец положил их обратно в кошелек и сказал человеку, который его принес:

— Я посчитал, любезный, деньги. Вижу, что ты уже взял обещанное вознаграждение — вместо тысячи лей я нашел девятьсот. И правильно сделал — ты их заработал. Благодарю тебя еще раз за то, что ты меня избавил от беды, которая на меня чуть не свалилась. Да благословит тебя бог.

— Господин купец, — ответил христианин, — нехорошо и несправедливо говоришь ты, что в кошельке не хватает ста лей. Я даже не развязал его, чтобы заглянуть, и не знаю, сколько в нем денег. Что нашел, то и принес.

— Сказал я тебе, — ответил купец коротко и немного сердито, — что я потерял кошелек с тысячей лей; ты же мне принес только с девятьюстами. Вот оно что! Даже если бы я хотел дать больше, и то не смог бы. В конце концов, подай жалобу и притяни меня к ответу.

Человек чуть не сгорел со стыда, когда понял, что купец его в чем-то подозревает, да еще и ругает. Не промолвив больше ни слова, он и пошел прямо к Воде жаловаться.

— Твое величество, — сказал он, — мне не жаль обещанной сотни, но обидно мне, что меня подозревают в том, что я нечестный человек, а я знаю, что абсолютно чист и что мне и в голову не приходило прикоснуться к чужому добру.

Вода разгадал мошенническую проделку купца, ибо был Вода хитрецом, и приказал привести купца к себе. В присутствии истца и ответчика Вода стал править суд. Выслушал и одного, и другого. И положив слова каждого на чаши справедливости, он увидел, какая чаша перевешивает. Затем, посмотрев пристально в глаза купца, сказал:

— Господин купец, при моем дворе не знают, что такое ложь. Ее жестоко преследуют. Ты потерял кошелек с тысячей лей и счел нужным кричать об этом на перекрестках. В кошельке, который тебе принес вот этот христианин, было только девятьсот лей. Ясное дело, что это не тот кошелек, что ты потерял. А ты, христианин, — добавил Вода, обернувшись к истцу, — храни этот кошелек, пока не объявится тот, кто его потерял.

Так и сделали, ведь нельзя было поступить иначе. Влад Вода Цепеш так рассудил. Купец проиграл и всю жизнь раскаивался в несправедливом поступке. Что скажешь?! Все делается не так, как человек предполагает, а так, как бог располагает. Желая надуть того, кто нашел кошелек, купец надул самого себя».

(Приводится по материалам издания: Лурье Я. С. Повесть о Дракуле. — М., 1964; с незначительными исправлениями.)

Итак, вышеприведенные тексты не требуют глубокого анализа, но дают представление о психологическом портрете самого прославленного в истории трансильванца-валашца — смертоносного в соответствии с традициями средневековья, одаренного незаурядным умом, верного принципам справедливости, стремящегося навести порядок во всем.

Он — маг, исповедующий древнеславянские традиции, не был врагом Христа, но был врагом экспансии христианской лжи. Он имел контакт с высшими силами благословенной Тьмы, но плохо кончил только потому, что не сумел обуздать свою неуемную жестокость. И сослужил, сам того не желая, плохую службу своим темным божествам, в который раз сделав демонические существа в глазах людей врагами души и плоти. Но они, находящиеся по ту сторону света, отнюдь не жаждут человеческой крови. Наоборот, их задача — уравновесить в каждой душе добро и зло, установив гармонию и целостность. В душе Влада Цепеша все же перевесило зло.

И, по всей видимости, наибольшую личную неприязнь, раздражение и брезгливость вызывали у Дракулы те, кто извращали божественную идею, которую он искренне пытался защитить. Он искал, и есть тому свидетельства, поддержки у древневедических небожителей, которые были несправедливо поруганы и преданы псевдохристианами.

Итак, Влад Драган Тепеш был окрещен народом чертом, Дьяволом, сыном Дьявола, демоном и вампиром. Против некоторых из этих имен сам валашский воевода, в общем-то, не возражал. Почему? Ведь эти имена вызывают у обычного человека содрогание и страх. Но так ли это было в среде последователей Славянской Веды?

Для того чтобы разобраться в демонологических хитросплетениях, придется обратиться к самым популярным трактовкам всем известных понятий. Поскольку взаимовлияние и взаимопроникновение культур — явление мощное и вполне естественное, то отголоски образов и легенд с легкостью перемещались из одной страны в другую, от народа — далее и далее. Имена и термины, путешествуя по миру, меняли свое значение и смысловой «центр тяжести». Зато, практически угасая в недрах некоторых онемевающих под игом поработителей общин, они продолжали жить в среде культур, находящихся на пике своего расцвета.

Так вот из всех древних, гораздо более древних, нежели греческое, верованиях был сильно развит культ темных сил. Но именно эллины составили и сохранили для будущих поколений описание, изображение и довольно цельное осмысление многих популярных во всем мире могущественных сил. Это касается и демонов.

«ДЕМОН (demon) — в греческой религии и мифологии всякое божество или дух-хранитель, способствующий или препятствующий человеку в исполнении его намерений. В Древней Греции демон был наделен сверхъестественной силой. Этот термин почти отождествлялся Гомером с теосом — богом. Разница между этими понятиями состояла лишь в том, что теос традиционно обозначал личность бога, а демон — его действия. Со временем демон стал обозначать силу, определяющую судьбы людей, считалось также, что каждый человек в отдельности мог иметь собственного демона». (Всемирная энциклопедия мифологии. — Минск: Современный литератор, 2004.)