Чтение онлайн

Когда наши пехотинцы ворвались в северо-восточную часть города, мы поддерживали их с воздуха. Гитлеровцы не давали возможности нашей пехоте воспользоваться переправой. Перед нами поставили сложную задачу: малейшей отклонение от цели — и мы ударили бы по своим. Нам дали ориентир — белую церковь. Я повел шестерку на большой высоте. Подойдя к цели, внезапно начал пикировать. За мной в крутое пике устремились ведомые. Мы уничтожили много техники немецко-фашистских захватчиков, разрушили их укрепления". [84]

Генерал П. Ф. Папивин, будучи заместителем командующего 3 ВА, в марте 1943 г., когда шли бои за Ржев, находился на КП стрелковой дивизии, наступавшей на сильно укрепленный опорный пункт противника. На помощь пехотинцам он вызвал группу штурмовиков. Возглавил шестерку «ильюшиных» заместитель командира эскадрильи 685 шап старший лейтенант К. X. Агрба. Генерал Папивин наблюдал, как слаженно действовали штурмовики. Фашисты вели зенитный огонь по самолетам, но командир уводил группу из-под обстрела, продолжая поражать из пушек и пулеметов солдат и технику противника. Поставленная перед группой штурмовиков задача была выполнена. Когда летчики под командованием старшего лейтенанта Агрба вернулись на свой аэродром, в штаб полка пришла телеграмма: "Ставлю в пример всем командирам частей и подразделений успешную атаку группы старшего лейтенанта К. X. Агрба, как образец отличного взаимодействия с наземными войсками. От имени Президиума Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевого задания на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленную при этом доблесть и мужество награждаю орденом Александра Невского старшего лейтенанта Агрба Кизима Хотхотовича. Н. Папивин". [85]

Преследуя противника, Калининский и Западный фронты продвинулись вперед на 100 — 120 км, разгромили ржевско-вяземский плацдарм группы армий «Центр», вышли на дальние подступы к древнему русскому городу Смоленску.

После этого Калининский и Западный фронты стали накапливать силы, готовясь к новым сражениям. Авиационные части и соединения пополнялись самолетами с высокими тактико-техническими данными, выпуск которых промышленность увеличивала с каждым месяцем.

В начале марта 1943 г. командир 2-го штурмового авиакорпуса полковник В. В. Степичев поставил перед командирами дивизий и полков, политорганами задачу: в самые сжатые сроки ввести в строй молодых летчиков, прибывших на пополнение боевых частей. Им необходимо было привить такие качества, какие требуются в боевой обстановке. На это, подчеркивал командир корпуса, должно быть направлено и практическое обучение летного состава действиям в воздухе, и партийно-политическая работа.

В 231 шад 2 шак была создана тренировочная группа из летчиков-штурмовиков, уже совершивших десятки вылетов на боевые задания.

Политотдел корпуса направил в эту группу опытных политработников. Были созданы партийная и комсомольская организации. Вскоре состоялось совместное собрание с повесткой дня: "Задачи партийной и комсомольской организаций по вводу в строй молодого летного состава". С молодыми летчиками проводились беседы о дисциплине полета, тактике штурмовиков на поле боя, их действиях при отражении налетов вражеской авиации, о героизме летчиков и боевых традициях корпуса. Большое внимание обращалось на умелую эксплуатацию самолета Ил-2. Многие бывалые летчики на беседах с молодежью делились своим боевым опытом.

Правильная организация учебы и воспитательной работы дала положительные результаты. Десятки молодых летчиков-штурмовиков в течение короткого времени вошли в строй.

…Славными боевыми делами отличались летчики «малой» авиации.

В Белоруссии и республиках Прибалтики ширилось партизанское движение. Партизаны нуждались в оружии и медикаментах, им нужны были подрывники-минеры, радисты, партийные руководители. На Большую землю необходимо было вывозить раненых, больных, детей.

В эту опасную, но нужную работу включились эскадрильи 2-го отдельного авиаполка (оап) ГВФ — командир майор Г. Т. Клуссон, — вошедшего в состав 3 ВА 29 июня 1942 г.

Боевая деятельность эскадрилий строго планировалась, планы согласовывались со штабами партизанского движения Белоруссии и Литвы. Перед вылетом каждый экипаж инструктировался и проверялись его знания маршрута, партизанских районов, зенитных средств противника, маршрутов патрулирования вражеских ночных истребителей, расположении аэродромов.

В первые полеты к партизаним посылались наиболее опытные экипажи. Мотом они учили других, делясь своим опытом. Все это делалось для того, чтобы избежать лишних потерь и оказать более эффективную помощь партизанам.

Помимо самолетов для транспортировки грузов и людей применялись буксировочные планеры большой грузоподъемности.

