Третий пророк
Шрифт:
– Ты всегда найдешь себе оправдание, – с осуждением в голосе сказал Андрей, и, не дождавшись ответа Астории, отвернулся и подошел к дивану, где лежал Марк.
А Астория так и осталась стоять посреди комнаты, чувствуя досаду и обиду.
Где-то через час манипуляции с телом и эмоциями Марка закончились. Уставшие и сонные все потащились на кухню. Даже Маша и Вера, которые презирали сигареты, потянулись к пачке, которую Астория положила посреди кухонного стола. Забирающая боль затянулась, выпустила струйку дыма и, взглянув прямо в глаза Астории, недобро сказала:
– Ты жестока, но тебя оправдывает лишь то, что твои методы работают.
Астория презрительно хмыкнула.
– Только что-то меня редко благодарят. Что, Маша, не хочешь сказать мне спасибо?
Маша еле сдержалась, чтобы не ударить забирающую души.
В разговор вмешался Андрей.
– Нам действительно стоит поблагодарить Асторию. Без нее у нас ушло бы на это гораздо больше времени.
– Она твой друг, Андрей, – фыркнула Маша. – Не удивительно, что ты на ее стороне. Но разве применение физической силы к человеку в горе и создание у него глупых иллюзий не жестокость? Что скажешь, Андрей?
– Но без Астории мы действительно… – пикнула было Вера, но Маша на нее грубо рявкнула.
– Заткнись! – забирающая боль вновь посмотрела на Андрея. – Так что скажешь, управляющий движением?
Сейчас Андрею очень хотелось воспользоваться методом Астории и просто в открытую, без всяких зазрений совести, нахамить. Если бы это была не Маша. После войны между одаренными возникло негласное соглашение никогда не грубить Маше. Тогда это казалось логичным. Сейчас уже пора было прекратить жалеть ее, но все так привыкли это делать, что по-другому у них не получалось общаться с ней.
– Все это уже неважно, – заявил Андрей. – Марк успокоился и заснул. Это наша общая заслуга. И обвинять кого-то в жестокости, Маша, бессмысленно. По крайней мере, потому, что твои действия тоже в определенном смысле можно расценить как жестокие.
Продолжать спор Маша не стала только потому, что знала, Андрей не из тех, кто будет подливать масла в огонь, он скорей засыплет его песком.
– Уже светает, – взглянув в окно, констатировал Андрей. – Думаю, нам всем пора по домам.
– Я останусь, – негромко произнесла Астория.
Все посмотрели на девушку. Да, Астория имела склонность к жертвенности, только совсем другого рода. Она из тех, кто предпочитает действовать ради благого дела, а не сидеть у постели. Маша попыталась опять возразить, но Андрей остановил ее, мол, пускай остается, если хочет.
– Не волнуйтесь, – уверила их Астория. – Ничего я не сделаю с Марком. Я просто дождусь, пока он проснется, и удостоверюсь, что с ним все в порядке. Если что, я вам всем позвоню.
Когда Андрей, Маша, Вера и Вадим ушли, Астория вернулась в гостиную, встала напротив Марка. Пророк лежал на спине, широко раскинув руки и громко сопел. Астория нежно улыбнулась.
Она понимала, что только Андрей догадался, что осталась она в квартире Марка из самых эгоистичных соображений. Всегда, с тех самых пор, когда она узнала о даре провидения и познакомилась с американским пророком Робертом, Астория мечтала испытать его на себе. Ей было интересно узнать, как это, когда приходят видения из будущего.
Нет, Астория не собиралась убивать Марка. Она слишком уважала пророка, чтобы сделать с ним такое. К тому же было бесчестно забрать душу провидца, воспользовавшись его бессознательным состоянием.
Астория легла на пол рядом с диваном. Протянула свою руку к свисающей с дивана руке Марка. Их пальцы сплелись. Астория закрыла глаза и сосредоточилась. Она чувствовала, как ее сердце от волнения было готово выпрыгнуть из груди. Сделав глубокий вдох, девушка стала тянуть душу из тела пророка. Ее кисть обожгло изнутри: душа Марка оказалась на удивление горячей. Точнее, Астория это поймет чуть позже, разгоряченной.
Тепло души Марка заполняло все тело девушки. И тут пришло первое видение. Оно накатилось, как морская волна. У Астории даже перехватило дыхание.
Из темноты выступили три тени. Они стояли треугольником, повернувшись друг к другу спинами. Астория откуда-то знала, что эти трое как-то связаны. Не успела девушка даже задаться вопросом, кто, собственно, стоит перед ней, как видение швырнуло ее прямиком к одной из теней. Тень обрела лицо, имя, жизнь, чувства. Астория хотела бы полностью погрузиться в открывающееся ей, однако теплая ладонь Марка напоминала ей о том, что душу пророка нужно все-таки вернуть. Усилием воли Астория заставила видение прекратиться. Она даже вскрикнула, когда душа Марка, уже было расползшаяся по всему ее телу, вновь собралась в маленький обжигающий комок и вернулась к владельцу.
Пророк сделал один глубокий вдох и дальше стал дышать размеренно и спокойно, как любой мирно спящий человек. Астория отпустила руку Марка. Ее всю трясло, и девушка не очень понимала от чего. Ей не было страшно, не породило видение и какого-то пламенного любопытства. Дар Марка оставил забирающую души немного неудовлетворенной. Одни вопросы и никаких ответов. И как Марк вообще научился интерпретировать свои видения?
Астория вернулась на кухню и без перерыва курила почти до самого утра. Она пыталась понять, нужно ли ей как-то осмыслить увиденное или же наоборот просто забыть. Так ничего толком не решив, Астория уехала до того, как Марк проснулся. Она была не в том состоянии, чтобы вести с пророком даже самые простые и незамысловатые разговоры.
4
Телефон призывно звонил и словно требовал, чтобы кто-то взял трубку. Марк, ожидавший своего партнера в пустынной приемной, косо поглядывал на аппарат. Иногда телефон замолкал на несколько секунд, чтобы уже буквально через мгновенье снова начинал звонить с удвоенной силой. Наконец Марк не выдержал, встал с дивана и поднял трубку, намереваясь сказать настырному абоненту, что сейчас здесь никто не может с ним разговаривать. Каково же было удивление пророка, когда оказалось, что дозвониться хотели именно до него.
– Здравствуй, Марк. Я знал, что ты ответишь.
– Роберт? – спросил Марк, не веря тому, что с ним хочет поговорить его заокеанский коллега. – Это ты?
– Да, Марк, это я. Не хотел тебя удивлять, я в курсе, что у тебя в последнее время проблемы с видениями, однако я должен сказать тебе кое-что очень важное. Я скажу это сегодня, потому что завтра будет уже поздно.
– Почему? Что случится? – встревожено спросил Марк.
– Катастрофа случится завтра. Это та катастрофа, из-за которой вернулась Астория. Завтра все изменится.