Чтение онлайн

Когда мужья предложили мне вернуться к старой, испробованной временем схеме, я готова была их расцеловать. Так что полтора часа спустя и потеряв впустую бездну- нервных клеток, меня пристроили на Фила лицом к лицу и бесконечные энерджайзеры мужского пола наконец дали мне то моральное и физическое удовлетворение, которого я хотела. Когда два тела обнимают третье в невыразимо бережном слиянии, когда сердца бьются в унисон. Когда глаза одного - отражение глаз второго.

Но и тут, чтобы впредь я не жаловалась, внесли разнообразие. Мои колени развели настолько широко, что я лежала на Филе в позиции распятой бабочки, с коленями, развернутыми на сто восемьдесят градусов. И, придерживая мои колени сзади и не давая развернуться, сзади легколегко, нежно, меня брал Эмилио.

Получается, на Филе я двигалась сама, понуждаемая движением Эмо.

Нашли тантристку, блин! Да я такую развратную позицию только на фотках храма бога Камы в интернете видела!

Я невольно всхлипнула, так стало себя жалко.

– Что-то случилось, маленькая?
– нежно спросил Эмилио, притягивая меня к себе за бедра.

И только я хотела ему поведать о том, что ласковые покусывания могут плавно перейти в страстное откусывание, как...

Неожиданно за окном пронесся звук свирели, резкий и заунывный. Жалобный наигрыш брал за живое, это был словно пронзительный крик о помощи, гулкая жалоба в ночи.

– Кто-то умер?
– передернула я плечами.

Тут незатейливая песенка спустилась на тон ниже и меня мгновенно поставили по стойке смирно и начали быстро одевать, причем в мужское платье.

– Еще раз спрашиваю, - я растерянно переводила взгляд с одного мужа на второго, а те в промежутках между моим облачением еще успевали и сами на себя что-то натягивать.
– В доме кто-то умер?

– Нет, - коротко ответил Эмилио, застегивая на мне колет и опоясывая талию ремнем.
– Но если мы не поторопимся, то может...

– Кто?
– испугалась я. Хоть я, конечно, и не была близко знакома со всеми здешними обитателями...

– Мы, - односложно ответил Филлипэ, быстро заплетая мне косу и запихивая ее под широкополую шляпу.

Нет, ну нас-то я точно знала близко, а потому стало как-то неприятно и тревожно...

– А?..
– начала я расспросы по-новой, когда меня бережно усадили на кровать, а сами начали играть в свои игрушки.

– Маруся, - зыркнул в мою сторону- мгновенно посторожевший мужчина, даже отдалено не напоминавший всегда мягкого и обходительного Эмилио.
– Помолчи!

Безусловно, можно было растопырить пальцы китайскими палочками и стать в позу кактуса, но я точно знаю, когда нужно действительно заткнуться и слушать тех, кто лучше знает о том. что происходит. Дайвинг не прощает малейших оплошностей.

Когда я сбилась со счета, сколько ножей, кинжалов и всевозможных метательных дротиков, и звездочек было распихано и рассовано по карманам, голенищам, рукавам, за пазуху, за пояс; глубже, чем за пояс; еще глубже, чем за пояс... рядом со мной раздался загробный голос:

– Мило!

Зря я себе льстила, зря! Всегда думала, что трус не ныряет в ручей, но на руках у Филлипэ я оказалась впереди скорости света. Мужчина чудом успел меня удержать, пока я карабкалась по нему, как по елке.

– Лоренцо!
– откликнулся Эмилио.
– Заходи, мы уже одеты.

С легким шорохом в сторону отъехала потайная панель и в спальню абсолютно бесшумно проскользнул закутанный в черное с головы до ног Лоренцо.

– Это то, что я думаю, брат?
– как-то иносказательно поинтересовался Эмо.

– Еще хуже, - кивнул мужчина.
– Я думаю вам нужно все услышать самим. Только девушку хорошо бы оставить...

– Нет, - подобрался Филлипэ, стаскивая меня со своей шеи и удерживая на руках.
– Маруся пойдет с нами.

– Ваше дело, - неодобрительно хмыкнул Лоренцо и. повернувшись к потайному входу, сказал через плечо: - Следуйте за мной.

Эмилио быстро схватил неизвестно откуда взявшиеся плащи и, обменявшись многозначительным взглядом с другом, двинулся вслед за братом. Но все бы было хорошо, если бы кто-то в спешке кое о чем не забыл...

В общем, как только Эмо перешагнул порог спальни, его мгновенно догнали сорвавшиеся с ночного столика ожерелье и браслеты, коварно дожидавшиеся своего звездного часа. И дождались же, нанеся удар исподтишка по самому слабому звену - голове. Не в смысле дурной, а в смысле - беззащитной. А впрочем, думайте как кому нравится!

Эмилио, к своей чести, даже ни разу не вскрикнул матом, он им беспрерывно шипел, пытаясь в потемках нащупать оковы брачного наказания.

И тут я поняла одну простую и крайне незамысловатую вещь - я извращенка! Потому что, несмотря на все учиненные надо мной пакости, я влюбилась. Потому-что сейчас не злорадствовала, не хихикала и не потирала довольно ладошки. Нет, мне стало так же больно, как, вероятно, было больно Эмо.

– Фил, - соскочила я с рук мужа и бросилась к мужу. Черт, нужно нм номера присвоить, чтобы хоть как-то различать! И менять периодически, чтобы всем было к чему стремиться.
– Забери это оружие массового поражения, пожалуйста, пока нас всех здесь не поубивало семейными обязательствами.
– И бросилась к Эмилио.

– Что болит?
– вцепилась я в него, обшаривая руками.
– Покажи, где? Ну скажи же что-нибудь!!!

– Ать! Ать! И... на... в... туда... навсегда!
– заявил мне сквозь зубы Эмо, пока я ловила мельтешащие вокруг атрибуты супружества и возвращала их на законное место. Вот только «место» как-то не выражало энтузиазма - вернее, супруг-то выражал, но явно не теми словами и выражениями.

– А в моем мире мы обходимся простыми тоненькими кольцами, - смиренно поведала я ему, надевая на него массивное ожерелье. Филлипэ в это же время навешивал на меня мой камень за пазухой... извините, скрытое оружие... на всякий случай.

А что?! Главное, вовремя поставить между собой и этими цапками врага и подождать, пока ему прилетит.

– Хоть что-то хорошее в твоем мире есть, - прошипел Эмо, потирая ушибленный затылок.

– Пойдемте уже!
– в той же тональности прошипел его родственник Лоренцо.

Мы всем стадом чуточку побродили подземными коридорами и доползли до средних размеров комнатки, после чего меня поставили на пол, и братья, как один, прильнули к стене. Оказывается, с этой стороны были хитро устроены смотровые глазки, с внешней стороны искусно скрытые в складках драпировки, как я теперь поняла.

Нам с Филом тоже нашлось по паре аналогичных отверстий и мы, согнувшись, пристроились подглядывать за происходящим.

В большом холле, откуда расходились все коридоры и двери, лицом к нам стояли родители Эмилио. Со своего наблюдательного пункта я прекрасно видела рассерженного Роберто и стоявшую чуть позади супруга Розалинду, послушно опустившую глаза в пол, но при этом всем своим видом демонстрирующую откровенную решимость отстаивать свой дом и семью.