Чтение онлайн

Однако грех не перестал и никогда не перестанет существовать на этой земле, если только Бог не отнимет у нас свободу. А Бог никогда ее не отнимет, так что мы никогда не потеряем способности собой управлять, выбирая между грехом и святостью. И мы можем это делать в каждый момент своей жизни. Предаваясь помыслам, увлекаясь воображением и своими желаниями или взирая на что-то чувственно, мы восстанавливаем в себе всю полноту своих прежних пороков, возвращаемся к распутству и сладострастию. Кроме того, мы можем вернуться к идолослужению, например, начать обоготворять деньги, женщин, любовь к самому себе (так называемый нарциссизм), умение настоять на своем или что угодно другое.

Но главное, мы можем впасть в непокорность Богу, что равносильно идолослужению. Иными словами, мы можем так сильно довериться своему помыслу, желанию и особенно своему мнению и знанию, что они начнут управлять нами, а Бог перестанет действовать внутри нас Своей силой и утешать нас. В таких случаях человек всегда подвергается демонским нападениям. Демон в какой-то мере приобретает над ним права, входит в него и постепенно так укрепляется в этих правах, что человек страдает и борется до конца своей жизни.

Однако человек кающийся, как правило, изменяет свою жизнь, созидает обновленную жизнь, преображаясь от славы в славу, от совершенства к совершенству, от святости к святости, становясь новым миром, новым человеком. В таком случае воспоминания о демонских воздействиях постепенно изглаживаются, Бог овладевает нами, и мы начинаем подниматься по ступеням, ведущим к безгрешности. Теперь Бог помогает нам, чтобы страсти, подавленные благодаря обновлению нашей природы, не могли в нас проявляться. Потом Бог воссоздает все внутри нас, проникая до самых глубин нашего существа, и тогда мы становимся с Ним единым целым, достигаем в этой жизни безгрешности и обретаем способность не поддаваться соблазнам. Умение не соблазняться, не принимать помыслов, не грешить — это естественное состояние человека Божия. Если у нас есть искушения, помыслы, желания, если мы возвращаемся к своему ветхому человеку, это означает, что в нас еще живо то, что противно нашему естеству.

Если же мы достигли состояния естественного, то мы можем сказать, что при любых обстоятельствах, едим ли мы или воздерживаемся, спим или восстаем ото сна и бодрствуем в молитве, мы и телом и духом прославляем Бога. Тогда на нас исполняется пожелание, выраженное в молитве Господней: Да святится имя Твое. Иными словами, нас преисполняет

Божественная благодать, и мы становимся подлинно посвященными Богу, переходим в область небесных переживаний. Тогда мы являем собой удивительное зрелище на этой земле — «…странное видение, странное слышание». Это и есть естественное состояние, в которое нас приводит Бог, это наше возвращение в рай, второе рождение. Бог преклоняет небеса и возводит нас к первоначальной праведности. Это не столько чудо, сколько естественное для Церкви дело. Если с нами в Церкви такого чуда не происходит, значит, его не принимает наше сердце, потому что мы свыклись со своим ветхим состоянием.

Из бесстрастия можно возвратиться к прежней страстности и потом никогда из нее не выбраться. Некоторые примеры этого мы с вами уже обсуждали. Теперь упомянем еще об одной вещи, всем хорошо знакомой и одновременно весьма опасной: здесь мы все можем поскользнуться и упасть. Речь пойдет о еде.

Человек склонен есть то, что ему нравится, что услаждает его гортань и чрево. Чревоугодие, ублажение чрева, больше проявляется в многоядении, но нередко и в предпочтении питательных, вкусных блюд, для приготовления которых требуется умение и немалые средства. В этом случае мы возобновляем в себе прежние грехи. Даже бесстрастный человек, если будет есть много или выбирать еду повкуснее, вернется к ветхому состоянию. Церковь знает это и потому придает большое значение воздержанию в пище и ее простоте. Без этого невозможно вести христианскую жизнь. Думаю, теперь вы понимаете, почему пост воспринимается как память о Боге, взыскание и ожидание Бога. Пост — это чаяние Святого Духа, это проявление нашей веры, пост переносит нас в Небесное Царствие и поставляет пред Богом. О посте никогда нельзя забывать.

