Чтение онлайн

Сам отель был идеальным: небольшой, приватный и очень-очень «открытый». Повсюду сновали гей-пары, мужчины целовались, мужчины танцевали. Поначалу меня это немного шокировало.

Я никогда не бывал свидетелем таких открытых проявлений привязанности между мужчинами. Но мне нравилось.

Ночью, лежа в одиночестве в огромной кровати, я дрочил, представляя мужчин, что держались за руки, целовались, занимались сексом. Я надеялся, что до истечения двухнедельного срока найду человека, с которым можно всем этим заняться, пусть и всего на одну ночь. И я не сомневался: когда эти две недели подойдут к концу, я не захочу уезжать.

Особенно в родной гомофобный город.

Поздним вечером третьего дня я вновь оказался в баре. Конечно, я общался и с другими парнями, но постоянно возвращался к полюбившемуся бармену. Я знал, что он был занят, но что-то в нем меня привлекало. Он шутил и смеялся, и даже когда другие парни пытались завязать со мной разговор, я предпочитал оставаться и болтать с Адамом.

— Не хочешь рассказать о себе? — смеясь, спросил он и протянул пиво. — Приехал в гей-отель один, не пьешь и отшил парня, который только что пытался тебя склеить.

Я заморгал.

— Склеить? — я взглянул на парня, только что покинувшего бар. Он уже болтал с другим пареньком, и, казалось, там ему повезло больше. — Надеюсь, я его не обидел.

Адам расхохотался и покачал головой.

— Уил, ты – милашка.

Саймон прошел за барную стойку и улыбнулся.

— Что смешного?

— О, привет, — тепло поприветствовал его Адам. — Уил меня рассмешил.

Саймон обвел нас взглядом. Они с Адамом будто вели молчаливый диалог. Саймон его поцеловал, а затем снова глянул на меня и улыбнулся.

— Уил… — он умолк.

Я уставился на них. До сих пор было непривычно видеть, как целовались мужчины. Конечно, я смотрел порно, смотрел фильмы, но это никогда не происходило прямо у меня на глазах.

— Эмм, да?

Саймон вышел из-за барной стойки и присел на стул неподалеку от меня.

— Ты танцуешь?

— Я – что?

Адам засмеялся, чем привлек к себе внимание, и многозначительно кивнул через плечо в сторону открытого фойе, где танцевали люди.

Пары медленно танцевали.

Мужчины.

Мужчины медленно танцевали с другими мужчинами. Боже мой…

Я никогда не видел ничего подобного.

Я поочередно посмотрел на Адама и Саймона. Наверно, на моем лице отразилось удивление, потому что они оба ухмыльнулись.

— Э-э, н-е-е-т, — заикаясь, произнес я. — Нет, я не танцую.

— Какая жалость, — мечтательно сказал Адам.

Я допил пиво, продолжая смотреть через плечо на танцевавших мужчин. Они… завораживали.

Саймон откашлялся.

— Ну, и что привело тебя на Ки-Уэст?

Я вздохнул, а Адам протянул мне новую бутылку пива.

Я сделал глоток, глубоко вздохнул и рассказал. Рассказал всё.

Что моя жизнь в Далтоне превратилась в ад. Моя тихая, спокойная, скучная, «закрытая» жизнь перестала быть «закрытой».

Что из-за одного комментария разрушилось всё.

Ну, из-за комментария, пытливых умов и сарафанного радио, то есть Далтона. Тихие шепотки распространились как стихийный пожар, а маленький городок не мирился ни с тем, ни с другим.

Как-то мы с парнями выпивали в баре – мы всегда пили пиво после работы – и меня заметили два парня, с которыми я учился в старших классах. Пьяные придурки вели себя еще хуже, чем десять лет назад. Проходя мимо нашего столика, они заметили меня и засмеялись.

— Гляньте-ка, кухонная фея, — ляпнул один.

А второй его поправил:

— Ты хотел сказать, кухонный гомик.

Я высмеял этих деревенских неудачников, у которых уровень IQ не выше размера обуви, другие парни тоже засмеялись. А Род просто сидел и молчал.

— Заместитель начальника полиции Род Макки просто, блин, сидел и молчал.

— Кто такой Род? — задал вопрос Адам.

— Парень, с которым я встречался. Тайно. Два года.

— Два года? — переспросил Саймон. — И он промолчал?

Я покачал головой.

— Мы не афишировали отношения. Никто не знал, что мы геи, не говоря уж о том, что мы встречались.

Саймон и Адам вытаращили глаза.

Я снова вздохнул.

— В общем, мужчина, который должен был хоть что-то сказать, просто сидел и молчал... Ну да, он был в штатском, но все равно мог бы сделать замечание этим придуркам. А при погонах обязан был объявить выговор. — Я сделал очередной глоток пива. — Но не сумел. Во всяком случае, так он заявил. Ночью он позвонил сообщить, что все кончено. Сказал, что не может рисковать. Сказал, что, если бы устроил в баре скандал, это выглядело бы подозрительно.

Адам прищурился, а Саймон был вне себя.

— А другие парни?

— Джону и Дэнни показалось странным, что Род промолчал. Они ткнули его в это носом и спросили, не стал ли он слабаком, а он просто молчал. — Я покачал головой. — Он не знал, куда деть глаза, но на меня не смотрел вообще.

— Что случилось потом? — прошептал Адам.

— Они просто пялились на меня. Я пытался отмахнуться, сказав, что всегда выделялся в старшей школе, потому что никогда не играл в футбол. Я шеф-повар. И что с того, черт возьми?

— Ты шеф-повар? — спросил Саймон.

Я кивнул.

— Ага.

Взгляд Адама стал обеспокоенным.

— Что сделали те парни? Джон и Дэнни… они тебя обидели?

— Что? — «Обидели?» — Нет, ничего такого, — заверил я. — Они допили пиво и без слов ушли. По их глазам я понял, что они сложили два плюс два. У меня никогда не было девушки, я никогда не цеплял девушек… — Вспоминая, я медленно покачал головой. — И без того задержавшийся Род снял пальто со спинки стула и последовал за ними, а я обдумывал, что, черт возьми, только что произошло.

Я допил пиво.

— На следующий день я пошел в магазин забрать ежедневный заказ свежих продуктов, а мистер Брайант отказался обслуживать «такого человека».

— Такого человека? — повторил Саймон.

Я кивнул.

— Ну, то есть гея.

— О, боже, — прошептал Саймон.

Адам протянул мне еще одно пиво – уже третье – и я сделал глоток.

— Сказать, что я был в шоке, значит, ничего не сказать. Но в течение дня все пошло по наклонной. Люди отменяли бронь, а некоторые просто не появлялись.