Чтение онлайн

Мы, «сверхновые русские», скажем олигархам и new Russians: «Не бойтесь, это недорого. Всего 10–15 миллионов долларов. Но уж не обессудьте – столько-то процентов акций вы положите на бочку. Не хотите – ищите полтора миллиарда долларов на традиционный завод. А мы пойдем в „Лукойл“ и проведем сию операцию там. У вас две дороги: либо на кладбище, либо в загс. Выбирайте. Если хотите в загс, то делитесь. А на кладбище идите в одиночку!»

И этот принцип станет общим. Его можно применить в каждой отрасли. Тот, кто сконцентрирует в своих руках закрывающие технологии, кто сейчас профинансирует смелых ученых, станет богатейшим человеком и богатейшей компанией. Заодно такая группа возьмет под контроль ключевые отрасли экономики России.

Что мы получим, развив на руинах старой русской экономики мир закрывающих технологий?

Мы больше не будем зависеть от дымных громад из миллионов тонн бетона и стали. Огромные электростанции, колоннады нефтеперегонных заводов, башнеподобные нагромождения гигантов химии и металлургии сменят чистые, сверкающие, небольшие установки, которые дадут нам ровно столько же бензина, пластмассы или цемента, но при том гораздо дешевле.

Лишенные груза прошлого и корыстных интересов, прижатые к стене кризисом, мы породим действительно новую, экологически чистую техносферу, указав путь всему миру. Мы наживем громадные деньги на поставках всего этого в десятки других стран. Мы получим еще больше за счет взлета котировок наших акций на мировых рынках. Мы выведем человечество из тупика, куда оно зашло.

Заодно мы выйдем и из того национального тупика, в который угодила Россия, открыв свою экономику для всего мира. Дело в том, что из-за холодного климата и громадных расстояний все, что мы делаем в стране, выходит дороже, чем в остальном мире. Мы об этом не раз говорили в этой книге, а известный ныне Андрей Паршев посвятил сей проблеме целый фолиант – «Почему Россия не Америка?». А это значит, что при сохранении старых технологий страна неминуемо разорится в глобализированной экономике, скатится в дикость, в «мировые хутора». Без инвестиций все мало-мальски технически сложное у нас развалится. Этот процесс уже начался – с электроэнергетики. Да, пока мы еще продаем на мировом рынке наши газ, сталь или алюминий. Но делаем это лишь потому, что не вкладываем в поддержание и развитие предприятий, построенных еще в СССР, необходимых денег. Мы проедаем себя. Если же наши дельцы принялись бы за эти необходимые вложения, то и металл из России, и газ стали бы намного дороже и гораздо менее привлекательными для зарубежных покупателей.

Зато с помощью закрывающих технологий русские способны в несколько раз сбить себестоимость производства, восстановить конкурентоспособность экономики. Мы сбережем десятки миллионов тонн нефти, миллиарды киловатт-часов электричества, сэкономив невероятно много на освоении новых месторождений и строительстве силовых станций.

Мы найдем выход и еще из одного тупика. Сегодня многие из тех, кто в угарные 90-е годы вывез из России огромные деньги, хотят вернуть назад и выгодно вложить их дома. Они чувствуют, что на Западе земля под ногами начинает гореть, а запястья предчувствуют холодную сталь наручников.

Но куда вкладывать возвращенные деньги? Строить новые большие предприятия в такой неудобной и холодной России? Долго, дорого и низкорентабельно. Самые доходные куски схвачены чиновно-губернаторской мафией. Начинать какие-то новые производства? Нет никакой гарантии от того, что завтра в Москве не появится очередное правительство забубённых «либералов», которое снизит ввозные пошлины и забьет своих производителей потоком дешевого импорта. Или «комиссары в пыльных шлемах» вдруг решат вернуть все награбленное… Нет, не народу, а приватизированному этими комиссарами государству.

Но зато «возвращенцы» получат великолепные объекты для инвестиций, если в нашей стране возникнет созвездие проектов на основе закрывающих технологий. Проектов быстроприбыльных и крайне перспективных.

Наконец, волна высших технологий напрочь разрушит метагруппы Минус-цивилизации, выдернет из-под них основу их власти – трусливый, робкий «прогресс», резко динамизировав перемены в мире. Исчезнет, свернется, как дурной сон, созданный кощеями предсказуемый, хорошо управляемый мир с чудовищно дорогим развитием, с варварски плохой энергетикой, с засильем финансовых спекуляций.

