Чтение онлайн

Но мне все же хочется расслышать, что именно говорит Колетт, и я подхожу еще ближе к двери ванной.

– Вода теплая и приятная, Булочка Пэтти. Давай залезай.

Замерев на месте, я улыбаюсь – прозвище кажется мне забавным. Я представлю себе светловолосую девочку со случайно увиденной мной фотографии, стоящую рядом с ванной.

– Давай-давай, тебе понравится. – Смех Колетт звучит, словно серебряный колокольчик. – Ты сразу почувствуешь себя лучше.

Кран перекрывают, звук льющейся воды смолкает и сменяется тишиной. Затем я слышу легкий плеск, как будто сверху в воду что-то долили. Наверное, это ароматная пена, потому что сразу после этого, судя по звуку, Колетт начинает взбивать на поверхности воды пузыри. Затем следует еще один негромкий всплеск – похоже, девочка опустила в ванну руки или ноги.

– Мне так жаль, что ты приболела, – говорит Колетт. – Ужасно жалко, что ты неважно себя чувствуешь.

Я слышу еще несколько всплесков. Пэтти до сих пор не издала ни звука.

Вдруг мне приходит в голову мысль. А что, если девочка вообще не говорит? Может, она глухонемая? Но разве Стивен и другие члены семьи не должны были сообщить мне об этом?

Мне просто необходимо хоть что-нибудь увидеть.

Я подбираюсь еще ближе ко входу в ванную. Щель между дверью и косяком составляет примерно два дюйма. У меня нет сомнений в том, что этого мне будет достаточно, чтобы заглянуть внутрь, не обнаружив себя. Сначала в поле моего зрения появляется Колетт, вернее, ее затылок. Она стоит на коленях у края ванны, которая – я была права – размерами не уступает садовому бассейну. Рукава белой блузки миссис Бэрд закатаны выше локтей. Ее руки погружены в воду. Она слегка наклонила голову, так что мне удается частично рассмотреть ее лицо. Я вижу, что Колетт улыбается – уголки ее губ приподняты, на щеках обозначились ямочки.

Поверхность воды в бассейне покрыта пузырящейся пеной, и я отчетливо ощущаю клубничный запах жидкого мыла. Чувствуется, что Колетт весьма щедро плеснула его в бассейн.

Я наблюдаю за тем, как миссис Бэрд набирает воду в пластиковый ковшик, поднимает его и выливает обратно. Вверх-вниз, вверх-вниз – женщина повторяет это движение пять или шесть раз подряд.

Затем Колетт немного меняет позу – продолжая сидеть на коленях, она поворачивается в другую сторону. Теперь мне достаточно хорошо виден сам бассейн – или, если угодно, ванна.

Но там никого нет.

Миссис Бэрд льет воду в пустую ванну.

В ванной комнате, кроме нее самой, нет ровным счетом никого.

Женщина монотонно повторяет одно и то же движение. Ковшик поднимается вверх, затем вниз выливается небольшой водопадик, поднимая брызги и вспенивая пузыри.

От ужаса волосы у меня на затылке поднимаются дыбом. Дрожь волной пробегает по моему позвоночнику, я чувствую неприятный холодок в груди.

Происходящему должно быть какое-то объяснение – и, надеюсь, не то, которое мелькает у меня в мозгу. Маленькая девочка, должно быть, прячется – мне просто пока не удалось ее увидеть.

Так или иначе, Колетт, судя по всему, уверена в том, что она купает ребенка – в этом нет никаких сомнений.

Вот только никакого ребенка в ванной комнате нет.

У меня буквально стынет кровь в жилах, сердце отчаянно колотится.

Колетт говорит сама с собой. Она купает воображаемого ребенка.

Я окидываю взглядом коридор у меня за спиной. Если это и есть то, что Бэрды хотели скрыть, то они очень плохо поработали над тем, чтобы сохранить тайну.

Я пытаюсь расслабить мышцы плеч, которые от нервного напряжения вот-вот сведет судорогой, и убеждаю себя том, что для паники пока нет причин – речь скорее идет просто о недоразумении. Но успокоиться мне не удается – я снова чувствую, как по спине у меня бегут мурашки.

С кем говорила Колетт?

Мне так жаль, что ты приболела.

Ты сразу почувствуешь себя лучше.

Мне нужно разыскать Паулину. Она прояснит мне все то, что мне необходимо знать. Она работает у Бэрдов дольше, чем кто-либо другой из обслуживающего персонала, – еще с тех пор, когда даже Стивен был ребенком. Она наверняка все мне объяснит за какую-то пару секунд.

Я отхожу от входа в ванную комнату, стараясь ступать бесшумно – мне вовсе не хочется, чтобы Колетт что-нибудь услышала и, взглянув в сторону двери, заметила меня.

Вдруг я на кого-то натыкаюсь. Это Паулина. Она стоит в центре коридора, словно статуя, уперев руки в боки. Она, конечно, замечает у меня на лице выражение испуга и изумления. За спиной у меня по-прежнему слышны плеск воды и певучий голос Колетт, время от времени прерываемый мелодичным смехом. Она мгновенно сопоставляет все это, и ее глаза широко раскрываются. Она громко вздыхает и впивается в меня взглядом.

Я жду, когда домработница скажет что-нибудь, что даст мне хоть какое-то объяснение происходящему, но она не произносит ни слова. Молчание становится гнетущим.

– Что здесь происходит? – спрашиваю я.

Паулина ничего не отвечает, но на лице у нее появляется какое-то странное выражение, которое я не в состоянии как-либо истолковать.

– Я пошла обратно, – с трудом выдавливаю я из себя, и мне очень хочется каким-то чудесным образом стереть из своей памяти все то, что происходило в течение последних пяти минут.

Однако Паулина хватает меня за руку, и у меня холодеет в животе от страха. Что она собирается делать? Объяснить мне, что происходит? Или это выражение на ее лице, которое я не в состоянии расшифровать, означает, что сейчас она затащит меня в ванную комнату и, поставив перед Колетт, потребует, чтобы я с ней объяснилась?

Однако, вопреки моим ожиданиям, взгляд домработницы смягчается.

– Ничего, все в порядке, – спокойно говорит она. – Вам не обязательно убегать отсюда. Я догадывалась, что вы, должно быть, любопытны.

Я вздыхаю с облегчением. Назвать меня любопытной в этой ситуации – это весьма мягкое и деликатное выражение.

Понизив голос из опасений, что меня может услышать Колетт, находящаяся совсем неподалеку, за дверью ванной комнаты, я говорю:

– Понимаете, я услышала шум воды и подумала, что смогу помочь с купанием. Но я могу пойти обратно в…

Я снова пытаюсь освободиться и делаю шаг в том направлении, где, по моим расчетам, находится кухня. На этот раз Паулина отпускает мою руку.

– Ну конечно, моя дорогая, – говорит она с улыбкой. – Вы не из тех, кто станет сидеть на месте сложа руки. Мне это стало понятно, как только я вас увидела. Я уверена, что Стивен и Колетт именно поэтому вас и выбрали. И я бы сделала то же самое.

– Да, вы правы.

Мне приятен комплимент домработницы, но я все еще не могу избавиться от ощущения тревоги и неловкости. Плеск воды за дверью ванной комнаты стихает. Колетт явно перестала черпать воду ковшиком из бассейна и выливать ее обратно. Может, она нас услышала? Интересно, она знает, что мы с Паулиной здесь, совсем рядом?