Чтение онлайн

Спросили:

«Мы с этим что сделаем?»

Шаман птичьи кости над огнем качал, ответил:

«Упомянутую девушку убейте».

«Почему ее убить? Это будет худо».

«Если один умрет – худо. А если все – совсем худо».

Немедленно убили. «Пусть теперь охотник пойдет. За мясом пойдет. У кого сохранились силы, тот пойдет».

Еще полдень не наступил, а уже убили первого лося.

С тех пор снова стали убивать. С тех пор поправились.

Вот такую веселую сочиняли книжку мы с практикующим доцентом.

А еще сошедшая с орбиты луна…

Сбесившиеся рыбы в океане… Меняющиеся течения…

Непогода над Азией… Напрочь закрытый повсюду мир…

«Если один умрет – худо. А если все – совсем худо»…

…Над Чемальским водохранилищем генерал Седов увидел белое пирамидальное облако. Оно стояло над горами абсолютно неподвижно, солнце никак на него не действовало.

«Цель определена».

Спрятанный в ухе приемник ожил час назад.

Генерал слышал всё, что ему передавали наблюдательные и аналитические службы.

Рынок… Баночки с медом… Самодельные бубны… «Западный берег водохранилища». Не один десяток специалистов был задействован для того, чтобы вывести генерала Седова на обнаруженный тайник с оружием. Скорее всего, это и была винтовка майора Мухина, точнее, его пропавший вещдок. Оставалось выйти на берег, что генерал и сделал. Неторопливо, но и не переигрывая, шел по камням, прихотливо изглоданным водой.

«Сосняк по правую руку».

Генерал уже шел мимо сосен, взбегающих по крутым склонам.

Кое-где сосны буквально лепились к отвесным стенам, но держались, цепко держались, даже ветры их не побили.

«Тропинка».

Сразу и не заметишь.

Непонятно, кто лазал тут по скалам.

«Третья площадка снизу».

Генерал присел на сухую известняковую глыбу и минут пять вглядывался в спокойную темную воду. Доклады поступали оптимистичные: поблизости никого… возможно, указанное место – резервное… Убедившись, что поблизости действительно никого, нырнул в сосняк, почти на ощупь нашел тропинку. Стараясь не примять веток, поднялся на площадку, надежно скрытую в деревьях, присел, прислушиваясь к хорошо придуманному, почти случайному писку в приемнике.

«Соблюдать радиомолчание».

В просвет ветвей просматривалась каменистая береговая полоса.

За ней – серая невысокая плотина Чемальской ГЭС с надстройками.

«Кукушка, кукушка, сколько доктору Вальковичу осталось жить?»

Далекая кукушка с удовольствием начала отсчет, наверное, у нее были свои виды на физика. «Товарищ лейтенант, у меня на танке оторван левый каток, не работает радиостанция, экипаж полностью израсходован!» – лез в голову старый армейский анекдот. Глядя на белое пирамидальное облако, генерал вспомнил недавнее чаепитие с доктором Вальковичем на своей домашней веранде.

«Где ваша жена?» – спросил доктор Валькович.

Генерал ответил: «Предполагаю, погибла».

И в свою очередь спросил: «А ваша?»

«Предполагаю, счастлива».

Ладно.

Достаточно.

«Все мы – пепел звезд».

Главное в том, что где-то здесь, сейчас, может, даже на этой самой площадке, укрыта снайперская винтовка. А целью может быть только физик. Аналитики и наблюдатели пришли к такому выводу. Все научные сотрудники, бывавшие в Церне (буквально по пальцам), находились под наблюдением. Дело не в досужих вымыслах, не в черной дыре, не в конце света, дело – в энергии, которой так не хватает людям. Ролику, снятому с безымянного сайта, можно не верить, но вырванная страница в «Рабочей тетради», странные смерти физиков, работавших с доктором Вальковичем, не менее странное исчезновение корейца Кима (домашний арест?), слухи, распространяющиеся на всех уровнях…

Энергии, энергии, энергии!

Доктор Валькович знает что-то необычное.

