Чтение онлайн

– Чему? – широко открытые глаза смотрели на мужчину.

– То, чем ты занималась с царем. Я никогда не видел такого удовлетворения и блаженства на лицах, какое было у Эхно в тот момент. Ведь терряне это делают не только для размножения, так?

Нефа издала громкий смешок:

– Ты подсматривал за нами, хитрый змей. Они называют это «любовью» и занимаются этим для услады. Но, у нас это запрещено.

– Я знаю, поэтому и прошу тебя показать мне это здесь на Терре.

– Хорошо, – согласилась девушка.

Она сняла с Тайпана одежды и скинула свои.

– Ощущения будут зависеть от степени возбуждения, – томным голосом объясняла Нефа, поглаживая мужское мускулистое тело. – Если пренебречь прелюдией, то это будет физический контакт, не более того. А вот, если как следует постараться и возбудить, ощущения будут просто непередаваемые.

И он, действительно, почувствовал, как от кончиков пальцев начинает стекаться к центру тела, а затем в низ живота приятное напряжение. Это некая едва уловимая щекотка, которую трудно было описать словами. Возник прилив сил и энергии. Он испытывал нечто такое, что никогда не испытывал раньше и ни при каких обстоятельствах не получал подобного наслаждения. Это было приятно, тепло, страстно, не хотелось останавливаться ни на секунду. В чреслах возникла дрожь, а в голове – настоящая эйфория, казалось, мозг полностью отключился. Эти ощущения раскатывались по всему телу, становясь все сильнее и насыщеннее до тех пор, пока не наступил пик удовольствия – физическая разрядка и последующее за ней – приятное расслабление по всему телу.

– Но может быть еще лучше, Тайпан, – грустно проговорила Нефа.

Мужчина смотрел на нее удивленными глазами:

– Куда уж еще?! По-моему, это вершина физического удовольствия, которое только можно испытать.

Она глубоко вздохнула, а ее в глазах стояла безысходная, щемящая тоска.

– Когда делаешь это с любимым человеком, испытываешь самое настоящее счастье. Это моменты максимальной близости, ближе уже просто некуда. Вы как одно целое. Когда любимый человек ласкает твое тело – это не описать словами и не объяснить. Такое чувство, как будто тебя переполняют эмоции и физическое блаженство.

– И ты испытывала это?

Нефа утвердительно кивнула:

– Только это было очень давно, на Спящей Красавице.

– Что такое любовь? – поинтересовался Тайпан.

– Терряне разделяют понятия «любовь» и «страсть». Представь картинку – удав смотрит на кролика. Если змей хочет его съесть, то это страсть, если хочет заботиться и опекать его, радоваться тому, как он растет, то это любовь. Это состояние, Тай, не просто доброта и душевное тепло, это когда две родственные души встречаются телами. Вообще, это не объяснить словами, но поверь, ты сразу поймешь, что это именно оно, – печально улыбнулась она.

– Почему это запрещено в Конгломерате? – удивленно воскликнул мужчина, – это же…, это же…, – он не мог подобрать слов.

– Потому что это чувство глубокой привязанности, зависимости, страсти, если хочешь, а все это гормональный взрыв. А нормальный, здоровый квирит должен быть спокоен, невозмутим и безэмоционален.

– Как Тавор, – хихикнул Тайпан, – интересно было бы увидеть его лицо, испытай он то же самое, что я сейчас. Но он слишком законопослушен, так что ему это никогда не светит.

ххх

Царь Эхно не просто любил Нефу, он ее обожествлял, считая порождением Бога-солнца. Не того человекообразного Бога, с головой сокола с солнечным диском и змеёй на голове, что почитали в Муссуре, а нового бога, в виде реального солнца с простирающимися от него лучами, словно руками, желающими обнять все живое на планете, того, кого он видел в момент появления Нефы в водах многоцветной реки. 37

Эхно распустил свой сераль 38 и сделал Нефу своей женой. Ему не нужны были другие женщины, эта пришедшая с Солнца красавица, чьи движения были по-кошачьи грациозны и мягки, манеры изысканы, а голос вкрадчив, делала его счастливившим из мужчин. Когда она улыбалась, она обладала таким шармом, который нельзя было ничем испортить.

