Травить нельзя остановить. 25 школьных историй о том, как защитить себя и друзей
Шрифт:
Наш класс аплодировал Саше.
В это время Коля смотрел на параллель. Он показал тем пацанам из раздевалки кулак, и они тоже стали хлопать. Яна улыбнулась и кивнула Коле. Он снова смутился.
Мы с Яной сидели рядом, и я, кажется, слышал, как она шепнула Маше, что «Коля иногда бывает нормальным».
……
Меня очень взволновала эта история, и я захотел поделиться ей с мамой. Сначала она улыбнулась и сказала, что Коля показал себя чутким человеком, а это здорово. Но потом гораздо более серьезным и грустным голосом заметила, что не всегда бывает так, что люди с пониманием и сочувствием относятся друг к другу. Я это понимал. С Сашей в школе такая ситуация случилась впервые. Он открытый и общительный, к нему хорошо относятся в классе. Это происшествие – скорее исключение из правил, после которого, я уверен, все будут внимательнее относиться к Саше. Но что делать людям с повышенными потребностями здоровья, которых травят? Я не знал ответа и поинтересовался у мамы.
Как психолог она ответила так:
Есть вещи, на которые человек повлиять не может. Они происходят без нашего согласия. Имея серьезную болезнь, человек едва ли может говорить о справедливости в этом мире. Но условия вынуждают его быть сильнее. Сильнее, выносливее, интереснее.
Так устроены люди – они всегда порицают физические изъяны. Но сейчас общество меняется, люди учатся принимать друг друга такими, какие они есть: с разными фигурами, цветом кожи, убеждениями. С разными физическими потребностями. Стараются принимать физические недуги как особенность. И любой человек, не обращая внимания на свои недостатки, может стать кем-то «вопреки».
Если человек не такой, как окружающие, то ему кажется, что он хуже других. Это не так. Свои слабости можно сделать сильными сторонами. Да, физически человек другой. Но у него остаются его мечты, творчество, мысли.
Особенность здоровья нельзя устранить, но ее можно принять. Если же человек стесняется своего недостатка, тот становится его слабым местом. Другие люди чувствуют слабость и стремятся надавить именно туда.
Но среди людей всегда находятся те, которым не все равно. Здорово, когда рядом есть люди, готовые поддержать. Правда, они могут встретиться не сразу. Но у каждого человека есть тот, кто всегда рядом, – это он сам.
Каждому человеку даются жизненные уроки. И уроки некоторых людей, к сожалению, сложнее, чем у остальных. Когда человеку не нужно ничего доказывать в этой жизни, ему изначально проще. Но даже если человек чего-то не может – например, ходить, – у него еще есть голова, мысли и достаточное количество ресурсов, с помощью которых он может реализоваться. Человек может решить эту проблему только сам, внутри себя, сконцентрировавшись на своих лучших сторонах.
Люди, у которых нет ограничений, часто не реализовываются совсем. Да, у человека может чего-то не быть. Но всегда есть что-то, что выделит его из толпы и позволит почувствовать себя счастливым.
Глава 8. Какого цвета молния?
13 октября, вторник, в столовой
Яна покрасила волосы в фиолетовый цвет.
Когда сегодня она зашла в класс, первая реплика, которую она услышала, звучала так:
– Яна, тебя что, парень бросил?
И вдогонку:
– А что сказали твои родители? А ты не боишься, что волосы выпадут? А стрижка тоже новая?
– А ты, случайно, не хочешь подстричь язык? В парикмахерской сейчас как раз скидки, – ответила Яна моей соседке по парте, Кате.
У Яны даже выражение лица не изменилось, она спокойно продолжила путь к своему месту. Как будто Катя – это надоедливый комар. Катя тоже старалась не измениться в лице – и у нее получилось, только ноздри предательски раздувались и громко пыхтели. Если честно, мне даже было стыдно сидеть с Катей за одной партой.
– Интересно, что ей скажет Светлана Геннадьевна? – шепнула Катя уже мне.
– Есть ли в мире что-нибудь, что тебя не интересует?
– Да. Мне совсем не интересен ты! Ты постоянно молчишь.
– Ну, тогда я и сейчас промолчу.
Катя заерзала на стуле.
– А я не могу молчать. И почему я должна молчать, если мне не нравится? Вот тебе нравятся ее волосы?
– Неважно, нравятся они мне или нет. Я не хочу, чтобы от моего взгляда или оценки было грустно хоть одному человеку на Земле.
– В смысле?
– Ты не замечала, что, когда мы смотрим на кого-то и оцениваем, мы как будто становимся выше него… Знаешь, словно у нас есть право решать, как человеку выглядеть. Если нам что-то не нравится, то человек может расстроиться. Начать стесняться, стараться скрыть то, что нам, видите ли, не понравилось. Мне не хочется быть тем, кто оценивает других и решает, что кому идет. Пусть люди сами выбирают, что им нравится! К тому же это классно, когда мы все разные.
– Ну да… Я согласна, тоже так думаю. Но волосы в фиолетовый – это уже слишком…
Прозвенел звонок, и в класс зашла учительница русского и литературы, Светлана Геннадьевна.
И тут началось.
– Полянская, что с тобой? Ты в школу пришла или куда? А завтра что, пирсинг? А потом татуировка? А потом что? Оценками и так не блещешь, зато волосы вон какие красивые!
Яна молчала.
– Полянская, я с тобой разговариваю! По уставу школы крашеные волосы ученикам запрещены! Так, все, вставай, пошли к директору.
– Насколько я знаю, закон о школьной форме не распространяется на цветные волосы, – ответила Яна.
Гену как разорвало от злости.
Яна очень умная. Но даже самых лучших забирают…
– К директору!!!
И они ушли. Через несколько минут Гена вернулась, вся красная, но без Яны.
– Видимо, Яну выгоняют из школы, – «прошептала» Катя мне и всему классу.
– Катя, я смотрю, ты готова отвечать? Так иди к доске!
– Да, Светлана Геннадьевна! Я выучила стих, который вы задавали к сегодняшнему уроку, и тот, что на следующую неделю, тоже! Можно я расскажу два?
– Ой, а можно я тоже расскажу два? – встрял Веня.
– Можно. Вот бы все ученики были такие, как вы! – сказала учительница литературы со вселенским разочарованием в голосе.
Когда урок кончился, мы с Машей пошли в столовую и стали ждать Яну. Я спросил у Маши:
– Как думаешь, что Яне скажет директор?
– Не знаю. Но надеюсь, она не будет ей грубить. Ты ведь знаешь Яну, ей бывает трудно справиться с эмоциями.
Вскоре появилась Яна.
– Как все прошло?! – спросили мы хором.