Если убрали Парцера (кто?), если убрали англичанина (кто?), если немец сотрудничает с Интерполом (какие показания он им дает?), а доктор Ким исчез в своей Корее, значит, всё указывает на доктора Вальковича, как на последнего носителя какой-то необычной информации. Можно отнести к случайностям стеклянную баночку из-под алтайского меда (зачем он прихватил ее в Церне? зачем сунул в сумку пустую-то? зачем разгуливал с нею по чемальской набережной?), но немыслимый велопробег Новосибирск-Чемал ничем объяснить невозможно. Немецкая резина оплавилась… Монгольская граница недалека… И где-то здесь объявился исчезнувший вещдок майора Мухина…

Кто поднимет снайперскую винтовку?

Может, младший лейтенант Смирнов-Суконин?

Слабо верится, но ни один вариант нельзя исключить.

Анар? Буковский? Они не из тех, кто тоскует по старым сидишкам с прошивкой для мобилы с 1.3 мегапикселя…

А вот и доктор Валькович!

Генерал решил сменить место, но внизу раздался шорох.

Камешек покатился. Кто-то поднимался по тропинке – легко, упруго.

Младший лейтенант сопел бы, самому себе давал добрые бесплатные советы, и у Буковского бы не получилось ступать так легко, разве что Анар…

Чтобы увидеть стрелка, надо было наклониться.

Генерал не стал этого делать. И поступил правильно.

На уровне его ног из-за камней поднялся и исчез ствол винтовки.

Затем ствол наклонился, бесшумно лег на сгиб толстой сосновой ветви. Скорее всего, стрелок заранее облюбовал позицию. Берег отсюда просматривался до самой плотины. Доктор Валькович неторопливо шел по плоскому берегу, наклонялся, что-то подбирал, рассеянно рассматривал. Имел ли он хоть какое-то отношение к слухам о луне, к тонущим в дождях городам Европы, к загадочному видеоролику, снятому с безымянного сайта? Смертельная песчинка он в великом шарикоподшипнике мира или его волшебная смазка?

В поле зрения генерала появилась рука, нежно погладившая винтовочный ствол.

Тонкая рука. Женская. На запястье – чудный, в виде змейки, янтарь.

Ни запах, ни шорох не должны были донестись до стрелка.

Генерал замер. И стрелок замер. Это так и должно быть, подумал Седов.

Это мы сейчас так раскачиваем коромысло мира. Добро и зло раздельно не существуют, не могут существовать. Он задумался об этом еще много лет назад в жаркой пустыне под крошечным среднеазиатским поселком. Утечка обогащенного урана. Он тогда работал над этим. Утечка обогащенного урана, в котором катастрофически нуждалась одна из ближневосточных стран, строившая собственные стратегические планы. О нелегально вывозимом из России сырье знали только два чиновника – из тех самых крупных, которые никогда ни в чем не замешаны. Если вывезти сырье не удастся, кто-то умрёт, но, конечно, не указанные чиновники; они, дававшие устное разрешение на вывоз, останутся, как всегда, неуязвимыми.

Полковник Седов (тогда еще полковник) не задумывался над тем, надо ли позволять вывозить стратегическое сырье за пределы страны. У него был приказ: скрытно подойти к поселку и дождаться выстрелов. Ему не объясняли, кто будет стрелять и в кого будут стрелять. Ему четко и ясно приказали: скрытно подойти к поселку и задержать свои бронетранспортеры до той минуты, когда в поселке смолкнет последний выстрел. В поселке среди специалистов находилась жена полковника, но считалось, что гражданские специалисты не пострадают. Ну, конечно, там снимут охрану, с этим ничего не поделаешь, но гражданские специалисты не пострадают ни в коем случае. Полковник тоже был уверен в этом. И в итоге потерял жену. Правда, не дал коромыслу мира качнуться слишком сильно: обогащенный уран остался в стране, а заказчики были сбиты с толку. Миллиарды долларов для России не пропали, они работали, хотя и тайные переговоры не были, к сожалению, прерваны. Резню в далеком среднеазиатском поселке одна сторона объяснила разборками в криминальном мире, другая – заказчики – вынуждена была принять такое объяснение. А полковник Седов молчал, хотя знал о некоей третьей силе: некие чужие вертолеты (без опознавательных знаков) были засечены его людьми еще на подходе к поселку.