Игра с этими технологиями в любом случае стоит свеч.

«Ну, хорошо!» – скажет закоренелый критик. – «Вы убедили меня в том, что чудесные технологии в России и мире есть. Я верю даже в то, что их авторов можно завлечь к нам, создав им в России землю обетованную. Но все-таки я никак не могу взять в толк, как вы намерены вести технологическую революцию, противодействуя этой силище, Сообществу Тени. Силами кого? На какие деньги? Вы хотите в самые ударные сроки включить в экономику десятки, а то и сотни невероятных технологий. Не надорветесь ли? Внедрение каждой технологии требует невероятных организационных усилий – ведь надо и производство отладить, и продвигать ее на рынок, и финансы предлагать. Нужна согласованная работа целой армии людей. Как быть со всем этим?»

Эти вопросы мы слышим постоянно. Ну что ж, придется отвечать прямо и без недомолвок.

Правда состоит в том, что сама по себе технологическая революция на наших принципах не свершится. Для этого нужна особая сила, субъект действия – сплоченное сообщество «революционеров». Сила, способная породить новый мир технологической революции так же, как масоны или большевики решали задачи революций политических. Мы видим только одну силу, способную перебороть Сообщество Тени: будущее русское Братство.

Теперь перейдем ко второму делу: где взять ресурсы – финансовые, кадровые и организационные? Тут у нас есть как бы два пласта решений. Первый – это то, что связано с деятельностью людей: с экономикой, организацией и политикой. А второй сопряжен с возможностью использования самих технологий для воплощения Нейромира, для развертывания таких пленительных возможностей.

Итак, первый пласт – уровень чудесной стратегии.

Второй – техномагия.

Начнем с первого пласта, читатель. Итак, для начала потребны люди, кто сможет довести технологические чудеса до «товарного вида», до стадии внедрения. Они должны сформировать спрос, построить сеть продаж и систему обслуживания наших чудес после продажи. Словом, здесь мы видим все то же, что и во всяком ином нормальном бизнесе.

Кто может это сделать? Вряд ли такая задача по плечу последним «динозаврам» русского индустриального строя. Нынешнее государство в этом смысле безнадежно. Клинически безнадежно. Не справится с такой задачей и малый бизнес. Он, конечно, еще способен на энтузиазме и фанатизме превращать изобретения в ноу-хау или в опытный образец. Но не более того! Значит, нужен кто-то другой. И этот «другой» уже появился на горизонте. Речь идет о небольших и средних компаниях, которых Неклесса назвал «амбициозными корпорациями», а Иноземцев – «креативными бизнес-группами». Именно они, обладая слаженными и умелыми командами, опытом и безганичной верой в самих себя, станут штурмовыми отрядами Русского чуда. Именно с ними связаны главные надежды на прорыв в Нейромир. Им предстоит пройти путь от небольших, динамичных, агрессивно развивающихся фирм до всемирно известных корпоративных сетей холдингов.

Но этого еще мало. Помимо «штурмовых отрядов», нужны еще и финансы, система продажи и послепродажного сервиса. Именно на долю этих издержек приходится иной раз до половины всех затрат в высокотехнологичном бизнесе. Как где же добыть деньги на десятки и сотни прорывных технологий? Ибо без денег все наши мечтания превратятся в очередную маниловщину.

Средства есть! Деньги для старта сверхновой русской экономики совсем не обязательно надо выдирать у скаредного государства, их не надо отбирать силой у олигархов-трофейщиков. Нет, их можно взять там, где финансов – море бездонное. На Западе. Если в России идей и технологий много, а денег – кот наплакал, то на Западе все наоборот. Им деньги девать некуда, а на идеи – острый дефицит. Нам нужно смело идти на мировой финансовый рынок, в его фондовую часть. Ведь там денег втрое больше, чем тех долларов, евро, йен и т. д., которые обслуживают производство и торговлю. Просто нужно научиться брать деньги из этого неисчерпаемого колодца. А для того, чтобы дать зажигание на первую ступень «ракеты» Нейромира, всего-то и нужно, что полтора-два миллиарда долларов. Максимум один процент от всего мирового рынка! Неужели мы не придумаем, как его взять? Поговорим на сей счет с одним из транснациональных русских, Олегом Батраченко. С тем, кто умеет выводить на американский фондовый рынок акции русских предприятий, утраивая их стоимость.