Когда у нас есть возможность выбирать еду по своему желанию, мы выбираем себе самое лучшее, оправдываясь тем, что не знаем, сколько и что нам нужно есть. Делая так, мы унижаем в себе образ Божий. Мы живем по страстям и в то же время считаем, что ведем духовную жизнь. Мы сознательно пробуждаем и себе старые страсти, наклонности к прежним грехам. Чтобы спасти таких людей, упорствующих во грехе, Господь посылает им скорби и страдания. Конечно, бывает, что человек кается уже на смертном одре — и спасается. Однако никто не знает, будет ли нам дана возможность покаяться перед смертью.

Вот ты выезжаешь со Святой Горы, садишься на корабль, погода чудесная. Вдруг что-то случается, корабль переворачивается, и ты погибаешь. У тебя не было возможности покаяться на смертном одре. Внезапно умереть можно и от болезни. Человек жизнелюбив, но в действительности это любовь к смерти, потому что нынешняя жизнь — это смерть. Человек не верит, что умрет. Почему? Потому что он не живет иной жизнью. Тот, кто живет иной жизнью, желает смерти. А ненавидит смерть и хочет задержать ее приход тот, кто ведет жизнь греховную. Даже издавая предсмертные хрипы, такой человек не верит, что умрет, и потому покаяние перед смертью для него становится невозможным.

Приведем еще один пример. Игумен в пятый, в десятый раз советует монаху не вести разговоров о третьем лице, не пустословить, потому что он оскорбляет Бога, когда говорит об образе Божием, и Бог отвращается от него. Однако этот монах уже привык к таким разговорам. Возможно ли для него спасение? Нераскаянному грешнику спастись весьма непросто. Разве что Бог попустит ему крайние страдания вплоть до мученичества или сподобит его покаяться перед смертью. Бог, да и вообще вся наша Церковь, старается использовать для нашего спасения все: даже наше ложное покаяние и те слова, которые мы от своего эгоизма произносим про себя, в сердце. Проблема не в том, что у Бога недостает любви и милости, а в нашей собственной бесчувственности, в том, что наше сердце становится твердейшим камнем, который невозможно разбить. Вся полнота милости Божией не может разбить этого камня — нашей нераскаянности. Мы остаемся верными своим страстям, любимым, приятным и вожделенным для нас. Однако Господь говорит: «Покайтесь, доколе можно говорить: „ныне"».

Итак, если мы не хотим грешить, мы непременно должны следить за тем, как и что мы едим.

Не избегай трудов, и Бог вскоре даст тебе покой. (68)

Святой Антоний Великий расположил свои правила в определенном порядке: в правилах видно закономерное развитие мысли, так что они составляют одно целое. Последующая мысль развивает предыдущую. Сначала святой Антоний сказал о том, что мы не должны угождать чреву, если не хотим возвращаться к своей прежней жизни. Это важно для перехода к толкуемому сейчас правилу. Тот, кто начинает терять покаянный настрой, теряет и духовное равновесие: сначала он ищет удовольствия в еде, потом в пустых разговорах и наконец стремится завоевать любовь ближних, стать центром жизни, представлять собой что-то в своем окружении. Однако никто его не признаёт, потому что каждый занят своими проблемами и заботами, живет своей жизнью. Тогда такому человеку приходится трудно, он начинает болеть.

Если ты хочешь жить обновленной жизнью, то сначала оставь чревоугодие, а потом постарайся как можно больше трудиться и уставать. Труд — это и твоя работа, и личное правило, и богослужение. Усердно ли ты трудишься, молишься, постишься? Со всеми ли общаешься в духе любви? Все ли братья тебя любят? Если да,

Бог даст тебе покой, возможность достичь безгрешности.

Мы, люди, всегда всем недовольны — никогда не скажем Богу слова благодарности. Даже если ангелы и Богородица спустятся с неба, чтобы просветить нас, заверить нас в своей милости и благословить, мы и тогда останемся недовольны. Когда они уйдут, мы начнем роптать: «Почему Богородица ушла? Что я сделал?» Мы нуждаемся в сердечном безмолвии, покое, удостоверении Святого Духа.

Покой, безмолвие — это внутреннее и внешнее состояние духовного человека, мир, просвещение сердца, с искренней верой взывающего из своих глубин: Авва, Отче. Внутри нашего сердца — Сам Бог. Именно там Он открывает нам Свое присутствие, Свое Божество.

Душевный мир, способность безмятежно жить в Боге были утрачены из-за греха. Ничто человеку не приносит покоя: ни пребывание в келье, ни молитва. Он молится и чувствует, что Бог не слышит его, поэтому у него нет мира ни в уединении, ни среди людей.