Чтение онлайн

Распространению заблуждений о кажущейся простоте и доступности магических действий посредством заклинаний или талисманов и амулетов, способствуют и ритуалы, их сопровождающие. Обычно это — элементы театрализованного представления, которыми украшают маги свои публичные выступления. Постановка света, цветовые эффекты, магические круги и другие геометрические фигуры, пассы рук, особенные звуки и движения тела, использование различных предметов и даже мелких животных, все это подчинено одной цели — отождествлению мага с производителем сверхъестественных явлений, подтверждению его авторства. Не будь всего этого, и людям — потребителям чудес не определить истинного их инициатора. В действительности, настоящему магу все подобные театральные атрибуты не нужны.

Один из московских экстрасенсов, занимающийся целительством, рассказывал мне, что он вынужден под влиянием внешних обстоятельств превращать прием больных в театрализованное представление. «Представляешь, — рассказывает он, — приходит ко мне на прием очень пожилая женщина. После ее прихода в кабинет мне нужно 10 или 20 секунд, чтобы углубиться в себя и поставить ей диагноз с соответствующим лечением. И она может отправляться домой. Но поступить так я не могу. Бабуля в таком случае даже не поймет, за что она платит деньги! И я вынужден придумывать всякие причуды, чтобы продлить время ее пребывания в кабинете и проявить перед ней хоть какие-нибудь действия. И вот я усаживаю ее в кресло, начинаю о чем-то расспрашивать, махать перед ней руками, изображая привлечение к ней добрых космических сил, зажигаю свечи и смотрю на их отражение во всяких стекляшках. В общем, всеми этими глупостями я стараюсь продемонстрировать перед клиентом свои активные действия, якобы направленные на ее выздоровление».

По поводу всего того, что было сказано о слове, талисманах и других магических атрибутах и их полезности с точки зрения воздействия на мир неподготовленного человека, в кладезях арабской суфийской мудрости есть поговорка: «Твой волшебный талисман воистину могуч, но разве ты Соломон, чтобы заставить его проявить силу?»

Второй, но самый главный способ использования слова в магическом искусстве заключается в том, что с его помощью люди научились, говоря современным языком, переводить сознание в иное состояние, в режим взаимодействия с «иным миром». Только в этом состоянии человек способен оказывать физическое воздействие на окружающий мир.

Подробнее о таком использовании слова мы будем говорить во второй части книги. А сейчас коснемся лишь свидетельств, подтверждающих подобную точку зрения. Их немало, и представлены они прежде всего в устной и литературной традиции многократного повторения отдельного слова, фразы, строки или абзаца текста. Филологи видят в этом всего лишь литературный прием, восходящий к древнейшей в мире шумерской традиции, относящейся к III–IV тысячелетию до нашей эры. В действительности, за этим внешне простым и бессмысленным, на первый взгляд, приемом таится физиологический процесс изменения функционирования человеческого мозга.

«Гирра, сожги колдуна и колдунью; Гирра, поглоти колдуна и колдунью; Гирра, укроти их; Гирра, уничтожь их; Гирра, изгони их далеко».

Приведенное заклинание типично для ассирийской магии. В нем богу огня Гирру отдается приказание отвратить от больного демонов и тем самым излечить его. Но это — только внешняя форма. На самом деле подобные заклинания маги повторяли тысячу раз, что с неизбежностью «переключало» сознание в иной режим работы. Этот процесс люди, чтобы стать магами, осваивали много лет. Поэтому в древнем мире, в частности в Месопотамии, существовало несколько рангов магов, различающихся своей квалификацией.

Востоковед В. В. Емельянов, например, для ассирийского периода выделяет несколько ступеней обучения магии. На первой ученик осваивал и заучивал наизусть заговорные формулы и ситуации, в которых они применялись. Так ученик становился «младшим магом». Затем он изучал астрономию, астрологию, различные виды гаданий, способы лечения болезней, и получал звание «полноценного мага». Он самостоятельно проводил все храмовые службы и жертвоприношения, предсказывал судьбу по знакам небес, исцелял и изгонял демонов и т. д. После приобретения практического опыта, его избирали «магом храма». Он получал право писать доклады и составлять предсказания царю. По сути дела маг становился государственным деятелем. Наиболее преуспевшие в своем искусстве получали почетный титул «мудрец». Аналогичным титулом обладал и верховный бог страны, «мудрейший из богов», — Ашшур в Ассирии или Мардук в Вавилонии.

