Трехкольт
Шрифт:
“Ну конечно, все сошлось! раз уж она правая рука Азата, то она наверняка хочет владеть не только его войском, но и им. А с этим мечом, ей сам хёгг не страшен” размышляла Анэка.
– Не ходи со мной, Кайа...
Эти слова вырвались у иллинки, как только она перевела взгляд на усталое лицо Мораны.
Девушка вспомнила, как еще недавно, она чуть не потеряла, свою попутчицу, и не простит себе, если это случится еще раз.
– Я прошу...
Морана молча смотрела на отчаянное лицо Анэки.
“Пожалуйста, не ходи!” молила про себя иллинка.
– Я прикрою тебя здесь – сказала Кайосса, наконец. – А теперь спать давай.
Вепска подвинулась, высвобождая место рядом с ней.
– Ложись.
Иллинка проснулась еще до восхода солнца. Разбудил ее странный рокот вне палатки. Надо было выйти поглядеть что там, но когда Анэка пыталась выбраться из-под овечьей шкуры, под которой спала, поняла, что Морана держит ее рукой, прижимая к себе. Девушка обернулась на спутницу, та спала крепко, и скорее ее объятия были неосознанными, но когда Анэка задумалась об этом, у нее мурашки побежали по спине.
Осторожно выбравшись из-под руки Кайоссы, Анэка направилась на улицу. Прохладное утро моросило дождем, кое-где люди сидели все еще у костра. Анэка заметила вдалеке, небольшой сложенный из досок каёк (помост для предания огню тела умершего человека).
“Альсара не заслужила такой смерти, вот уж точно. Вот и сражайся после этого за мир.”
– Что-то ты рано – подкрался сзади голос Софиты.
Он не напугал Анэку, но потревожил.
– Куда запропала вчера, хотелось предложить тебе ночлег?
Анэка молча прислушивалась к зову дождя.
– Я уж подумала, что ты без меня ушла за пролив. Это хорошо, что ты этого не сделала.
Иллинка перевела взгляд на разговорчивую девушку, и хотела ей сказать что-то, но ее отвлек знакомый до боли мужской голос, и она пошла на него.
– Эй! Погоди...
Софита шла за ней, и что-то бормотала, вроде того, что Анэка все время молчит, что это странно, что молчание это ни есть хорошо.
Анэка вдруг развернулась и ...
– Тссс...
Шуверка тут же замолкла на полуслове.
Обойдя пару палаток, она вышла к небольшому шатру.
– Стой тут – сказала она шуверке.
– Но...
Анэка вошла в шатер. Все обернулись на нее. В основном это были войны борхи и вепсы, а в центре их собрания стоял ни кто-нибудь, а Артон, он что-то со знанием дела рассказывал собравшимся, делая упор на слова “шибко нужно”. Когда он увидел Анэку он замолчал и невинно улыбнулся.
Иллинка не говоря ни слова, прошла к нему, схватила его за рукав и потащила на улицу. Выйдя, она отвесила ему оплеуху, как нашкодившему мальчишке.
– Что такое? Я помочь хотел – оправдывался юноша.
Анэка не замечая Софиты и еще парочки вепсов, ходила взад вперед перед иллинцем.
– Помочь? Ты меня плохо расслышал видать. Мне не нужна твоя помощь, ступай домой! – грозно сказала она, и толкнула парня в грудь.
– Но подожди же ты, ты даже не знаешь...
– И не хочу знать! – перебила Анэка. – Я не хочу нести за тебя ответственность, если ты погибнешь тут, тебе ясно? Ты понял?
Парень склоня голову молчал.
– Може он что-то дельное придумал, а ты? – пыталась вмешаться Софита.
Но Анэка пресекла попытки ее поддержать Артона.
– Не лезь!
Софита замолчала.
– Ты привел Азата?
– Я не знал, что он за мной шел – пожал плечами Артон.
Анэка молча смотрела на него, потом подошла ближе и сказала, внятно проговаривая каждое слово:
– Мне не нужна твоя помощь. Я справлюсь сама. Ты должен идти своим путем, ты должен вызволить из Огайота своего отца. Ты понял?
Парень молчал закусив губу.
– Мой путь возле тебя – сказал он, наконец.
Анэка посмотрела в дождливые небеса, моля о помощи богов.
– Ты мне не нужен!...
Сказав это, она тут же направилась паковать заплечный мешок.
Софита лишь руками развела.
Артон бросился за Анэкой.
– Ты даже не знаешь меня. Ты не знаешь какой я.
Анэка молча шла к палатке.
– Ты не хочешь дать мне даже одного шанса, почему?
Возле палатки чистила оружие уже проснувшаяся Морана.
Все остановились.
– Так-так блудный сын вернулся – с усмешкой сказала Кайосса.
Анэка махнула рукой и юркнула в палату, что бы достать свой мешок.
Достав его, она обошла палатку, что бы добыть свой нож, которым она заткнула часть палатки, что бы не дуло с юга.
– Значит вот как, – то ли разозлился, то ли обиделся Артон – её любишь, а я значит тебе никто!? Что я то сделал тебе, что ты меня не любишь?
Анэка оттолкнула его молча, и прошла к костру, что бы взять пару лепешек с собой.
Морана спокойно наблюдала за этим всем точа меч. Софита стояла в стороне и делала вид, что разговаривает с одним из лучников, а на самом деле она зорко следила, что бы Анэка не ушла без нее.
– Мне на тебя все равно. Ты мне не нужен! И не ходи за мной! – повторила иллинка, копаясь в углях.
Артон встал перед ней на колени.
– Но ты мне нужна...
Анэка задержала на нем взгляд. Парень готов был заплакать от отчаяния, но ее сердце не дрогнуло. “Ещё чего, жалеть всяких плакс!”
– Софита! – окликнула девушку Анэка.
Та повернулась к ней.
– Собирайся, мы скоро идем.
Артон вдруг схватил ее за рукав, и почти прокричал:
– Ты слышала что я сказал? Ты мне нужна, Анэка! Я тебя люблю!...
Эти слова лишь разозлили девушку, она сильно толкнула Артона, и ... Моране пора было вмешаться, что она и сделала.
– Душа моя...
Анэка обернулась, в ее сознании еще бушевала злость.
– Поговорим? – предложила Морана.
Анэка кивнула и они отошли он их палатки.
– Не стоит на него злиться, он не виноват в своих чувствах к тебе – тихо и спокойно начала Кайосса.
Анэка молчала.
– Чувства, они такие, мы никогда не знаем к кому они нас привяжут, ведь так? Ты должна быть снисходительна, и пояснить все ему спокойно. Гнев лишь осложнит ситуацию, ты понимаешь?