Чтение онлайн

Те безропотно повиновались, оставляя нас одних.

– Темной ночи, повелитель, - постаралась, чтобы прозвучало не слишком фальшиво.

– Темной ночи, льяра Эйш, - настороженно ответил лотр, глядя на мои крылья, которые я специально до сих пор не убрала. Ко мне потянулись золотистые нити, но как-то неуверенно, что ли. Робко.

– Не стоит, - посоветовала лотру, без страха глядя прямо в глаза.

Нити вернулись обратно к хозяину, растворяясь по дороге. Светлейший медленно обходил меня по кругу, молча рассматривая. Дала ему налюбоваться вдоволь и в одну секунду схлопнула крылья, погружая комнату в полумрак. Глаза Свейлона блеснули, он резко свел лопатки, выпрямляясь, руки убрал за спину. Думаю, он и не догадывался, что все это время тянулся к моим крыльям, осознал только сейчас.

– Адали? – неуверенно спросил светлейший, вызывая у меня неуместную улыбку.

– Нет, повелитель, - я откровенно наслаждалась его реакцией. – Я попала сюда случайно, в отличие от вас. Если в этой комнате и есть адали, так это вы!

– Я? – неподдельно изумился Свейлон.

Неужели он и правда не знает истинного происхождения? Мне понадобилось несколько секунд на обдумывание. Если все так, и Свейлон не в курсе, кто его отец, разговор вполне может пойти по моим правилам. Внутренне ликовала, но не позволила облегчению отразиться на лице.

– Вы знаете, кто ваши родители? – проигнорировала предыдущий вопрос, посчитав риторическим.

– Разумеется, знаю, - нахмурился лотр.

– Я про отца, - дала подсказку.

– Мой отец – светлейший Тиари аль Шарис, - сузив глаза, выпалил лотр. – Хотите это оспорить?

– Не предложите мне сесть? – я вдруг почувствовала себя хозяйкой положения. Реакция Свейлона ясно указывает, что он и правда не в курсе своего происхождения. Даже интересно, как этот лотр сам себе объяснял собственные умения и неизменную с годами внешность.

– Разумеется, - после секундной заминки светлейший указал на кресло, в котором до недавнего времени сидел сам. Повелитель занял место напротив.

– Меня зовут Лисанна, - напомнила я. – Не люблю обращения «льяра». И мы с вами в какой-то мере родственники, диари аль Шарис.

– Родственники? – прищурился он. Молча смотрела на него, планомерно выводя из себя. Цель таковой и была, вывести собеседника из равновесия, заставить нервничать, захотеть узнать правду.

– Диари аль Шарис…

– Зовите меня Свейлон, - отмахнулся лотр. – К чему эти церемонии между родственниками?

– Свейлон, я готова рассказать вам то, чего вы не знаете. Готова поклясться, что не стану замышлять против вас дурного, но мне нужна ответная клятва, что вы позволите мне жить спокойно, так, как я сама захочу. Мне не нужна ваша помощь или поддержка, лишь невмешательство в мои дела.

– Невмешательство в обмен на информацию? – уточнил повелитель. Кивнула. – А если я откажусь? Я могу принудить вас рассказать то, что меня интересует и так, способы есть, поверьте.

– Вы ведь уже пытались влезть мне в голову? – улыбнулась слегка.

– И что вы можете мне рассказать?
– принялся торговаться Свейлон.

– Кто вы. Я могу рассказать, кто вы. Вы ведь не знаете? – не вопрос, утверждение.

– Вас устроит мое слово? Не нужны никакие бумаги в доказательство и подтверждение?

– Мне нужна клятва.

– Это ведь будет непростая клятва? – усмехнулся повелитель.

– Самая обычная, - сложила ручки на коленях, принимая максимально невинный вид. – На крови!

Повелитель резко поднялся, выдавая волнение. А я, напротив, расслабилась, даже позволила себе откинуться в кресле.

– Хорошо! Я согласен! – спустя минуту метаний мужчина замер в нескольких шагах от меня.

Неспеша поднялась и шагнула к нему. Сама взяла ладонь лотра и подняла на уровень груди. Не жалея, выпустила острый энергетический шип, рассекая кожу в верхней части ладони светлейшего, у пальцев. Свейлон лишь поморщился в ответ на такое обращение, его взгляд был прикован к моему лицу. Подняла ладонь еще выше, позволяя крови стекать вниз ровной струйкой.

– Клянешься ли ты, Свейлон аль Шарис, не вмешиваться в мою жизнь? – говорила негромко, но уверенно.
– Клянешься ли не требовать того, что я не готова буду дать добровольно? Клянешься не принуждать к тому, что противно самой моей природе посредством воздействия на близких мне существ?

– Клянусь, - твердо подтвердил повелитель. Кровь на его ладони вспыхнула и погасла, оставляя длинный ожог.

– Ты хотел солгать, - уличила я.

– Не вышло? – Свейлон усмехнулся.

– Всевышние не прощают лжи, за нее всегда следует расплата, - поведала, отпуская ладонь мужчины.

– Кто ты?

– Это вдруг стало интереснее, чем кто ты? – одарила повелителя долгим взглядом. – Прошу прощения, забылась. Клятвы на крови, знаете ли, сближают.

– Можешь обращаться ко мне на ты, - милостиво кивнул Свейлон. – Так кто ты такая? Откуда взялась в Аквадии?

– Я уже пообещала ответить на все вопросы. Только в начале хочу узнать, где Рошар и Тревор?

– Рошар в собственном доме, его внезапно одолели жуткие головные боли, - усмехнулся Свейлон.
– А Тревор в Вейренаре, вынужден был срочно отбыть по государственным делам.

– Рошар дал клятву, ты поэтому не смог его прочитать, - пояснила, догадавшись о природе болей у Рошара.

– Немного перестарался, - пожал плечами Свейлон. – Оклемается, не о чем переживать. Почему назвала нас родственниками? – вернулся к главному повелитель.

– Я – салаяра, Свейлон, - заняла место в кресле, откидываясь на спинку.
– Дитя Всевышнего и смертной женщины, - побарабанила пальчиками по широкому подлокотнику.
– Также, как и ты. Тиари аль Шарис, возможно, воспитал тебя, предполагаю, он даже считал тебя родным сыном, как ты его родным отцом, однако светлейшая Ириша зачала тебя не от него, - сообщила с каменным лицом, желая поскорее закончить этот разговор. – Твоим отцом является один из Всевышних, трех из которых вы зовете Богами.

– Хочешь сказать, мать изменила отцу с Богом? – Свейлона аж перекосило, когда он это произносил.

– Нет, - качнула головой.
– Скорее всего, она и не знала, что с ней не муж.

– Знала, - раздался женский голос от двери.

Глава 16

Мы с повелителем резко развернулись. У входа стояла Ириша. Как долго она уже здесь? Что успела услышать?

– Я сразу поняла, что ты такая же, как мой сын, - шагнула ближе светлейшая. – Прости, Свейлон, я должна была сама рассказать, - несмотря на слова, раскаяния в лице женщины я не заметила.