Три дня в скальных монастырях Каппадокии
Шрифт:
Я закурил сигарету и задумался о странных вещах. «Пока ты еще можешь задуть спичку, весь мир принадлежит тебе». Затем мои мысли скользнули самопроизвольно и прошептали:
«Василис Двоероден был Акрит великолепный,
Цветущею усладою, каппадокиян розой,
Венцом неустрашимости и храбрости главою».
Мы отправились увидеть то, что еще можно было увидеть.
Многое я, конечно же, забыл. Только область Корам, Спафий и Матианы, радиусом около пяти километров: было под вопросом, хватит ли десяти дней, чтобы увидеть то, что описывал путеводитель. Кроме того, нужно было еще располагать транспортным средством, чтобы подняться на крутые вершины. Расселина на поверхности земли: войдя туда, оказываешься в большой церкви с колоннами, сводами и арками, полностью расписанной, и знаешь, что вверху монолит все такой же полый и скрывает целый монастырь. При выходе поднимаешь глаза вверх и видишь на скале напротив, что нартекс (?) с исчезнувшей передней частью смотрит на тебя с высоты словно бумажный змей с Богородицей и архангелами, с арочными яслями, с живописанными мальтийскими крестами. Оставляю в стороне остальные бесчисленные высеченные в скале пещеры, которые кажутся орлиными гнездами на вершине каменного шпиля.
Троглодитская жизнь должна была быть глубоко укоренившимся инстинктом в этих краях. Настолько сильно, что, когда несколько монахов из монастыря святого Василия, спасаясь от иконоборцев, прибыли в Южную Италию, они занялись там созданием и росписью подземных или монолитных часовен. Но здесь жизнь в пещерах определялась условиями этого перекрестка всех нашествий, всех разграблений, всех влияний. Это ясно видно, когда рассматриваешь на толстых стенах грубые царапины в виде Г, сделанные для установки балки, которыми крепились их запертые двери. А еще более, когда тебе показывают огромные жернова, которые перекатывали, чтобы закрыть входы в монастыри. Большие монастыри: в увиденной мной трапезной со столом, сидениями, ведрами и нишами для посуды (все это высечено в скале) могло располагаться сорок или сорок пять сотрапезников.
Отмечу теперь некоторые подробности.
1. ЧАСОВНИ
Часовен здесь много: кажется, существуют также и некоторые неизвестные. В каждом видимом отверстии, если там не скрывалось что-то более значительное, в этой огромной голубятне должна находиться часовня или келья. Иногда встречаются замечательные художественно оформленные двери, как, например, в часовне святой Варвары, иногда видишь внезапно примитивные рисунки с неумело прочерченными красными линиями. Среди этих рисунков я дважды видел изображение петуха. Такое изображение я видел и в Константинополе: в связи с ним мне рассказали невероятную сказку.
Часовня святой Варвары – высечена в большой каменной выпуклости. Слева поднимается большой толстый клык. Небольшой фасад изящен, с рельефным треугольником и двумя глухими меньшими арками, высеченными слева и справа. За входом находятся и другие линейные украшения народного искусства, выкрашенные охрой. Колонны и купол. В глубине – святая Варвара и святые всадники Феодор и Георгий, убивающие копьями дракона. Две-три трудно читаемые надписи:
?? (?????) ????? ??? ?????? ???…
«Господи, помоги рабу твоему…»
– постоянный припев каппадокийских монахов. Надпись между двумя всадниками мой путеводитель читает следующим образом:
?(????) [?]???? ??(?)
???[?]?? ???
??[?]?????
?[?](????????(?) [?(?)] ?????[?]??.
«Инодушный» (?????????) в смысле «иноплеменник» (?????????). 13
В святилище есть также два высеченные в скале сидения. Иконостас поврежден.
Часовня 27 – небольшое кладбище. Здесь более десяти захоронений: два-три – захоронения маленьких детей. Не умелый линейный декор. Я прочел надпись, которую упоминает мой путеводитель: «????? ????? ??? ????? ?? ???????» («Господи, помоги рабу твоему Михаилу»), однако не сообщает ничего об изображениях святого Василия и Христа. Арки фасада легкие: на одной из них вертикальная щель, словно от топора.
13
Господи, помоги рабу твоему Фаливону, пресвитеру и иноплеменнику.
Конец ознакомительного фрагмента.