Чтение онлайн

– Ты же просто так шашкой не машешь, – попыталась я сгладить довольно резкие слова музы, которая порой бывала весьма категоричной. – Значит, было за что?

Ниса резко погрустнела, тяжело вздохнула и принялась рассказывать:

– Всё произошло случайно. Мы познакомились с ним в библиотеке.

Руся поперхнулась недопитым чаем и закашлялась. Я же до рта чашку так и не донесла, выплеснув её содержимое себе на штанину. Ниса схватила кухонное полотенце и швырнула мне на колени, чтобы промокнуть пятно.

– В библиотеке? – сквозь кашель выдавила Руся, пытаясь прийти в себя.

– Ага, – грустно кивнула Ниса и потянулась к вазочке с печеньем. Когда подруга нервничала – ела за троих. Троих гиппопотамов.

– А там ещё знакомятся? – удивленно обратилась я к покрасневшей Русе. Та лишь пожала плечами, не оставляя попытки справиться с кашлем.

– Я не знаю, – кое-как промолвила она.

– Ты же муза, как ты можешь не знать? – настаивала я.

– Библиотека – не моя сфера деятельности, – скривилась подруга. – Ты знаешь, я работаю только с художниками.

– Ага, и последний художник, которому ты навеяла вдохновение изобразил нечто, напоминающее лужу на полу, – фыркнула Ниса, отчего из её рта вылетело несколько крошек.

Руся наморщила носик, одна из крошек приземлилась аккурат на её запястье. Муза небрежно смахнула крошку одним пальцем и решила вступиться за своего любимчика. На самом деле, фаворитов у неё было много – каждую неделю новый. Но самый последний, и надо отметить, самый бездарный, здесь я была с Нисой солидарна, отчего-то задержался дольше остальных. Прошло больше полугода, а Руся так и не отправилась на поиски нового великого таланта.

– Картина называется «Невозделанное», – сердито заявила нам муза. – И чтобы вы понимали в искусстве? Вы Вермеера от Гогена не отличите!

– А вот этот твой недоделанный, он Вермеер или Гоген? – с милой улыбкой и круассаном в руке поинтересовалась Ниса.

– Ни тот, и ни другой, – прищурила глаза Руся.

– Мне кажется, что с Вермеером у него общего только понимание того, что мольберт надо ставить на пол, а не подвешивать к потолку, – начала рассуждать банши, размахивая сдобой. – А с Гогеном – умение держать кисточку правой рукой, а не левой пяткой. Хотя, глядя на его экзерсисы, создается впечатление, будто именно пяткой он свои картины и рисует.

– Рисуют на заборе, – рыкнула Фируса. – А картины пишут. И Захар пишет в жанре постмодернистской эстетики. Он – гений, до которому вам – как до Луны пешком.

– Нам на Луну не надо, ни пешком, ни на поезде! – хохотнула Ниса.

– Давайте оставим Захара в покое, – сдержанно предложила я, предчувствуя бурную дискуссию на тему величины гениальности нового друга Фирусы.

– Да, – оживилась наша муза. – Давайте вернемся к обсуждению того, как Ниса ягуаретта угрохала!

– Итак, вы познакомились в библиотеке, – начала я с начала. – Как ты в библиотеке-то оказалась? Не думала, что ты вообще знаешь, где они находятся.

– И что они существуют…, – будто бы между делом вставила Фируса.

Ниса хмуро глянула на меня исподлобья, отложила булочку с маком, которую она схватила едва только доев слоёный рогалик и с обидой протянула:

– Чтобы вы знали, я люблю читать!

– Ага, этикетки на винных бутылках, – хмыкнул Руся. – А что-то более длинное ты перестала читать ещё в пятом классе.

Я быстренько пнула Русю по ноге под столом, но подруга не уловила намек.

– Что? – глянула она на меня, выдавая с головой. – Это ведь правда! И Ниса знает, что правда! Она не самая большая интеллектуалка во вселенной.

Я округлила глаза, мол, придержи коней, подруга.

– Может быть, я решила измениться? – вдруг шмыгнула носом банши, отворачиваясь от нас.

– Что, правда? – оживилась Руся, которая давно мечтала сделать из Нисы, как она выражалась, приличную девушку.

– Нет, – рассмеялась Ниса, шутливо толкнув подругу в плечо. Руся скривилась и потерла плечо, приложив немало усилий, чтобы не улететь с кухонного диванчика прямо под стол. – С чего бы мне меняться? Я – идеальна! А если кто-то с этим не согласен, он может пойти прогуляться в лес, за шишками.

И Ниса выразительно посмотрела в сторону всё ещё держащейся за плечо Руси.

– Я в лес не хочу, – быстро отреагировала последняя. – И шишки мне не нужны.

– Тогда сиди на месте, – благосклонно разрешила Ниса.

– Что ты забыла в библиотеке? – начала раздражаться я из-за того, что мы трое не могли остановиться от перепрыгивания с одной темы на другую. Так происходило постоянно – начинали с обсуждения нового сериала, а заканчивали проблемами миграции зябликов.

– Мне нужна была энциклопедия, – буркнула Ниса. – А в книжном я ничего не нашла.

– Час от часу не легче, – едва не схватилась за сердце Руся. – Теперь ты энциклопедиями интересуешься?

– Да, блин! – вспылила Ниса и от переизбытка эмоций начала активнее размахивать руками.

Я тихонечко отодвинула от неё подальше сахарницу, чайник с заваркой и початую бутылку ликера, который Ниса периодически подливала себе в кофе. – Мне тут нового ребенка подсунули, а он столько вопросов задает! Что, где, когда и почему! Задолбалась ответы в гугле искать! Думала, притащу пацану энциклопедию, пусть изучает и отстанет от меня. Родители его против гаджетов, адепты старого, блин, воспитания, а вот против книг ничего не имеют. Кто ж знал, что сегодня энциклопедии в магазинах днем с огнем не сыщешь!

Несмотря на свою магическую и очень воинственную сущность банши, Ниса работала. И, как бы это странно не выглядело, работала она в мире людей няней. Да, она смотрела за чужими детьми, хотя по собственному признанию детей не очень-то и любила. Почему она работала именно няней? Ну, ей не хватало терпения и способности подстраиваться под коллектив для работы в офисе. Она ненавидела всё, что было связано с цифрами и умножать три на четыре не умела даже с калькулятором, что делало её не пригодной для коммерческой сферы. Сфера обслуживания также не подходила подруге категорически, потому что был велик шанс, что какого-нибудь капризного клиента она просто покалечит. А вот детей Ниса не трогала. Они её раздражали, бесили, доводили до точки кипения, но именно ради них она старалась сдерживаться и контролировать свои эмоции. В какой-то степени, дети делали её лучше несмотря на то, что я пребывала в твердой уверенности, что дети не могут воспитывать детей.

– Просто ты не в тех местах ищешь, – с ухмылочкой заявила Руся. – В отделе с бульварными романами энциклопедии не выставляют.

– Я смотрела во всех отделах, – закатила глаза Ниса. – И вообще, кто в наше время говорит «бульварные романы»? Ты как будто сама из романа 19 века случайно выпала.

– Так говорят образованные люди, – процедила сквозь зубы Руся.

– Я тоже образованная, – развела руками Ниса. – И я так не говорю.

– Ты с трудом школу закончила! – не выдержала Руся и начала, что называется, резать правду-матку. – А в университете все четыре года плавала как известная субстанция в проруби. До выпуска дотянула только потому, что Ди тебе помогала.