Чтение онлайн

Вида участия в этих четырех способах травли три: вербальный, физический и поведенческий (он же социальный). Каждый вариант сам по себе способен нанести колоссальный вред, но агрессоры часто сочетают их – чтобы уж наверняка… В вербальной травле участвуют и мальчики, и девочки. К физической чаще прибегают мальчики, к поведенческой – девочки. Это обусловлено характерными для нашей культуры неодинаковыми социальными ролями мужчин и женщин, а не разницей физических параметров.

Мальчиковые группы – большие, с неявными внешними границами, объединенные по принципу общих интересов. Для них характерна строгая внутренняя иерархия, внятная и всеми принимаемая. При этом тем не менее идет постоянная борьба за лидерство. Физические данные часто ценятся выше интеллектуальных, и потому более крупные, сильные мальчики нередко третируют тех, кто гораздо умнее, но субтильнее, обзывая их слабаками, нюнями и неженками (последнее прозвище – еще и намек на женственность жертвы, предполагающий, что девочки вообще статусно ниже мальчиков).

Физическая травля не является сугубо прерогативой мальчиков. Крупные девочки тоже могут пихать и толкать сверстников обоих полов помельче, издеваясь над ними. И все-таки основной вид травли у девочек – поведенческий. При этом они обычно объединяются в маленькие, более тесные сообщества с четкими внешними границами. Соответственно, исключив девочку из такого социального круга, товарки уже причиняют ей немалые страдания.

Вербальная травля

«Хоть горшком назовите, только в печь не ставьте», «Брань на вороту не виснет» – так ли уж справедливы эти пословицы? Злые слова – могучее оружие, они могут сломить ребенка, против которого нацелены.

Итак, наиболее распространенной формой травли являются словесные оскорбления. Используют их и мальчики, и девочки. Агрессоры часто оправдывают свое поведение, заявляя: «Это просто шутка!» или «Да мы же не хотели никого обидеть!». По статистике, на долю словесной приходится 70 % случаев травли. Поймать обидчика на такой травле непросто: прошептать злые слова удается и в присутствии взрослых – никто, кроме жертвы, не услышит. А на детской площадке, наоборот, можно орать гадости в полный голос – поди разбери в общем шуме и гаме, кто именно это сделал, да и взрослые обычно склонны расценивать все это как нечто незначительное. Для агрессора способ травли быстрый и безопасный, а для жертвы она может быть крайне болезненной. Наиболее восприимчивы к словам дети младшего возраста с еще не вполне сформировавшимся пониманием собственного «я», хотя многократные оскорбления могут в итоге сломить даже тех, у кого система самозащиты уже хорошо развита.

14-летний подросток из Суррея (Британская Колумбия, Канада), покончивший с собой, оставил предсмертное письмо, в котором четыре из пяти страниц занял перечень унизительных прозвищ и оскорблений, полученных им от одноклассников (чаще всего мальчика обзывали «четырехглазый», «шнобель», «выродок» и «педрила»). А девочка, его ровесница, ранила из пистолета подругу, якобы от нее отвернувшуюся и примкнувшую к мучителям, которые ее называли идиоткой, тупицей, жирной и страшной…

Другой 14-летний подросток, на этот раз из Буффало, штат Нью-Йорк, подвергался словесной травле в Сети и глаза в глаза несколько лет подряд: «Ты педик», «Сдохни! Нам плевать! Никто не станет рыдать. Все будут очень рады». Этот мальчик тоже покончил с собой…

Если в данном сообществе взрослые считают вербальную травлю позволительной или, во всяком случае, ненаказуемой, она становится нормой поведения. Таким образом, дегуманизация жертв закрепляется. На дегуманизированного, обезличенного человека легче нападать – он не вызывает у окружающих сострадания. Когда ребенок постоянно подвергается насмешкам, его часто исключают из социальной деятельности, то есть он последний, кого куда бы то ни было зовут, и первый, кого отовсюду гонят. Кому нужен неудачник?

Вербальная травля – это обзывательства, насмешки, принижения, жестокая, злая критика, наговоры, расистские оскорбления, непристойные или сексуально-уничижительные высказывания. Также она может сопровождаться вымогательством (скажем, карманных денег или вещей), угрозами по телефону, электронными письмами с угрозами, грубыми сообщениями, непристойными комментариями в социальных сетях, анонимными письмами, содержащими угрозы применить насилие, и очерняющими сплетнями. Да-да, сплетни – тоже вид травли. Еще Гесиод – первый исторически достоверный древнегреческий поэт, живший в VIII веке до н. э., говорил, что сплетни коварны, легковесны, быстро распространяются, но их трудно вынести и от них тяжело избавиться. Сплетни обесценивают человеческие отношения и предают проблемы ребенка, подвергающегося травле, гласности.

Физическая травля

Физическая травля – самый явный тип травли. Не заметить ее трудно, хотя сами дети сообщают о физической травле меньше чем в 30 % случаев. Первым средством, к которому прибегают агрессоры, она бывает редко. Сначала обычно используется вербальная и/или поведенческая травля, а потом, видя, что им сходят с рук оскорбления, они переходят к физическому воздействию. Чем старше и сильнее агрессор, тем опаснее ситуация, даже если серьезный вред не входит в его намерения: «Я просто хотел его напугать. Я не собирался ломать ему руку!»

Чаще всего физическая травля выражается в пощечинах, пинках, ударах руками и ногами, придушении, но не ограничивается ими. Агрессоры могут кусать, щипать, царапать жертву, выкручивать ей руки, а также портить ее одежду и имущество. К сожалению, есть в арсенале физической травли и орудия для истязаний, а то и оружие…

В 2012 году телеканал CNN сообщил, что в Тэгу, Южная Корея, 13-летний подросток выпрыгнул из окна седьмого этажа своего дома. Он оставил записку, где в подробностях описал, как одноклассники били его палками и лупили, надев боксерские перчатки, отнимали вещи и деньги, жгли зажигалками и завязывали ему на шее электрический провод наподобие поводка. Еще мальчик написал, что физическим издевательствам предшествовали годы вербальной травли и унижений.

Корейские специалисты выделяют три основных вида такого рода воздействия на личность: 1) принуждение делать что-то, чего человек не хочет, вымогательства, угрозы, оскорбления; 2) остракизм и изоляция; 3) физическое или сексуальное насилие. Лим Сенг Мин испил все эти три горькие чаши. Обратите внимание, что он сказал о долгих годах вербальной травли, вымогательств и унижений, прежде чем агрессоры перешли к физическим мучениям. Это обычный путь – от словесной травли к поведенческой, а затем – к физической. Если ребенок подвергся физической травле, почти всегда можно с уверенностью утверждать, что он уже сталкивался с вербальной и/или поведенческой.

Агрессоры, применяющие для травли сверстников физическое насилие, часто являются для педагогов и родителей источником постоянной головной боли, но чаще всего и сами испытывают немалые проблемы. И тем не менее у них есть все шансы со временем превратиться в жестоких преступников.

За пределами школьного двора

Позволю себе здесь небольшое отступление, задам вопрос, кто в зоне особого профессионального риска, и отвечу на него.

Есть две сферы человеческой деятельности, в которых наблюдается снижение и без того низкого уровня горизонтального физического насилия (между статусно равными) и значительное увеличение вертикального (между статусно неравными) – это образование и медицина. Педагогические и медицинские работники, конечно, не гарантированы от горизонтальной и вертикальной вербальной травли и травли поведенческой, но больше всего, по их словам, их тревожит – и пугает! – физическое насилие со стороны тех, кому они пытаются помочь: учеников и пациентов.