Чтение онлайн

Несколько секунд его глаза привыкали к игре бликов и красок, вспыхивавших то там, то здесь, но всем телом он почувствовал, что перемещается вперёд и вверх, как на эскалаторе. Что-то мягкое и зыбкое окутало его и не давало рассмотреть подробности. Абрахамс попытался остановиться, ухватиться за что-нибудь, но его окружала лишь пустота, заполненная разноцветным туманом. Он перестал сопротивляться и сразу почувствовал облегчение: появилось ощущение полёта, парения. Он проплывал над зеленовато-синим океаном, проносился стрелой над роскошными долинами, покрытыми яркой зеленью трав, взмывал на уровень высоченных, покрытых снегом и льдом гор и спускался к самому дну таинственных ущелий. Дремучие леса, голубые капельки озёр, брызжущие изумрудом луга, моря и океаны с белыми бороздами волн, казалось, были полны жизни, и единственным отсутствующим элементом в этой гармоничной идиллии природы был человек. Рождалось ощущение, что всё вокруг только и ждёт его, Роберта Абрахамса, как спящая красавица своего принца. Незнакомый, но приятный аромат наполнял лёгкие, ему стало светло и радостно, хотелось петь и улыбаться. Таким он и вышел из куба – с улыбкой на губах и со свёрнутой в цилиндрик бумагой в руке.

Но не успел Боб сделать и пары шагов, как услышал рёв мотоциклов. Через пару секунд мужчина был окружён ревущими моторами. «Патриотисты!» – мелькнуло в его голове. Их трудно было не узнать: зелёные рубашки, коричневые кожаные штаны, голубые каски.

– Ну ты, подонок!.. Подойди сюда! – крикнул один с едва пробивающимися усиками.

– Я тебе в отцы гожусь, – буркнул Роберт, но подошёл. Ссориться с ними было опасно.

– Ты чего туда лазил, предатель? Улизнуть хочешь?

– А что, нельзя?

– Ты мне тут дуриком не прикидывайся! Ещё раз сунешься – башку свернём!

– Слушай ты, полегче… Я таких как клопов давил! – возмутился Абрахамс, но резкий удар по затылку опрокинул его на землю. Боб потерял сознание.

Очнулся он минут через десять. От едкого дыма щипало в горле, глаза слезились. Абрахамс закашлялся, с трудом поднялся и, шатаясь из стороны в сторону, отошёл в безопасное место. Красный куб, подожжённый патриотистами, уже начал обугливаться и нещадно чадил, постепенно съёживаясь и опадая, как проколотый воздушный шарик. Через пару минут всё было кончено. На месте сооружения чернела оплавленная трава, и лишь островки продолжавшей тлеть красной пены напоминали о происшедшем. «Будь оно всё проклято!» – выругался про себя Боб и пошёл домой.

На следующее утро на месте сгоревшего появился новенький, точно такой же куб и призывно засиял алым цветом…

«Движение “патриотистов”, как и любое экстремистское движение, действия которого не приносят ожидаемого результата, стало постепенно угасать. Их двухмесячная борьба с красными кубиками оказалась тщетной. Бессмысленно бороться с природным любопытством людей, которых словно магнитом влечёт к таинственным сооружениям! Для многих они стали чем-то вроде транквилизаторов. Действительно, после посещения кабинок заметно улучшается настроение. Визиты вошли в привычку, как чашечка утреннего кофе или вечерняя кружка пива. Что-то происходит с людьми, пока они находятся внутри этих сооружений. Дают ли они целебный эффект или это просто сила самовнушения – трудно сказать, но посещения приносят ощутимые плоды: уменьшилось количество самоубийств, снизилась преступность, практически прекратились грабежи и разбои. Хотя последнее может быть связано и с тем, что больше нечего грабить. После полугодового бездействия даже самые неприкосновенные запасы практически исчерпаны… Угроза голодной и холодной смерти заставила многих очнуться от оцепенения. Стали появляться начатки новых сообществ, основанных на простом обмене продуктами и трудом. Деньги вышли из оборота, золото и драгоценные камни утратили свою ценность, зато особую значимость получило то, что удовлетворяет ежедневные потребности людей. По счастливой случайности (или в силу привычки трудиться, когда хочешь отвлечься от тяжких мыслей) урожай этого года не погиб, а был собран и сохранён. Фермеры и крестьяне в который раз в истории дали шанс на спасение человечества. Благодаря экономистам, журналистам и компьютерщикам продовольственные запасы всех стран были измерены, оценены и распределены согласно количеству населения. Как ни странно, большинство людей вдруг стало прислушиваться к голосу разума и советам специалистов. С помощью интернета стало возможным глобальное согласование действий и усилий многих стран, что стало давать свои результаты. Конечно, о прежнем изобилии не идёт речи, но каждый человек уверен, что не умрёт с голоду, что на Земле достаточно еды, чтобы накормить всех. И это придаёт силы! Стали открываться хлебопекарни, ремесленные цеха и маленькие предприятия, производящие самое необходимое, – благо сохранилось электричество. Ветряные, солнечные и гидроэлектростанции, атомные реакторы, которые по какой-то причине не были дезактивированы пришельцами, находятся на таком уровне технологического развития, что могут работать в автономном режиме. Поскольку крупные заводы и фабрики бездействуют, электроэнергии хватает для первоочередных нужд людей.

