Чтение онлайн

– Блейк, я должна тебе кое-что сказать. Должна найти честную опору в паутине моего обмана.

– А что, если мне не нужно это слышать?

Я заговорила, не зная, насколько могу ему довериться:

– Блейк, у меня условие.

– Какое именно?

– Я этого не понимаю.

– Возможно, это совсем ничего не значит. Николетта, ты хорошо выглядишь. Тебе поставили неправильный диагноз?

– Блейк, я объясняю неправильно. Это известно только еще одному человеку, пожалуйста, выслушай…

– Николетта, мне все равно, что ты считаешь в себе неправильным. Я вижу лишь то, что вижу, – твою красоту, остроумие и душу. Это все, что мне нужно.

Он встал и отошел от меня на несколько шагов.

– Николетта, с тобой все в порядке. Возможно, это только в тебе…

– Ты хотел бы заняться со мной любовью?

– Что за нелепый вопрос, Николетта. Любой мужчина, который видел тебя, хочет этого. В том числе и я.

– А что, если бы ты знал, что умрешь во время занятий любовью?

– О чем ты говоришь?

– Пытаюсь объяснить: у меня что-то не так.

– Ты слишком красива, чтобы у тебя было что-то не так. Ведь я не слепой.

– На мне лежит проклятие – нечто, что я не могу контролировать или изменить. Нечто, чего не понимаю.

– Некоторые выдумывают себе болезни. Те, что страдают ипохондрией.

– Я не придумываю. Это правда.

– Хорошо-хорошо. Прошу прощения. Я вижу, ты веришь в это, это…

– Проклятие. У меня кроличье сердце.

– В чем же это выражается?

– У меня сердце кролика.

– Как у садового зайчика? Я довольно-таки высокий, но и для меня это преувеличение.

– Ты смеешься надо мной? Блейк, я не могу тебе ничего сказать. Ты будешь плохо обо мне думать, я этого не вынесу.

– Ах, милая Николетта, ничто из того, что ты скажешь или сделаешь, ничто из того, что ты расскажешь о содеянном, не сможет внушить мне дурные мысли о тебе.

1– Разве что это. Твое представление обо мне было бы разрушено. Ты никогда не думал бы обо мне по-прежнему.

– Скажи мне.

– Блейк, это ужасное проклятие.

Я опустила голову, на глаза навернулись слезы. Блейк обнимал меня с нежностью, не боясь осуждения общества. Я почувствовала, что пытаюсь незримо подпитаться его энергией, поскольку меня охватило отчаяние. Блейк долго меня обнимал.

Я бросила взгляд на дорогу, и мне показалось, что в город въезжает Джексон Лэнг с помощниками. Через одну из лошадей перекинуто тело Оливера. Джексон Лэнг устремился ко мне с явным намерением арестовать.

– Николетта, – пробормотал Блейк.

Джексон и его люди приблизились. Я не шелохнулась.

– Николетта, поговори со мной.

Сейчас меня арестуют, думала я. У них есть доказательства, что я убийца. Они знают обо всей той крови, что на моих руках, они свяжут мне запястья, обвиняя в смерти людей, скажут, что я бросила их, не имея ни сострадания, ни совести: Я мысленно готовилась к аресту, но Джексон и его помощники вдруг исчезли, словно растаяли. Вместо них появился молодой симпатичный путешественник, очарованный мной. Он улыбнулся и приподнял шляпу в знак приветствия.

Блейк отошел от скамьи на несколько шагов.

– Николетта, если ты не хочешь со мной говорить, нам следует отдохнуть друг от друга. Я вижу, тебя заинтересовал другой мужчина. Что ж, желаю приятного дня, Николетта.

Я не обратила никакого внимания на появившегося передо мной мужчину. Меня мучили галлюцинации и страхи. Оливера не нашли, но я чувствовала, что видение – дурной знак. Несмотря на теплую погоду, я ощутила порыв холодного ветра и вздрогнула.

Блейк не проводил меня в гостиницу, даже не оглянулся.

– До свидания, милорд.

Если бы он и услышал меня, все равно не обратил бы на мои слова внимания. Пузырьки внутри меня стали плоскими. Испытывая уныние, я отправилась в гостиницу, но не могла не строить планы.

Мириам сидела в кресле-качалке и штопала носок. Служанка убрала серебряный прибор, которым пользовался лорд Бастон, присела в реверансе и удалилась.

– Мириам, лорд Бастон сказал, что вами интересовались Уилкокс и Пиви. Джентльмены спрашивали, не выпьете ли вы с ними по стаканчику перед обедом в пабе. Они сейчас там.

– Неужели? Не стоит их разочаровывать.

– Да, верно. Вам очень идет это серое платье. Мириам поторопилась на улицу в поисках коляски, а я вернулась в комнату. Мы с Мари готовились к отъезду.

Я написала Мириам благодарственную записку, вложив в нее небольшое вознаграждение, хотя все было оплачено, и бумагу, по которой оставляла ей за гостеприимство лошадь с коляской. Бумагу я спрятала среди постельного белья, чтобы Мириам нашла ее, лишь, когда будет его менять. Как только взошла луна, мы с Мари тихо погрузились в другую коляску и уехали. На развилке свернули налево, как раз перед дорогой к поместью лорда Бастона.

Лошади неслись так быстро, что мы летели по дерну, а на колдобинах рисковали вылететь со своих мест. Я погоняла лошадей, совершенно не думая о том, что было впереди, надеясь лишь на то, что где-то мы будем в безопасности.

– Мари, помолись за нас. Я устала и сбита с толку, не знаю, что делать. Могу лишь думать о том, чтобы бежать и надеяться на то, что о нас забудут. Но это маловероятно.

– Мисс Николетта, я буду молиться.

В темноте показалась карета, медленно направлявшаяся к городу.

– Мари, нагни голову.

Мы промчимся мимо. Я дернула поводья.

Кучер что-то кричал мне, но я не останавливалась. Тогда он перекрыл дорогу.

– Мисс Николетта! Мисс Николетта! Я еду за вами!

– Что?

Увидев, что это карета Блейка, я притормозила. Из кареты высунулся Блейк. Я объехала карету и продолжила полет по дороге, но второпях уронила вожжи и утратила контроль над лошадьми.

Оглянувшись, я увидела, как Бертрум распрягает коренную лошадь, а Блейк садится верхом. Он бросился в погоню за нашей коляской. Поравнявшись с коляской и поставив лошадь параллельно моей коренной лошади, он перепрыгнул на мою лошадь. Натянув вожжи, затормозил коляску и заставил моих лошадей остановиться.