Бывший член правительства Литовской ССР, Герой Социалистического Труда М. Ю. Шумаускас писал на страницах «Правды», как экипаж планера, удачно приземлившись, доставил его на партизанскую площадку в тыл противника. [86] Но однажды ночью при неудачной посадке разбились два планера. В одном из них погиб летчик-планерист майор Д. А. Кошиц — опытный, смелый летчик, жизнерадостный человек. В предвоенные годы он был популярен и как бессменный комментатор всех воздушных парадов, которые проводились тогда на Тушинском аэродроме в Москве.

Полеты к партизанам не прекращались. Задания были разные, порой очень сложные и, казалось, трудновыполнимые. Вот, к примеру, одно из них.

В ночь на 25 марта 1943 г. старший лейтенант В. С. Белойван и техник-лейтенант А. И. Круглов из 2 оап ГВФ получили задание установить связь с партизанской бригадой Г. С. Тимофеева, действовавшей в Белоруссии.

О существовании этой бригады штаб партизанского движения знал, но связи с ней не имел. В феврале самолеты дважды вылетали, чтобы установить с бригадой связь, но безуспешно. В том же месяце партизаны послали через линию фронта двух девушек сообщить о бригаде и ее действиях. В пути их схватили гитлеровцы, одну убили, а другой удалось вырваться из лап фашистов и перейти линию фронта. Она рассказала в штабе партизанского движения а потом и летчикам о местонахождении бригады, но ни о каких условных сигналах опознавания ничего сообщить не могла. К тому же прошло много времени; на партизан могли напасть каратели, партизаны — сменить место своего базирования. Все могло быть. Шла война. И тем не менее после ее прихода было принято решение установить и наладить связь с бригадой Тимофеева. Дело было сложное и рискованное. Ведь летчик знал только район, куда ему предстояло лететь. Однако совершить этот полет требовала обстановка, партизаны нуждались в помощи.

Ночью По-2 поднялся в воздух и лег на курс. Линию фронта летчик пролетел без шума, убрав газ. С земли по нему не стреляли. Потом, набрав высоту, шел под облаками. Это оберегало от ночных истребителей противника. Выйдя к озеру, о котором рассказывала девушка-партизанка, он долго кружил над ним, но с земли никто признаков жизни не подавал. Казалось, все вокруг вымерло. Белойван выпустил в воздух две ракеты. И снова на озере ни звука. Или партизаны выбиты из этих мест, или они приняли По-2 за самолет врага. Как быть? Приземлиться? А если нагрянут каратели? Поразмыслив, он решил сесть. Легкий По-2, шурша лыжами, побежал по замерзшему озеру. Посадка ночью, без подсвета, на ощупь, была произведена удачно. Самолет остановился у самого берега. Рядом — заросли. Мотор работал на малых оборотах. Белойван и Круглов ждали партизан и дождалась. К ним из леса бежали люди. Они, скользя, падали, поднимались и вновь бежали. Их было много. Но кто они? Друзья или враги? Круглов вылез на крыло, вскинул автомат и крикнул:

— Кто приближается?! Партизаны или фашисты?

Он думал так: если услышит чужую речь, пошлет из автомата очередь, ввалится в кабину, а летчик даст газ и взлетит. Но этого не случилось. В ответ они услышали радостные голоса:

— Свои, свои!!!

По ответам авиаторы убедились, что это действительно были свои. Вскоре мужчины и женщины обступили самолет, радовались и плакали. Наконец-то состоялась та долгожданная встреча, о которой они мечтали. Летчики рассказали им горестную весть — одна из их посыльных погибла. Тяжело об этом говорить, но они должны были знать правду, какой бы горькой она ни была. Быстро выгрузили из самолета боеприпасы, медикаменты, спички, соль. Договорились, как поддерживать связь в дальнейшем. В ту ночь Белойван и Круглов благополучно вернулись на свой аэродром. А следующей ночью в бригаду уже полетели два самолета. Потом связь с ней поддерживалась регулярно. Так девушка-партизанка, фамилия которой осталась неизвестной, совершила подвиг. Она помогла установить связь с партизанской бригадой Тимофеева. [87]

Летчики-"кукурузники" успешно выполняли и другие боевые задачи.

Как только наступала ночь, начиналась работа летчика 399-го авиаполка связи (апс) младшего лейтенанта Б. В. Невижина. На По-2 он поднимался в воздух и шел в ночной полет на бомбардировку. Невижин — опытный летчик. К началу 1943 г. у него за плечами было свыше тысячи боевых вылетов. Не раз он оказывался в трудном положении, но никогда не терял присутствия духа. Всегда с честью выходил из трудных ситуаций. Однажды в очередном полете осколком снаряда у самолета пробило бензобак. Лететь дальше было нельзя, пришлось идти на вынужденную посадку в тылу врага. А враг был совсем близко. Летчик поджег самолет и приготовился дорого отдать свою жизнь. По что это? В воздухе раздался знакомый рокот мотора. Еще минута — на поляне приземлился второй По-2. Летчик Ивайкин решил при любых обстоятельствах спасти фронтового товарища. Не теряя времени, развернул самолет для взлета. Невижин влез в кабину, и машина благополучно прилетела на свой аэродром.