Вот, что интересно. Пронизывая все сферы материальной и духовной жизни древнего мира, в качестве своего культурного наследия магия оставила тысячи и тысячи заклинаний и заговорных формул, записанных на глиняных табличках или высеченных на камнях пирамид или саркофагов. Но среди них практически отсутствуют конкретные описания сверхвозможностей, которыми обладали маги древности. Дело, скорее всего, во всеобщих запретах, касающихся такого рода сведений. Вполне возможно, что и по-настоящему искусных магов было не так много, чтобы с ними могли быть лично знакомы многочисленные писцы глиняных табличек и папирусов. Эту мысль хорошо иллюстрирует прелестный рассказ, которому исполнилось пять с половиной тысяч лет.

Как-то раз фараон Хуфу (Хеопс), строитель Великой пирамиды, завел речь о чудесах и магах. Его сын, Херутатаф, сказал, что все подобные истории хорошо излагаются, но на самом деле мало кто из людей собственными глазами видел чудеса. И вызвался привести к отцу чудотворца, который умеет оживлять мертвецов. Фараон снарядил экспедицию вниз по Нилу и Херутатаф отправился за магом. Путешествие изобилует такими подробностями, что у современных исследователей возникает предположение, что в рассказе описаны действительные события.

Далее повествуется о встрече с магом. Звали его Тета и было ему сто десять лет. И он согласился посетить фараона. При встрече с магом во дворце, Хуфу спросил его: «Мне сообщили, что ты умеешь присоединять к телу отрубленную голову, правда ли это?» Маг ответил, что может это продемонстрировать. Фараон приказал привести преступника, осужденного на смерть, но маг отказался совершать подобное с человеком. Тогда ему принесли гуся. Маг отрубил птице голову и положил ее по одну сторону большого зала, а тело — по другую. Затем произнес заклинания. Голова и тело птицы стали двигаться навстречу друг другу. Они соединились, и воскресший гусь прогоготал. Затем маг произвел то же самое с другой птицей, а в довершение всего отрубил голову быку и вновь прирастил ее к телу.

Еще раз повторим, что приведенная история является древнейшим повествованием о конкретных сверхвозможностях магов, получивших образование в легендарном святилище Тота, древнеегипетского бога письма и мудрости. Бог Тот, имя которого древние греки впоследствии переиначили на Гермес, считался сердцем бога солнца Ра и языком бога Птаха, создавших все сущее с помощью всесильного Слова.

С наступлением эры эллинской культуры знания об «ином мире» и характер их распространения претерпели значительные изменения. Если во II тысячелетии до нашей эры взаимодействие с «иным миром» было уделом специально подготовленных магов и жрецов, то в I тысячелетии до нашей эры эти знания буквально выплеснулись в народ. Они становились все более и более доступны всем, кого они интересовали. Это был период просвещения всех слоев населения относительно устройства мироздания, в основу которого были положены представления об «ином мире» и принципиальной возможности партнерского взаимодействия с ним человека. В первой половине I тысячелетия до нашей эры в регионе Восточного Средиземноморья стали появляться многочисленные учения и школы по практическому освоению методов взаимодействия с «иным миром».

Многие из тех достижений эллинской цивилизации, которые сегодня мы называем великими завоеваниями древнегреческой культуры, в основном представляют собой различные формы суждений о существовании «иного мира» и способностях человека освоить приемы воздействия на него.

Во-первых, это древнегреческая мифология. Во-вторых — культурная традиция так называемых таинств, или мистерий. И, наконец, — древнегреческая философия.

Несомненно, главная роль в представлениях древних греков об «устройстве и механизме» функционирования «иного мира» отводится божественным идеям. Это был мир, населенный многочисленными богами, олицетворяющими неведомые человеку законы «иного мира» и управляющими материальной природой. Однако несомненно и то, что человек мог вмешиваться в управление физическим миром с помощью собственной психики или ума.