– Странное у вас представление о Солнце, – мурлыкала она у него на груди, рисуя солнышки с лучиками на его теле с лишними килограммами, особенно заметными в области живота, бедер и молочных желез. – Почему вы думаете, что их три? Оно одно. Оно как живой человек в разные года своей жизни, только срок его один день. Рассветное светило, как детство и юность: ещё неизвестно, каким ты будешь, каким будет этот день, но хочется, чтобы солнце светило больше и ярче. Полдень – разгар дня, жар, это зрелый возраст, и человек тоже достигает определенных вершин. Старость, более связанная с потерями, чем с приобретениями, это закат, постепенно теряющий солнечный свет. А затем приходит ночь, смерть… Чтобы возродиться опять…

«Я связан с Богом теснее, чем другие цари, – думал Эхно, – только моя жена пришла со звезды. Ее послало Солнце, чтобы указать мне, что я тоже его сын. Нефа достойна быть не только дочерью бога, она должна быть женой бога». Эта мысль все настойчивее, словно дятел долбящий дерево, стучала в его мозгу.

Однажды Эхно проснулся рано утром оттого, что кто-то ласково гладил его по щеке. Он открыл глаза и увидел яркий золотой луч солнца. Потом он пропал и снова заиграл в комнате. Он зажмурился и услышал веселый смех Нефы, которая то отходила в сторону от луча, давая возможность ему светить на Эхно, то снова закрывала собой. Затем в ее руках появилось маленькое зеркальце, и она подставила его лучу, который упав прямо на зеркало, отрывался и улетал вбок. По комнате заплясали солнечные зайчики.

– Звезда по имени Солнце прислала тебе, мой царь, свое послание, – восторженно воскликнула женщина, продолжая распылять пятна солнечного света.

Эхно вскочил и пытался поймать «зайчика», но солнечный лучик был очень непоседлив, постоянно прыгал и убегал от него, прятался, а потом вообще исчез.

– Однажды, – возбужденно и уверенно прошептала вставшая на цыпочки Нефа на ухо мужу, – солнце будет у тебя в руках.

Эхно во всем слушал жену, которая четко исполняла советы и рекомендации Тайпана. С его подачи в Мусуре воцарился мир и порядок, начала развиваться культура. Никогда еще в искусстве не появлялись произведения столь живо иллюстрирующие чувства царственных супругов: Нефа, сидящая на коленях Эхно, страстный поцелуй, их дочери, протягивающие руки к Богу-солнцу.

Тайпан ощущал себя правителем, все шло по его плану. Он наладил космический энергообмен, а также энергоинформационную программу развития Терры, умолчав лишь о своей роли руководителя. Ему нравилась роль кукловода, дергающего за ниточки марионеток. Он не чувствовал, как низкие вибрации планеты постепенно пленяют его и удерживают в своей власти.

Царь, все еще испытывающий ненасытную похоть к Нефе, думал только о ней и о новом Боге. Его не интересовала политика, экономика, финансы. Желая получать вечное благословение, он мог часами стоять в храме без крыши и смотреть на солнце.

– Тебе не стоит столько находиться под светилом и смотреть на него не прикрыв глаза, – как-то предупредила его жена.

– Бог добрый и милостивый, он обнимает всех нас своим теплом, – улыбаясь ответит Эхно, – но ему мало тут места, смотри, он не может полностью показать себя в этом пространстве. Мы должны построить новый город для Бога. И все должны знать, что новый Бог несет добро, справедливость и правду.

И началось строительство новой столицы. Наряду с домами, храмами и дворцом, по приказу царя делались огромные статуи, точные копии с людей. Он хотел запечатлеть на века красоту своей жены, но наряду с изваяниями великолепной Нефы в новом городе и его храмах были монументальные рельефы и статуи его неприятно удлиненного лица, суженых в щели глаз, опущенных вниз уголков губ и больших женоподобных бедер.