Чтение онлайн

– Отойди от моей дочери!

Вера залебезила:

– Анфиса, что с вами, почему вы разговариваете с ними в таком тоне?

– Вам не нравится мой тон? Может, мне в ножки ей кланяться прикажете за то, что она жива-здорова?

– Не понимаю.

– Эта малолетняя нахалка вам сказала, что ушла из дома, не поставив домочадцев в известность?

– Как?!

– Молча! Она говорила, что я чуть с ума не сошла, гадая, в каком овраге она лежит с перерезанным горлом?

– Аля, деточка, ты же уверяла нас, что родители в Италии.

– Вера Петровна, я не нарочно, так получилось.

Похоже, для Стаса заявление пассии тоже явилось неожиданностью.

– Аль, мы же договорились, что ты поставишь мать в известность.

– Я хотела позвонить ей завтра.

Вера опустилась на диван.

– Анфиса, прошу прощения, мы с мужем ничего не знали. Аля сказала, что вы разрешили ей провести у нас пару недель. Уверяю вас, в противном случае я не замедлила бы с вами связаться.

– Теперь понимаете, что за фрукт моя Алька? О такой невестке вы мечтали?

– Мама, замолчи!

Анфиса схватила дочь за руку:

– Марш в машину!

– Пусти! Я никуда не поеду! – Алевтина бросилась вверх по лестнице, Стас рванул за ней.

Семен сел рядом с женой, было заметно, что супруги явно не в своей тарелке. Обняв Фиску за плечи, Ката прошептала:

– Фис, с Алькой полный порядок, поехали домой.

– Ты слышала, Катка? Почему она так себя ведет? Я хочу как лучше, а она ни в грош меня не ставит. Я ей враг? Скажи, враг?

– Вы обе перенервничали.

Анфиса расплакалась.

Вера Петровна прикурила тонкую сигарету.

– Дамы, у меня предложение, давайте пройдем на кухню и за чашкой крепкого чая обсудим сложившуюся ситуацию.

Анфиса посмотрела на Копейкину, та медленно кивнула.

– Семен, – властным тоном приказала Вера, – переговори со Станиславом.

В просторной кухне, поставив на стол чашки и всевозможные кондитерские изделия, мать Стаса осторожно произнесла:

– Я вижу, вы с Алей не очень-то ладите?

– А иначе нельзя, слышали, как она со мной разговаривает?

– Анфиса, но вы тоже не правы, повели себя довольно агрессивно.

– Выходит, это я плохая?

– Ни в коем случае! Могу вас заверить, что со временем поведение Алевтины изменится в лучшую сторону. Все семьи, имеющие детей, рано или поздно сталкиваются с проблемами пубертатного периода своих чад. В этом деле главное – взаимопонимание, агрессия решительно ни к чему не приведет. Мы должны общаться с детьми на равных. Вникать в ихпроблемы, стараться помочь, не забывать, что когда-то и мы были юны, глупы и вспыльчивы.

– Это все теория, на практике дела обстоят намного хуже.

– Вам с Алей необходимо стать подругами, научиться доверять друг другу.

– Очень трудно общаться на равных с девятнадцатилетней девицей, которая при любой возможности старается тебе нахамить, оскорбить, обидеть.

– Она потому и старается вам напакостить, что не видит в вас поддержки.

– Не знаю, похоже, у вас на все имеется простой ответ. Вы случайно не психолог?

Вера Петровна улыбнулась:

– Нет, но моя профессия не менее интересна, чем профессия психолога. Я работаю в МВД, экспертом-почерковедом.

Катка присвистнула:

– Ничего себе.

– Удивлены?

– Еще бы.

Но Фиску профессия Веры оставила равнодушной. Теребя в руках край скатерти, она молвила:

– Вы так спокойно заявляете, что ваш сын женится на Але, будто мое мнение уже никого не интересует.

– А что в этом плохого? Если у них чувства, почему я должна вставлять палки в колеса и становиться врагом собственному сыну? Это его жизнь, в которую мы с мужем не имеем права вмешиваться. Мы дали Стасу хорошее воспитание, научили его уважать окружающих и считаем, что на этом наша родительская миссия закончена. Он достаточно взрослый, самостоятельный человек, яркая личность и вправе поступать, как считает нужным. Чрезмерная опека так же вредна, как и полное отсутствие внимания со стороны родителей.

Закусив губу, Фиска тихо сопела, отхлебывая остывший чай.

– И еще, Анфиса, спешу вас заверить, касательно Станислава вы можете быть абсолютно спокойны. Он не курит, равнодушен к спиртным напиткам, учится на третьем курсе МГУ. Согласитесь, не каждый день встречаются подобные зятья?

Фису передернуло.

– Вера Петровна, возможно, ваш сын почти идеальный, но согласитесь, думать о браке в девятнадцать лет все-таки рановато.

– Не согласна! Мы с Семеном познакомились, будучи семиклассниками, и как только позволил возраст, незамедлительно узаконили свои отношения. Результат вам известен, живем вполне счастливо, имеем прекрасного сына, достаток, и…

– Ваш случай скорее исключение, нежели правило.

– А почему вы не верите, что случай Алевтины и Стаса может стать таким же исключением из правил?

Анфиса молчала.

– Поймите, я ни в коем случае не оправдываю поступок Алюши, просто пытаюсь помочь вам обрести взаимопонимание с дочерью. Мне бы хотелось, чтобы у нас с вами завязались теплые отношения.

Когда Вера Петровна отошла к кухонному столу, Фиска зашептала:

– Не нравится мне эта семейка. Уж слишком все правильные, того и гляди, какой-нибудь подвох будет.

– Не накручивай себя, Вера дело говорит, тебе стоит прислушаться к ее словам.

– И ты туда же? Ну спасибо, от тебя меньше всего этого ожидала.

– Тихо.

Взглянув на часы, Фиска заголосила:

– Боже, первый час ночи!

Ката встала:

– Да, засиделись мы.

Но Вера Петровна запротестовала:

– Оставайтесь ночевать у нас. Возможно, за ночь Аля успокоится, придет в себя, и утромвам удастся нормально поговорить.

– Неудобно…

– Бросьте, какие глупости. Только вам придется спать в одной комнате. – Вера виновато улыбнулась. – У нас всего четыре спальни, но в комнате для гостей две кровати.

Гости выпили напоследок по чашке чая, и хозяйка дома проводила их в спальню.

– Спасибо вам, Вера. – Анфиса попыталась улыбнуться. – Скорее всего, вы правы, и ядействительно вела себя эгоистично по отношению к дочери.

– Все будет хорошо, Анфиса, верьте в лучшее. Спокойной ночи.

Когда они остались вдвоем, Катка решила поддеть Фиску.

– Помнится, в кухне кто-то говорил о подвохе, а теперь – спасибо вам, Вера Петровна.

– Не придирайся к словам. Вдруг у них и правда настоящая любовь? Слышала, Стас учится в МГУ, это тебе не хухры-мухры. Надеюсь, он сможет повлиять на Альку.