Чтение онлайн

Боже, какой кошмар!

А ведь я все еще помню его безумно горящие глаза. Помню, как странно он смотрел на меня в тот день, видимо, силясь поверить в эту дикую правду. В Валлионе так искренне считали, что женщина не способна выполнять мужскую работу, что такой очевидный (как мне казалось) ответ на все его многочисленные вопросы даже не пришел им с да Миро в головы! Эти проклятые стереотипы... дурацкая инертность мышления... от него не застрахованы даже лучшие из людей... я в свое время тоже долго не могла поверить, что глава Церкви может оказаться Темным Жрецом. А Эннар Второй, кажется, с трудом допускал мысль о том, что Гай и Гайдэ... блиставшая на балах леди и наглый, бесцеремонный Фантом - это одно и то же лицо. И только когда я сказала то, что никто, кроме Гайдэ, знать не мог, у него появились сомнения. А когда мгновением позже я это подтвердила... то все странности тут же встали на свои места. Мои маски. Мои братья. Скароны, Владыки, хварды и миррэ. Мои хулиганства в Долине. Серые коты и их Горы. И, особенно, тот неопровержимый факт, что Гай и Гайдэ ВСЕГДА появлялись на людях по отдельности. И НИКОГДА их не видели вместе. Просто потому, что за этими двумя масками скрывался один единственный человек. Тот самый, которого он и любил, и, кажется, ненавидел одновременно. Которого уважал и, вместе с тем, презирал за обман. Которому был безмерно обязан и которого при этом никак не мог простить... всего один. Вернее, одна. Невезучая дуреха, у которой не хватило ума вовремя это понять.

– О боже...
– простонала я, в ужасе закрывая глаза.
– Надо было раньше догадаться, что значило это глухое молчание... надо было подумать, проверить... но мне казалось, ему стало плохо оттого, что выяснилось, где и как на самом деле погибли его родители... я думала... ЛИН! Господи, что же мне теперь делать?!

На моих глазах буквально вскипели злые слезы. В груди что-то болезненно сжалось и требовательно заныло. Мне стало так худо, что это просто невозможно описать. Хотелось просто лечь и умереть, чтобы избавиться от грызущего чувства вины. А когда я некстати вспомнила, что испытывал в нашу последнюю встречу Эннар Второй, то чуть не взвыла в голос. Конечно, я не хотела оставаться рядом с ним, когда его буквально надвое разрывала та же боль, что терзала сейчас и мою душу. Конечно, я не хотела снова оказаться на ее острие, при этом четко понимая, что сама во всем виновата. Конечно, я сбежала, страшась снова испытать жуткое чувство разрастающейся в груди пустоты. И, конечно же, поспешно отвернулась от старого, наполовину зарытого в прошлое бункера, в котором тихо умирала моя несчастная любовь.

– Иди к нему, - мягко улыбнулся Лин, заставив меня отнять руки и посмотреть на него заплаканными глазами.
– Иди. Не думаю, что он откажется тебя увидеть.

– Но КАК?! После всего, что было?! Думаешь, он станет меня слушать?!

– Вчера же стал. Значит, все еще ждет. Надеется. Верит. И тебе пора бы поверить... если не себе, то хотя бы ему. Или ты хочешь всю оставшуюся жизнь сожалеть о том, чего НЕ сделала? Решила вдруг сдаться после того, через что УЖЕ прошла?

Я тихо шмыгнула носом, торопливо мотая головой и неловко утирая упрямо набегающие слезы. Затем неохотно позволила себя поднять. С тревогой заглянула в лучащиеся нежностью глаза друга. Но потом неожиданно почувствовала его молчаливую поддержку и слабо улыбнулась.

– Ты прав: я не люблю сдаваться. Так что, наверное, надо попробовать все исправить? А то что ж я за Ишта такая, если не умею доводить свои дела до конца?

– Молодец, - беззвучно прошептал Лин, обнимая меня выпроставшимися из пустоты крыльями.
– Вот теперь я верю, что Лойн не зря тебя выбрал в качестве Хозяйки этого мира...

Когда я вошла, в кабинете по-прежнему было темно, из-за чего я на мгновение испугалась, что никого не застала, и скоро мне придется бледным приведением метаться по запутанным коридорам замка, чтобы отыскать там нужного человека. Однако чуть позже стало ясно, что Лин не промахнулся с порталом и не ошибся окном: свет там все-таки горел - слабый, почти незаметный свет от едва теплящейся свечи, который чуть не ввел меня в заблуждение.

