Чтение онлайн

Шагая вместе с Питером и Присциллой по больничному коридору к палате Барта, Верити чувствовала, как сильно бьется ее сердце. Верити не знала, сказали ли Барту, что она придет.

Когда они вошли в палату, Барт сидел в постели, обложенный со всех сторон подушками; он был очень бледен и худ.

– Однажды с твоим приходом я избавился от ужасной депрессии, – бросил он Верити вместо приветствия. Так Барт словно вернул прошлое.

Барт о чем-то говорил с братом, а Верити все время молчала, пока вдруг не осознала, что Питер и Присцилла незаметно ушли. Она осталась а палате одна.

– Так ты вернулась в магазин? – спросил наконец Барт, нарушая тишину.

– Да. Пока Питер и Присцилла… пока они…

– Ты можешь им понадобиться, имей в виду, дорогая. – Он коротко рассмеялся.

– Не знаю, останусь ли я, – сказала Верити.

– Вернешься к Грете?

– Нет.

– Тогда, – произнес Барт раздраженно, – может быть, на ближайшее к ней хлопковое поле?

– Нет. Как бы я могла, если…

– Да? – спросил он резко.

– Я не могу, – ответила она.

В палате опять повисла тишина. Верити первая нарушила ее:

– Я никогда не думала, что Питер и Присцилла…

– Но я же говорил тебе о Питере.

– Возможно, но я по-прежнему считала, что это были Присси и ты.

Барт пожал плечами:

– По-моему, это была идея моей матери.

– А твое бережное отношение к Присцилле? – Верити говорила, не глядя на него. – Барт, – с чувством начала она, – я только хочу, чтобы ты знал, – мне все известно о том пожаре… Мне жаль, что тебе пришлось столько пережить… Я понимаю, что ты чувствуешь.

Боль от воспоминаний исказила лицо Барта, но он справился с собой и перевел разговор на другую тему.

– Я ожидаю доктора, хотя раньше никогда не думал, что соглашусь на такое лечение…

И они опять замолчали.

Верити чувствовала, что не вынесет этих пауз.

– Мэтью сказал, что первая, определяющая операция была успешной, а раз так, то и в будущем все сложится хорошо.

– Да, – почти безразлично согласился Барт, – мне он тоже говорил это.

– Тогда ты сможешь, – легкомысленно продолжала Верити, она вдруг почему-то побоялась быть серьезной, – и тогда ты сможешь исполнить все свои заветные желания. Если бы твой брат Питер был здесь, он бы сказал: «Какая замечательная беседа». – Верити рассмеялась, но смех ее прозвучал неискренне.

Она видела, что Барта не интересовало, что бы сказал Питер… он слушал только то, что говорила она.

– У меня никогда не было никаких желаний, – усмехнулся он. Кроме того… зачем… Я не знаю, хочу ли я вообще что-нибудь сейчас.

– Ты знаешь, что Питер собирается работать в «Женском замке»?

– И, несомненно, он преуспеет в этом гораздо больше, чем я.

– Я бы на твоем месте не согласилась. Вспомни хотя бы свою коллекцию светильников.

– А зачем? Ни одна из этих ламп не проливала ни на что свет.

– Свет?

– Свет истины, я имею в виду. – Барт так произнес слово «истина», что Верити едва сдержала дрожь, охватившую ее.

– Ради Бога, Верити! – вдруг взорвался он. – Давай наконец прекратим этот взаимный обмен ударами.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты очень правдива, не так ли? Почему же ты так поступаешь?

– Как? Я не понимаю?

– Почему ты все перечеркнула? О, я знаю, у тебя есть склонность к этому… Сначала Питер, потом Мэтью, после меня Крис Боливер. Но почему… почему ты так поторопилась? Оставила несколько слов на листе бумаги, и все… Зачем?

Верити молчала.

– Мы же договорились. Я не торопил тебя. И не собирался…

– Это была моя ошибка. Я согласилась, потому что… Ты сам все знаешь, я сказала…

– Ты сказала, но я не принял этого. И не принимаю этого сейчас. Почему? Почему ты делаешь такие вещи? «Потому что я звонила Адель, и ты взял трубку, – думала Верити. – Если бы ты мне все рассказал раньше, все было бы по-другому».

А вслух она произнесла:

– Потому что ничего не имело бы значения, если бы ты платил мне деньги, фактически купил.

– Прекрати!

– Ты же хотел знать.

– Прекрати! – Барт замолчал, но спустя некоторое время заговорил снова: – Да, мы заключили сделку, но я бы ждал, пока ты не забыла бы о деньгах… Я не мог иначе, тогда не мог… Но ты исчезла…

– Я… – попыталась что-то сказать Верити, но Барт не дал ей говорить.

– Я прекрасно видел, какое у тебя было лицо, когда ты шла тем утром по тропинке вместе с Боливером. Ты уехала туда, чтобы найти что-то такое, чего я не смог дать тебе. Ты нашла это в Крисе. Это читалось на ваших лицах. Впрочем, как ты сказала, я купил тебя… Так чего же я мог ожидать от тебя взамен?

– Барт, Барт, пожалуйста, перестань! – Она должна остановить его. – Ты же ничего не знаешь! Когда ты увидел нас с Крисом, мы только что поговорили с ним по душам. Нет… – Верити остановила его жестом, – позволь мне закончить, Барт. Видишь ли, это совсем не то, о чем ты подумал.

Он молчал, опустив глаза.

– Крис Боливер до сих пор не может забыть свою умершую жену. Какое-то время он, правда, думал по-другому. Но он ошибался. Так ошибался, – закончила Верити, – что решил вернуться в Америку. – Она немного помолчала, вспомнив лицо Криса с вымученной улыбкой. – Тогда я… – продолжила она.

– Что ты?

– А то, – сказала Верити неуверенно. – Я тогда не знала… хотя Крис говорил мне, что я и ты…

– Не знала что? – Барт непонимающе смотрел на нее.

– Я ничего не знала, – разозлилась она. – Ну почему ты меня так испытываешь? Почему я не могу спрашивать и, в свою очередь, получать ответы? Как ты думаешь, что я чувствовала, когда позвонила, а ты ответил?

– Куда позвонила? Ради Бога, о чем ты все время говоришь, детка?

– Когда я позвонила на квартиру к Адель. В день похорон Робина. Всего лишь два дня прошло после… – Верити замолчала.

– После нашего венчания. – Закончил за нее Барт. Он помолчал. – Так все произошло из-за этого?

– Да, и я решила уехать. Присцилла только недавно рассказала мне правду. Она рассказала мне о том, что ты принес Адель чек. А до этого я думала…

– Что я и Адель?.. Боже, какая ты все-таки глупышка! – усмехнулся Барт.

– Я только сейчас узнала, – подытожила она неуверенно, – что это ты посылал ей деньги, чтобы она не догадалась о наследстве… А ты записал все эти суммы в свой маленький черный блокнотик? – спросила она, помолчав.