Чтение онлайн

АВТ - атмосферно-вакуумная трубчатка - установка, которая перегоняет нефть. А нефть как волшебная скатерть-самобранка, что угодно получить из нее можно - от вазелина до бензина. И битум для асфальта, и мазут для тепловых электростанций, и керосин, и дизельное топливо, «дизельку», как ласково говорят нефтепереработчики.

АВТ - завод в заводе! Новая установка будет столько нефти перерабатывать, сколько, наверное, вся Россия при царе.

Ростик не поленился, высчитал: на полученном за год бензином тысячи грузовиков могут тысячу раз обогнуть земной шар по экватору. Или доехать до Солнца и назад вернуться.

Насчет Солнца, конечно, ерунда, в космосе только ракеты летают. Но к чему еще примеришь такие астрономические величины!

Да, не зря отец Ростика, старший оператор АВТ, в заочном институте учится, хотя и техникум в Баку окончил.

Антон протяжно вздохнул: «Вот люди! Школу кончил, техникум, теперь еще за институт взялся. Тут бы школу как-нибудь дотянуть! Из-за этой школы и раскопки никак не начать».

– Дождемся… - тихо сказал Антон сидевшему рядом Ростику.

Тот смотрел в окно автобуса и не сразу понял, чего они дождутся.

– Дождемся, что Барбос раньше нас доберется.

– Не могли же мы на субботник не поехать, - резонно ответил Ростик.

До чего же он всегда прав, противно даже! А возразить нечего.

– Завтра, - понизив голос, сказал Ростик, - с раннего утра.

– Завтра! Соображаешь, что говоришь? Завтра же День Победы, забыл?

Да, завтра в тоннель не попадешь. Митинг будет, торжественное открытие памятника. Из Ленинграда - это уже точно - на военном бронетранспортере доставят факел, зажженный от Вечного огня Пискаревского мемориального кладбища.

Этого они не могли, не имели права пропустить.

– Тогда в понедельник, - сказал Антон и замкнулся. Про себя он решил, что в понедельник, даже если придется пропустить все уроки до единого, он проникнет в бывший отцовский блиндаж.

У заводских ворот ждал пионервожатый Тарас Романенко. Все быстро вышли из автобуса, разобрались по двое и прошли через турникет на территорию завода.

Нефтеперерабатывающий завод похож на космодром. Под открытым небом на бетонированных, как стартовые, площадках стоят ряды алюминиево-серебристых колонн. Разного диаметра, разной высоты, но и самая малая колонна похожа на орбитальную ракету, готовую к запуску.

По колонне и вокруг извиваются тоже серебряные трубы; верх закрыт шлемовым колпаком, будто ракетная головка; опора вроде стабилизаторов; снизу до самого верха - железные трапы.

Бензином до сладкой одури пахнет, шипит и свистит пар. Вот-вот, кажется, нажмут в операторной кнопку «ПУСК» - и колонны со страшным ревом и громом рванутся ввысь.

АВТ произвела на всех сильное впечатление, и Ростик, показав на самую высокую колонну, похвастался:

– Как гагаринский «Восток»! Сила наш завод, правда?

Он произнес «наш», как «мой», личный. Антона это задело. Они уже миновали сверкающие шары, прямо-таки марсианские сферы с неземным названием, «ЭЛОУ», установки, в которых с помощью электричества обессоливают нефть, и поравнялись с градирней. Над высокими железобетонными вазами клубились облака пара и шумело так, что приходилось кричать.

– Ты еще в своем Баку сидел, когда мы завод строили!

Строил, конечно, не Антон, а его родители. Отец лично руководил расчисткой площадки под завод, первые бараки в Лесном собирал. Конечно, без таких специалистов, как отец Ростика, тоже завод работать не будет…

– Собственник выискался, - помирнее добавил Антон. За такие речи Ростик и схлопотать мог. Очень даже заслуженно! По разве дашь тумака на глазах у вожатого и учительницы?

На территории АВТ работа уже кипела вовсю. Вообще-то она и не прекращалась. Третий год трудятся здесь строители, монтажники. У них и сейчас дел по горло. Нижние части колонн обкладывают кирпичом, заливают бетон на площадках; сверху сыплются, как ракетные хвосты, искры электросварок. Монтажники, в касках, широких ремнях с цепочками, вылитые штурмовики-десантники, шныряют по всем уровням ракетной «этажерки».

Скоро пуск, дел у специалистов невпроворот, и до генеральной уборки руки не доходят. Вот и организовали субботник. Все свободные от вахт, инженеры и техники из управления, лаборанты - все на субботник вышли. И учащиеся технического училища здесь. Пригласили и подшефную школу.

Впрочем, при чем тут шефы, подшефы? Завод - наш, общий, иришский, родной завод. Разве отойдешь в сторонку, когда заводу надо помочь!

Антон, конечно, мечтал убирать железный мусор наверху, на эстакаде, что над насосной, но ребят отвели подальше от колонн, на задворки, к горизонтальным толстым цилиндрам теплообменников. Обидновато, но и здесь кто-то работать должен.

Что получилось бы на фронте, если каждый солдат захотел бы наступать только на главном направлении? Да ничего хорошего! Бросились бы все по одной дороге, а фашисты зашли бы по оголившимся участкам в тыл и - раз!
– отрезали от Волхова!

Отрезали от Волхова… Да-да-да, немец тогда и хотел отрезать наших от Волхова, пошел в контратаку, а Ерофеев и другие отбили ее, контратаку… Что же еще Ерофеев рассказывал? Важное что-то. Но что? Какую-то он фамилию называл, на «К». Точно, на «К»! И вроде этот на «К» тоже до войны работал в поселке, на Иришском комбинате, и еще лучше Ерофеева знал все ходы-выходы.

Вот кого найти еще надо. Кровь из носу, а найти! Этого самого, на «К». Ерофеев говорил, что «К» и сейчас в Иришах живет, даже на заводе работает. Точно! Вот о чем он забыл рассказать друзьям!

Антон, бросив работу, зашептался с Ростиком и Аленой.

– Теперь надо его найти - и все!

– А фамилия?
– переспросил дотошный Ростик.

– На «К»!

– Знаешь, сколько на заводе на «К»?

– А сколько бы ни было! Не все, кто на «К», воевали!

– Здесь воевали, - существенно уточнила Алена.

Молодец! Не зря ее в операцию «Ракета» приняли!

– Значит, так, - начал развивать план немедленного действия Антон, но подошла Светлана Васильевна.

– Устали, ребята?

– Нет!
– за всех ответил Антон, и ему немножко стыдно сделалось. Все вокруг трудятся, а он совещание устроил.

– Тогда - за работу! Ну-ка, помогите мне вон ту трубу оттащить!

Антон с готовностью бросился на помощь.