Требую развода! Что значит- вы отказываетесь?
Шрифт:
Наконец, нас осыпали цветами и с шутками проводили из бальной залы. Эрклэм, кружа, подхватил меня на руки и донёс до наших покоев. Когда мы остались вдвоём, я наконец почувствовала, чего мне весь день не хватало — слышать его дыхание. Без посторонних звуков. Только он и я.
И вдруг сразу же наваливается мысль, что это наша первая брачная ночь. Эрклэм медленно притянул меня к себе, провёл ладонью по спине и наклонился к моему лицу. Я застыла, ожидая поцелуя.
Эрклэм медлил, он словно наслаждался происходящим.
— Ты говорила, что девственность — ценный дар, и ты подаришь её мужчине, которого полюбишь. Думала ли ты в тот момент, что это буду я?
Я прикусила губу, чтобы удержать улыбку.
— Нет, — ответила искренне, — но благодарна небесам и Шаардан, что это ты.
Эрклэм наклонился ниже, подарив поцелуй, от которого весь остальной мир перестал существовать.
— А ты? — спросила в свою очередь. — Девственницы по-прежнему не в твоём вкусе?
Клэм рассмеялся.
— Только одна конкретная. И то временно…
Теперь рассмеялась я. Меня будоражило предвкушение нашей первой ночи. Я много раз представляла его, а сколько раз мы с ним были на грани за эти два месяца — не сосчитать. Но каждый раз хотели сделать всё как положено, как того хотел Эрклэм.
Мы планировали быть вместе всю жизнь и каких-то два месяца ожидания казались пустяком…
Клэм вновь поцеловал меня — жадно, сладко, распаляя и забирая любые сомнения, которых, впрочем, и не было. Лишь уверенность, что сейчас я с нужным, даже необходимым мне мужчиной.
Владыка начал медленно раздевать меня, чтобы обнаружить под платьем один из комплектов, которые я выбирала ещё в Тейске, во время нашей прогулки. Ещё тогда я подумала о нашей первой брачной ночи, но сочла свои желания несбыточными мечтами…
Мужчина шумно выдохнул, когда увидел кружево, не скрывающее ничего, а лишь подчёркивающее изгибы. Он провёл большим пальцем вдоль линии лифа на груди, и я прикрыла глаза от удовольствия. Муж поймал мой выдох и заставил заглянуть ему в глаза. Их затягивало желание — безумное, необузданное, но оно меня не пугало. Наоборот.
Я готова была сгореть вместе с ним. Впервые за две жизни.
— Даяна, я люблю тебя, — внезапно произнёс Владыка, и я застыла, неотрывно глядя на него.
Сердце пропустило удар и восстановило бег спустя невероятно долгое мгновение.
— Я тоже люблю тебя, Эрклэм Норвинг.
Он мой. Я его. И это самое простое и самое волшебное заклинание на свете.
Эпилог 2 Двадцать лет спустя
— Бабуля-я-я! — детский визг огласил холл.
Сегодня мы с Клэмом и детьми навестили леди Кейлану. Старший девятнадцатилетний Келан и сам сюда прилетает, да и девятилетние близнецы Рония и Экрон любят бывать у бабушки, но сами добраться не могут. Именно Рония и бросилась с криками на бабушку и оказалась расцелованной с ног до головы. Экрон подошёл нарочито медленно, удостоился поцелуя в щёку и был таков.
— Мама-а-а, а мы можем остаться здесь хотя бы на недельку? — спросила Рония и взглянула при этом… на папу.
Да-да, потому что знала, что Повелитель в отличие от меня не может сказать «нет» своей любимой дочери. Конечно, сыновей он тоже обожал, но с Келаном ему приходилось быть строже как с наследником, а с младшим — не забалуешь. Он ёжик, в противовес сестре. У Келана ещё в двенадцать лет зажглась яркая Искра, а год назад он обрёл сильного дракона, поэтому уже сейчас многие догадывались, кто станет следующим Владыкой.
— Неплохая идея, — сказал на это муж и уже мне, приобнимая и шепча на ухо: — А может, мы слетаем к морю?
— На три дня? — уточнила я и положила руки на плечи мужа. — В прошлый раз тебя вызвали спустя два, но день ты ещё мог выгадать, — припомнила я, жутко покраснев.
Просто искра жила не только в нас, но и в наших отношениях. И я всё удивлялась, как это : просыпаться в объятиях любимого, ждать его с работы, летать вместе и улыбаться, глядя на своих детей, взаимодействуя с ними и радуясь каждому их шагу. Это удивительно, когда есть человек, с которым ты разделяешь свои увлечения, а даже если мы в чём-то не совпадаем — это не мешает нам поддерживать и выслушивать друг друга.
— За мной! — воскликнула леди Кейлана и раздала детям панамы и… лопаты. Детские. — У меня для вас есть настоящий клад! Скорее на раскопки. — Напоследок она всё-таки вспомнила о нас с мужем: — Чувствуйте себя как дома, чай и пирожные на веранде.
И… буквально исчезла под детские воодушевлённые визги. Мы с Эрклэмом направились на веранду. Здесь хлопотала Крила, подогревая чайник.
— С возвращением! — поприветствовала Крила и умильно вытерла слезу. — Все в поместье только и говорят, как соскучились по близнецам.
Мы с Эрклэмолм, переглянувшись, улыбнулись. А Крила разлила чай по чашкам.
— Ах, да, ещё говорят о том, что творится в Рошмаде. Какой скандал! — запричитала Крила. — Говорят, что жена одного из наследников — вовсе не жена ему! Будто её воскресил его брат для каких-то тайных целей. Попала чужая душа в её тело… Нехороший он, этот воскреситель. Слухи о нём ходят разные. Он связан с самой богиней мёртвых, — последнее она произнесла тихо. — И сам претендует на жену брата. Какой сканда-а-ал!
Я улыбнулась. Крила не меняется. Эрклэм никак не стал комментировать слухи. Крила, поняв, что поддерживать её не собираются, удалилась.
Мы же пригубили чай и посмотрели на горы впереди, а ещё — на наших драконов, кружащих в небе. Потом встретились взорами и…
— Я люблю тебя, Эрклэм Норвинг.
— Но не сильнее, чем я тебя, — Эрклэм взял мою руку и поцеловал пальцы.
За это время он изменился, как и я. Но главное, что мы менялись вместе, подстраивались под изменения друг друга и продолжали идти вперёд.
И продолжим. Мы строим одно будущее на двоих, одно небо с кружащими драконами, откуда на нас с любовью смотрит Великая Шаардан… КОНЕЦ