Чтение онлайн

Великий персидский поэт XIII века, суфийский философ и основатель ордена «вращающихся дервишей» Джелаледдин Руми, по легендам, мог одновременно посетить семнадцать собраний учеников и своих последователей и на каждом сочинить стихотворение.

«Повелители собственного мозга» изредка использовали способность к чудотворению и с более меркантильными целями. Тому подтверждение — факты материализации монахами пищи, о чем упоминалось ранее. Более широко для своей же монашеской братии использовалось целительство. Иногда в светскую жизнь из монастырей выносились результаты предвидений и пророчеств. Однако они, несмотря на свою достоверность, редко давали какой-либо положительный результат. Скорее, наоборот, являлись причиной гонений и преследований провидцев. Наиболее характерный пример таких случаев — жизнь русского монаха Авеля, проведшего в заточении в тюрьмах более двадцати лет за безошибочные предсказания дня и часа смерти русских императоров и судьбоносных исторических событий.

Некоторые духовные школы или секты, стоящие вне основных религий, используют психофизические методы, выработанные на протяжении тысячелетий, для целенаправленного освоения сверхвозможностей. Их количество невелико и в основном они функционируют в рамках тантризма и его буддийских и индуистских разновидностей, а также даосизма, религии бон и других религиозных вероучений и доктрин. Географически они тяготеют к Южной Индии, Тибету, Китаю.

Наибольших успехов на этом поприще сумели добиться китайцы. Здесь существуют духовные течения, имеющие единственную цель: поставить сверхвозможности на службу людям. Обычно это небольшие секты, представляющие собой своеобразный сплав древней местной религии даосизм, который всегда старался быть практичным и жизненно полезным, с привнесенным из Индии буддизмом. Однако китайское освоение сверхвозможностей отличалось своеобразием. Из всего широчайшего диапазона сверхвозможностей, использование которых приносит ощутимую пользу человеку, традиционно осваивались лишь те, которые обеспечивают надежную индивидуальную защиту от врагов.

Так в буддийских монастырях возникли школы самозащиты, поединков на мечах или копьях, стрельбы из лука и т. д. Все они используют в качестве основного элемента обучения психофизические методы тренировки внимания. В западной культуре это духовное направление, утратившее и у себя на родине, за редким исключением, традиции приобретения сверхвозможностей, известно под мало о чем говорящими названиями «восточные единоборства» и «китайские гимнастики».

Замечательный пример физических сверхвозможностей такого рода «повелителей мозга» приведен в одной из книг современного американского психолога. Этот случай произошел на психологическом семинаре в одном из американских исследовательских институтов.

Корейский мастер фехтования на мечах, участвующий в семинаре, продемонстрировал ученым свои фантастические возможности. Он попросил своего ученика лечь на траву, положил на его голый живот салфетку, а на нее поставил большой арбуз. Затем он отошел на несколько метров и на его голову надели непроницаемый для света мешок из толстого бархата. В руках он держал большой, очень острый меч.

«Внезапно по всей округе завыли собаки, — сообщает очевидецпсихолог, — а мастер фехтования, издав боевой клич, колесом метнулся к лежащему на траве ученику, и сильным взмахом меча рассек лежащий на его животе арбуз пополам. На салфетке остался небольшой след от меча, но на самом ученике не было ни царапины»

Изумленным зрителям мастер объяснил «природу» только что продемонстрированного сверхъестественного явления: «…Медитируешь и ждешь, пока все не станет единым — и фехтовальщик, и меч, и арбуз, и ученик, — тогда нет никаких проблем!»

К сожалению, в наш век свои выдающиеся сверхвозможности человек зачастую сводит к использованию в виде циркового аттракциона. У него отсутствует цель поставить их на службу себе и другим людям, сделать с их помощью жизнь богаче и счастливее. И выдающиеся монахи Шаолиньского монастыря разъезжают сегодня по миру, пытаясь демонстрацией сверхъестественных явлений заработать немного денег.