Бесшумно отойдя от раскрытой настежь балконной двери, я неуверенно остановилась на пороге знакомого кабинета и беспокойно огляделась. Но Эннара Второго увидела далеко не сразу. А когда отыскала почти сливающуюся с темнотой мрачную, массивную фигуру, занявшую удобное кресла у камина и немигающе смотрящую на огонь, облегченно вздохнула и, мысленно перекрестившись, с замиранием сердца вошла.

Сгустившую тишину разорвал легкий цокот каблуков.

Я вздрогнула всем телом и ошарашенно перевела взгляд на свои сапоги: что за шутки? Откуда взялись туфли, когда я совершенно точно помню, что уже с полгода их не надевала?! Уходили мы из Харона в том, в чем были: Лин - в своем щегольском костюме, я - в штанах и куртке... ах ты ж... ЛИН!!

Я беззвучно ругнулась, обнаружив на себе вместо привычной одежды нежнейшую ткань вечернего платья. Неверяще перебрала белоснежные складки. Совершенно нелепо подняла руки, чтобы убедиться в том, что длинные, абсолютно нефункциональные, но зато безумно красивые рукава мне не примерещились. Наконец, осторожно пощупала невесть откуда взявшуюся прическу. Тихо ругнулась снова, выразительно погрозив пустоте кулаком. Но потом пришла к выводу, что хуже быть все равно не может, и, резко выпрямившись, аккуратно постучала по косяку костяшками пальцев.

Дескать, тук-тук. Кто-нибудь дома есть?

– Я велел меня не беспокоить!
– с неподдельной яростью прорычали из кресла, и в мою сторону с огромной скоростью полетела полупустая бутылка.
– Вон отсюда! И чтоб я больше никого здесь не видел!

Пролетев несколько метров, бедная посудила с жалобным звоном ударилась в стену. Что-то шумно плеснуло. На безупречно белой стене появилось безобразное пятно, а на пол посыпались многочисленные осколки, едва не испортив мои новые туфли.

По комнате поплыл густой аромат хорошего вина.

Неловко помявшись, я неуверенно кашлянула.

– Простите, Ваше Величество... надеюсь, ко мне ваш приказ не относится?

– Гайдэ?!
– Эннар Второй в мгновение ока оказался на ногах. На этот раз - тщательно одетый, застегнутый на все пуговицы, аккуратный, подтянутый и собранный, как обычно.
– Как ты... откуда... нет! Конечно, не относится! Что ты тут делаешь?!

Я неловко улыбнулась, когда он порывисто качнулся навстречу, но почти сразу, словно вспомнив последствия прошлой попытки, спохватился и нерешительно застыл возле кресла, растерянно и, вместе с тем, с безумной надеждой изучая мое виноватое лицо.

– Мне показалось, мы не закончили разговор, сир, - сказала я, остановившись в дверях.
– Но я подумала, его не стоило продолжать в таком неказистом виде. Все-таки время Фантома прошло. Настала пора вернуться леди. Поэтому я переоделась и прошу у вас прощения за эту... досадную задержку.

Его Величество странно промолчал. Но сейчас мне, по крайней мере, уже не было больно. А ему, судя по всему, стало намного легче. Правда, от обоюдной тревоги это никак не спасало, но все равно - наш разговор начинался гораздо лучше, чем предыдущий.

– У меня возникло несколько вопросов, сир, - глубоко вздохнула я, рискнув посмотреть ему в глаза.
– Вы позволите их задать?

Король странно дрогнул и, стремительно вернув на лицо знакомое до боли бесстрастное выражение, настороженно кивнул.

– Конечно. Что ты хочешь узнать?

– В какой момент вы начали подозревать, что ал-тар - не тот, за кого себя выдает?

У Его Величества нервно дернулась щека.

– К сожалению, слишком поздно. Когда Фаэс передал, что он использовал против тебя Дабараэ.

– Вы говорите о том, что случилось во Дворце Четырех Владык?

Он едва заметно вздрогнул.

– Ты уже знаешь?

– Лин просветил, - бледно улыбнулась я, почему-то боясь, что на этом все и закончится.
– Но тогда в это трудно было поверить, потому что у господина Георса имелись очень веские доказательства, а его личина... надо признать, была почти совершенна.

– Это моя ошибка, - глухо уронил король, сжав кулаки.
– Не надо было поддаваться на уговоры. И верить ему, не поговорив с тобой, тоже не стоило. Но запись...