Третий звонок
Шрифт:
После нашей работы длиной в несколько месяцев Юля четко поняла: ей нужно возвращать себе отобранную мужем инициативу и начинать самостоятельно принимать решения в своей жизни. Она сумела правильно донести все это до мужа и обговорить их дальнейшие совместные планы, принимая в этом полноправное участие.
Сейчас у Юли все хорошо, она учится в институте, уже на втором курсе.
Недавно родила прекрасную дочку, но не хочет брать академический отпуск, чтобы не пропускать целый учебный год. Тем более, есть возможность взять няню, а бабушки с удовольствием готовы помогать молодой и счастливой маме.
А встречались ли вам истеричные мужчины? Которые, если вдруг что-то пошло не по его плану, начинают истерить, топать ногами, краснеют, потеют. Всерьез начинаешь опасаться, что твоего собеседника сейчас хватит инсульт.
Это тоже частичное использование детских стратегий во взрослой жизни.
В большинстве случаев такие мужчины происходят из семей с гиперопекающей матерью. И если ребенок не потерял волю в раннем детстве и решил все-таки бороться за свои права, то скорее всего достигнуть желаемого он сможет лишь благодаря сильной истерике. Причем такой, чтобы захлебываться слезами, дрожать всем телом, падать и биться в судорогах. Иначе не поможет, и мама не разрешит смотреть телевизор, или съесть еще один гамбургер, или выйти с ребятами погулять на улицу, несмотря на снегопад.
Только сильнейшая истерика давала результат: мать сдавалась, переживая, что истерика нанесет его нервной системе больший вред, чем плохая погода или неполезная еда.
Потом мальчик вырастает, но модель поведения остается у него заложенной на бессознательном уровне. В рабочем коллективе он еще может как-то сдержаться – там чужие люди: им, в лучшем случае, безразлично, а в худшем, могут и уволить. А вот дома с женой сразу включается детский сценарий – только в роли мамы теперь жена. Порой в этом сценарии задействуются и дети.
Плакать выглядит как-то не очень серьезно и не хочется, а вот топать ногами, кричать, задыхаться от гнева – то, что надо. Большинство людей тяжело воспринимает чужие истерики, особенно если разыгрывается настоящая драма –предпочитают пойти на уступки, лишь бы это поскорее закончилось.
Именно такое и нужно мужчинам подобного типа. Главное для них – получить желаемое, причем абсолютно неважно, какими путями.
Главное, чтобы мама-жена отпустила или разрешила, а для этого можно пойти на все.
И самое интересное, что все эти истерики закатываются по одному и тому же детскому сценарию. В большинстве случаев это происходит непроизвольно. Мужчина не планирует заранее, что он сейчас вернется домой и на пятой минуте начнет кричать. Все происходит само собой, но практически всегда дает результат. А если вдруг нет результата с первого раза, значит, он будет со второго, третьего, пятого, десятого…
Ну и конечно, как в любом хорошем сценарии, в нашем сценарии жизни существуют определенные сценарные процессы.
Эрик Берн (1910–1970) – выдающийся американский психолог и психиатр, разработчик трансакционного анализа и сценарного анализа, предложил следующие сценарные процессы:
I’m not OK, you’re OK – Я не в порядке, ты в порядке.
В этом сценарии человек считает себя недостойным, неспособным, а других – более компетентными и успешными. Такой человек будет жить, исходя из депрессивной позиции, чувствуя себя при этом намного ниже других. Он будет постоянно зависеть от одобрения других людей и будет уверен, что самостоятельно он ничего не сможет добиться.
Случай из практики. Тамара, 38 лет, не замужем, детей нет.
Тамара считает себя некрасивой, неумной, недостойной внимания и любви, потому что ничего особенного собой не представляет. Работает в магазине и считает это очень унизительным.
Разве нормальный мужчина знакомится с продавщицей в магазине? А какой-то голодранец-алкоголик мне не нужен – ее ответ на вопрос о семейном положении.
Учиться никуда не пошла, потому что мозгов нет, школу еле закончила – дословно от Тамары.
На мой вопрос, с какой проблемой или запросом она пришла, Тамара долго молчала, а потом, опустив глаза, сказала: «Может, стоит попробовать что-то изменить? Хотя, конечно, шансов наверняка нет…»
Почему Тамара так убеждена, что она не достойна ничего?
Семейный сценарий. Мама всегда говорила, что они безграмотные и бедные, не то, что Таня, Маша, Наташа, Алевтина и еще десяток неизвестных маленькой Томе имен. Но все эти мифические женщины были красивы, образованы, умны и поэтому удачно вышли замуж.
Мама любила повторять: деревенские мы, что от нас ждать. Вот если бы родились мы в другой семье, то все могло бы быть по-другому, а так…
И когда маленькая Тома старательно делала школьное домашнее задание, мать всегда повторяла ей: гены у нас глупые, учись не учись, все равно ничего не будет. Вон, бабка у нас было поломойка со стажем, в больнице ее любили, добрая была и ответственная. А еще работу свою любила. И всех больных. Относилась к ним, как к родным детям. Предлагали ей там пойти на медсестру выучиться, да разве возможно -то? Образование 5 классов сельской школы. А потом родители заболели, нужно было за хозяйством следить, да родителей выхаживать, за братьями ухаживать, разве до учебы было? Читать и писать научилась, и на том спасибо. Остальное никому не нужно.
«Ну а разве у поломойки могут быть умные дети?» – искренне интересовалась мать Тамары. И тут же сама себе отвечала: «Конечно нет, гены не водица, их разбавить невозможно. То, что природа дала, так тому и быть. И ты, Томка, не пытайся выше головы своей прыгнуть, расшибёшься, только силы зря потратишь. Кто-то рождается врачом, а кто-то дворником, у каждого своя судьба. И деньги на одежду не надо тратить, все равно некрасивая и никто не позарится, лучше уже что-то вкусненькое купить и съесть с удовольствием».
Словом, Тамара выросла с полным убеждением собственной ничтожности.
Это убеждение ей вкладывали с рождения. Если вначале Тамара как-то пыталась сопротивляться и возражать, то со временем смирилась и поняла, что так даже проще: не нужно стараться и тратить силы, все равно ничего не получится.
I’m not OK, You’re not OK – Я не в порядке, ты не в порядке.
Это самый бесплодный сценарий, в котором человек считает, что весь мир и люди в нем плохи, как, впрочем, и он сам. Все несовершенно и недостойно внимания. Это приводит к апатии, чувству отчужденности и постоянным конфликтам в отношениях.