Понятны в этом смысле трудности «ушибленных кудесников», — они не выбирают сверхспособности, природа одаривает ими сама и случайным образом, не руководствуясь при этом соображениями «полезности для жизни». Но является ли это оправданием для «повелителей мозга», которые целенаправленно и сознательно, казалось бы, выбирают стезю приобретения сверхвозможностей? Почему сегодня они тратят свою внутреннюю энергию на освоение сверхъестественного владения мечом, а не на приобретение, например, целительских качеств или способности материализовать пищу в больших количествах?

В двух словах на эти новые для человечества вопросы невозможно ответить. Скажем лишь, что решающую роль в создании столь парадоксальной ситуации неосознанно играют сами главные участники этой драмы: духовные учителя и их ученики. Вернее, их подверженность влиянию легкомысленных идеологий, то есть беспринципной человеческой болтовне. Но подобная восприимчивость к легковесным словам зиждиться, прежде всего, на заурядном человеческом невежестве, сводящемся к к недопониманию и недооценке собственных сверхвозможностей.

Знания о существовании «иного мира» и идея расширения возможностей человеческого мозга с целью взаимодействия с ним, словно жесткий скелет пронизывают и скрепляют всю мировую культуру. Они являются фундаментальной основой всех без исключения религиозных учений и сколько-нибудь значительных мировоззренческих доктрин.

Величайшее открытие человеческого гения заключается в том, что были найдены и освоены практические способы управления мозгом. Тысячи лет назад человек опытным путем, методом «проб и ошибок», обнаружил связь между сознанием и сверхфункциями мозга, позволяющую безгранично расширить возможности «гомо сапиенс».

К сожалению, человечество до сих пор в полной мере не воспользовалось благодатными плодами этого открытия. И этому есть несколько причин.

Главным препятствием на этом пути является естественный безрассудный страх людей перед всем новым, незнакомым. В том числе боязнь новых идей и явлений, особенно если они еще не имеют логически обоснованных и признанных большинством людей объяснений. Этот страх очень быстро превращается в ненависть, заставляющую некоторых людей совершать дикие и необъяснимые поступки против выразителей новых идей. Известный психиатр К. Юнг называл эту особенность психики мизонеизмом и сравнивал ее с реакцией дикого животного на резко изменившуюся ситуацию, непонятность которой таит в себе угрозу. Мизонеизм является своего рода барьером, защищающим психику от шока при столкновении с чем-то новым и неизведанным. И это не единственный защитный механизм, предохраняющий сознание от проникновения в него и закрепления там кардинально новых идей. Следует особо подчеркнуть, что в наибольшей степени такие психологические барьеры активизируются против идей, связанных с существованием «иного мира» и его практическим использованием.

Вторая причина ограниченной эксплуатации ресурсов «иного мира» для практических нужд человека связана с позициями многочисленных религиозных учений и соответствующих им церковных организаций. Мы уже говорили о том, основатели религий и их ближайшие сподвижники ставят перед людьми, как правило, очень отдаленные цели, достижимые только после смерти человека. Это резко сужает круг людей, искренне придерживающихся объявленных целей и готовых идти по Пути, жертвуя при этом мирской жизнью. Несомненно, человек, сделавший выбор и устремившийся к далекой цели, «автоматически», хочет он этого или нет, приобретает отдельные элементы могущества над материальным миром, свойства и способности сверхчеловека. Но тотчас вступают в силу запреты церквей. Использовать в мирских целях приобретенные сверхспособности, эти «Божественные дары», нельзя. Это — греховно.

Свою значительную лепту в отстранение человека от использования им в собственных целях ресурсов «иного мира» внесла и западная наука. В этих вопросах она смыкается с церквями и потакает их интересам. Имея значительный общественный авторитет, большинство ученых на протяжении последних столетий публично отвергали, а иногда и высмеивали, не только попытки взаимодействия с «иным миром», но даже дискуссии о его существовании. Их позиция понятна. Одни из них были типичными мизонеистами, отвергавшими все новое с порога. Другие, в силу инерционности традиций, считали природу «иного мира» божественной и не хотели рисковать репутацией, отстаивая его реальное существование.