Наша цивилизация стала возрождаться из пепла. Мы ещё на коленях, но мы можем подняться, чтобы хотя бы умереть стоя!»

Андрю Виндзор перечитал черновик своей статьи для интернета и выругался:

– Чёрт! Ахинея какая-то! Я чуть ли не пою дифирамбы этим инопланетным сволочам! Не пойдёт.

Выделив файл с текстом, он нажал кнопку удаления. На экране появилось знакомое предупреждение: «Вы уверены, что хотите стереть файл?» Андрю на секунду задумался, а потом, сам не зная зачем, нажал «Нет» и сохранил документ в папке «Черновики». Спустившись в гостиную, Андрю увидел своего сына. Тот лежал на диване и что-то рассматривал. Отец налил себе чашечку кофе и спросил:

– Тебе налить?

– Нет, спасибо, папа. Могу я узнать у тебя кое-что?

– Конечно!

– Что ты думаешь о Весте?

– О Весте?

– Ну да, о Новой Земле.

– А почему ты называешь её Веста?

– Не знаю. Так, в голову пришло. Ведь Веста это какая-то греческая богиня?

– Не совсем богиня – покровительница домашнего очага. Ты знаешь, твоё название мне нравится. Веста… Вестяне. Неплохо звучит! Так что ты хотел спросить?

– Понимаешь, я не знаю, как это выразить… Ты думаешь, я предатель?

– Почему вдруг?

– У меня такое чувство, будто я предаю что-то или кого-то. Наверно, это грех думать о другой планете, живя на своей?

– А что, она тебе нравится?

– А кому она может не нравиться? Что ты об этом думаешь? – Сын помахал свёрнутым рулончиком.

– Что это?

– Ты что, ещё не заходил в красный куб?

– Нет.

– Слушай, па, ну ты даёшь… А ещё историк! Все уже там побывали по многу раз. Это оттуда. Смотри.

Адриан развернул свиток перед отцом, и его глазам предстала живая панорама удивительной планеты. Андрю всматривался в картину и не мог оторваться.

– А если вот тут нажать, то последние новости передают, – вставил Адриан и ткнул пальцем в какой-то едва заметный выступ справа. Из свитка раздался мелодичный голос: «Здравствуй, землянин! Мы постоянно следим за условиями жизни на вашей планете и просим людей, населяющих прибрежные районы Японии, особенно города Осака и Йокогама, переехать в ближайший месяц в другие города. Мы ожидаем увеличение уровня вод и затопление ряда участков этой местности. Это касается и других территорий земного шара, где уровень суши ниже уровня моря. Как мы уже сообщали, согласно расписанию, переселение начнётся в ближайший месяц. В первую очередь это актуально для районов, особо опасных для дальнейшего проживания. Добро пожаловать в будущее! Как вы уже знаете…»

Отец резко поднялся с дивана.

– Хватит! Чёрт, не знал, что это так серьёзно! Мне всё казалось, что ещё есть время. Надо позвонить знакомым. – И он направился к лестнице.

– Пап, ты не ответил на мой вопрос…

– Вопрос? Ах да… Ты знаешь, сын, я не думаю, что это можно назвать предательством. Люди всегда переезжали с места на место, занимая новые земли и материки. При этом у них всегда было ощущение потери, отрыва от чего-то родного, привычного. Но в этом и есть человек. Он будет мучиться, страдать, но идти вперёд. Так мы устроены. Ведь ты сам назвал её Новой Землёй. Она и будет новой… Только вот один вопрос остаётся нерешённым, а ответ на него необходим…

– Какой вопрос, отец?

– Можно ли доверять инопланетянам?

Андрю поднялся к себе в кабинет и снова сел за компьютер. Секунду поколебавшись, он открыл папку «Черновики», нашёл сохранённый файл и продолжил: «Что же ожидать человечеству на Весте, как назвал новую планету мой сын…»

Напряжённую тишину прервала механическая кукушка. Откуковав положенное, фигурка скрылась в глубине часов, и дверка с шумом захлопнулась. «Уже восемь», – отметил про себя Володя, стараясь прожевать жилистый кусок отбивной. Таня сидела рядом потупив взор. После того как они выпалили вслух о своём желании, все молчали уже несколько минут.

– Отцовские. Таниного деда ещё часики, – заметив взгляд Володи, проговорил наконец Николай Алексеевич, полный, обрюзгший от долгой болезни мужчина. Его бледно-голубые, словно выцветшие с годами глаза из-под пышных, кустистых бровей внимательно рассматривали Волкова. Он жил у них уже почти полгода и вёл себя безукоризненно. Но одно дело гость, а другое… «А мать-то как волнуется, будто самой замуж… Что ж, парень вроде неплохой. Рано или поздно это должно было случиться…» Он взглянул на дочь. Та нервно заплетала в косичку бахрому скатерти, но щёки заливал румянец, как всегда бывало, когда она волновалась. Боже мой, Танька уже совсем взрослая! И когда это она успела?