Чтение онлайн

— Что вы говорите?! — всплеснул руками мужчина. — Это же просто великолепно. Какое по счету это было обращение?

— Первое, — удивленно ответила на вопрос доктора. Я не понимала его радости.

— Первое? — следом за мной удивился он. У мужчины даже глаза округлились.

— Да, — подтвердила очевидное.

— Отлично. Отлично, — мужчина чуть ли не потер руки. — Вам следует раздеться и дать мне возможность вас осмотреть.

Сама процедура предстоящего осмотра меня не особо испугала. Поэтому я спокойно прошла за ширму, установленную в кабинете врача и разделась, сложив свои вещи в одноразовую корзину для белья, заботливо выдвинувшуюся из ниши.

— Разделись? — раздался голос доктора. Я ответила положительно. — Вам необходимо прилечь на кушетку, что стоит сразу за ширмой. Я должен просканировать ваше тело.

Я незамедлительно сделала то, о чем меня попросили. Легла. Вытянула ноги. Расслабилась.

Задержала дыхание. Подышала чаще. Втянула живот. Повернулась на один бок, потом на другой. Одним словом, совершила все то, что от меня хотели.

— Доктор, у меня ничего серьезного? — не выдержала, собираясь как можно быстрее выяснить причину своего недомогания.

— Одевайтесь, милочка, — голос мужчины стал теплее на несколько градусов, хотя и до этого не отличался холодностью. — Только не спешите, — предостерег он меня. — Если нужна моя помощь, то попросите. Не стесняйтесь, — я не ожидала такой заботы от мужчины.

Выйдя из-за ширмы я присела на стул для посетителей с надеждой глядя на доктора. Он буквально лучился от счастья.

— Доктор, что со мной? — я мяла край юбки. Все таки волнение давало о себе знать. Хотелось как можно быстрее выяснить из-за чего со мной случаются всевозможные приступы недомогания. — Может быть у меня непорядки с желудочно-кишечным трактом? Или я подхватила опасный вирус?

Я начала высказывать предположения на лету, стараясь опередить доктора. Все таки я была образованной линой и имела представление о многом, в том числе о медицине.

— Милочка, сидите? — расплылся мужчина в улыбке. Вопрос лина поставил меня в тупик.

— Сижу, — медленно произнесла в ответ.

— Вот и сидите, милочка. Теперь вам требуется больше отдыхать, — радостно поведал мне мужчина, будто сообщил что-то необычное.

— Все так плохо, доктор? — в ужасе воскликнула я. Мне показалось, что со мной начали разговаривать как со смертельно больной.

— Нет, илина Кариман. Все просто великолепно. Настолько, что лучше быть не может, дорогая моя, — мужчина даже потер руки.

Я была наслышана о том, что существуют фанатики своей работы, которые сталкиваясь с чем-то необычным просто сходят с ума от радости, ведь им выдался уникальный случай, возникающий достаточно редко и они готовы в него вцепиться зубами и руками.

— Доктор, не тяните. Не надо мне зубы заговаривать. Я этого не люблю. Лучше скажите как есть на самом деле. Я сильная. Я смогу все выдержать. У меня неизлечимая болезнь? Редкая и необычная?

— Вы беременны, — торжественно произнес мужчина.

— Что? — не расслышала я.

— Вы беременны. Неужели для вас это такая неожиданность? — удивился мужчина, его глаза лучились счастьем.

— Правда? — от осознания услышанной информации я пребывала в некой прострации.

— Правдивее не бывает. Но это еще не все, — мне послышалась в словах доктора барабанная дробь.

— Что-то плохое? — я ожидала всего чего угодно.

— Нет. Все самое прекрасное, что может быть на свете. Вы беременны…,- еще раз повторил доктор.

— Это я уже услышала, — перебила мужчину. — Что-то с ребенком? — задала вопрос, ведь если со мной все в порядке, то значит что-то с малышом.

— С детьми, — с видом умалишенного ответил лин. Кажется, мужчина получал удовольствие только от того, что он произносил вслух.

— Простите, что? — опять переспросила у доктора. Новая информация совершенно не желала усваиваться с первого раза, вот и приходилось все уточнять еще раз.

— У вас будет двойня, — прозвучало как гром среди ясного неба.

Если бы я не сидела на стуле, то обязательно села. Потому как то, что я услышала сразило меня наповал.

— Разве такое может быть? — задала вопрос. В открытых источниках я никогда не сталкивалась со сведениями, в которых бы указывалось на наличие многоплодной беременности.

— Может. Это случается крайне редко. Но в вашем случае это произошло безусловно. Правда, меня немного смущает…,- лин запнулся.

— Что именно, доктор? — обеспокоенно спросила у мужчины, заранее зная, что положу все силы, чтобы устранить препятствия к рождению двойни. Я на все пойду, лишь бы мои малыши были живы и здоровы.

Я как-то слишком быстро осознала тот факт, что стану матерью. Спокойно и без истерик.

Наверное, я очень долго к этому шла, а потому новость достаточно быстро усвоилась у меня в голове.

— Разница в развитии плодов, — на пол тона ниже произнес лин.

— Для меня это ни о чем не говорит, — я начала волноваться. — Поясните.

— Мне нужно сделать дополнительные анализы, чтобы дать более точный ответ. В одном лишь могу вас успокоить. С ними все хорошо. Аппарат не зафиксировал никаких серьезных отклонений в показателях жизнедеятельности плодов.

— А несерьезных, доктор? — обеспокоенно спросила у мужчины.

— А вот это мы сейчас и выясним. Давайте я вас провожу к другому доктору, — лин направился в мою сторону.

— Зачем? — испуг прокрался в мое сердце.

— Чтобы получить все ответы на вопросы.

Мы вместе с доктором поднялись на лифте этажом выше, где нас уже встречали. Мне опять пришлось раздеться, но теперь только до пояса. Меня стали рассматривать и брать анализы лишь с одной стороны тела, отчего я смущалась и краснела, хотя меня отделяла от женщины — доктора ширма.

Врачи о чем-то шептались, поглядывая на диаграммы, которые выводил компьютер. Что-то сравнивали. Доказывали друг другу какие-то вещи. Я ничего в том не понимала. Однако знала наверняка, что готова на любой подвиг ради моих малышей.

Наконец, не выдержала и заявила:

— Если вы сейчас мне не скажете что не так с моими детьми, то я пойду и найду того, кто мне это пояснит. Я желала немедленно поставить все точки над «и».

— Илина Кариман, тут такое дело… Понимаете…, -замялся доктор. — То что утверждает компьютер не может быть правдой. Мы начинаем сомневаться в том, что он исправен.