Чтение онлайн

– Аня, я чувствую, что у вас есть ряд вопросов. Пока Миша спит, давайте их обсудим. Я сам в этом заинтересован.

– Николай, вы угадали мои намерения. Мой вопрос: как мне действовать по возвращении?

– Полагаю, написать от себя справку в милицию о событиях, произошедших со дня нашей встречи до последнего дня вашего пребывания здесь. К ней я приложу документы пилота с указанием места крушения вертолёта и места захоронения пилота. Приложу также все документы, которые я нашёл в вертолёте. Попрошу заверить мою справку подписью лётчика с указанием его паспортных данных. Лётчиков я попрошу отправить вас в Иркутск или Киренск в зависимости от их маршрута полётов.

После этого он сделал паузу, а затем продолжил:

– Аня, по прибытии в один из этих городов вы должны, как прилетите, первым делом обратиться в милицию с заявлением о катастрофе, приложив к нему мою справку. После этого попытайтесь связаться с вашей организацией в Москве. Далее – действовать по их указаниям.

– Николай, в связи с политическими изменениями в стране я не уверена в каком-либо положительном сценарии событий для себя и Миши.

– В любом случае я дам вам два письма. Первое письмо будет адресовано моему сыну, в котором я попрошу его о максимальном содействии в вашей судьбе. Оно будет содержать два его адреса (в Иркутске или Киренске). Второе письмо будет адресовано моей сестре, живущей в Киренске, с аналогичной просьбой. В обоих письмах я кратко изложу события о катастрофе вертолёта и вынужденном вашем проживании в тайге. Кроме того, я дам им указание предоставить вам жильё в моей пустующей квартире в Киренске на любой период, какой вам понадобится.

– Николай, я очень благодарна за вашу заботу обо мне и Мише. У меня с собой сберкнижка, на ней порядка 5 тысяч рублей. В советское время это были бы достаточно большие деньги. Сейчас, судя по передачам радио, этой суммы нам с Мишей вряд ли хватит на авиабилеты до Москвы.

– Да, такое исключать нельзя. Я полагаю рассмотреть вариант, если ваши предположения полностью оправдаются и денег вернуться в Москву будет недостаточно. Я предлагаю вам остаться в Киренске или Иркутске хотя бы на полгода. Возможно, в Иркутске вы сможете устроиться программисткой, хотя не очень уверен. Вы прекрасно владеете английским языком, вы имеете соответствующий диплом высшего образования об этом. Я думаю, вы сможете устроиться преподавателем в вуз или в школу, поживёте в моей квартире, а там определитесь со способом возвращения в Москву.

– Возможно, это тоже вариант. В любом случае я попытаюсь связаться со своей двоюродной сестрой, которая живёт в Подмосковье. В зависимости от её ответа я и буду действовать.

Сделав после этих слов паузу, она продолжила:

– Николай, мы с Мишей улетим, а как же вы? По моим понятиям, оставаться здесь – это путь в никуда. Цены будут расти, и вам вряд ли хватит соболей, чтобы расплатиться с вертолётчиками за их услуги, не говоря уж о более сложных превратностях судьбы – это болезни, опасности охоты и многое другое. Я предлагаю вам рассмотреть вариант нашего совместного возвращения в городскую жизнь.

– Пока я не готов к такому повороту событий, но исключать его нельзя. Послушаем, что нам расскажут про городскую жизнь вертолётчики. Давайте, Аня, спать, утро вечера мудренее.

По итогам этой беседы Аня сделала в своём дневнике седьмую запись: «1 февраля 1992 года – зимняя рыбалка и варианты возвращения».

Анна и Николай больше не обсуждали варианты возвращения. Анна была в душе очень благодарна Николаю за его предложения поселиться в Киренске или Иркутске временно. Более всего её беспокоил вопрос о квартире в Москве и о работе. Она понимала, что имеющегося у неё вклада недостаточно для жизнеобеспечения и возвращения в Москву. Из радиопередач она поняла, что цены непрерывно растут, уже в январе-феврале они увеличились на основные продукты в 10–15 раз по сравнению с августом 1991 года.

Николай понимал, что в словах Анны есть большой резон вернуться к сыну, так как все его накопления в очень короткий период обесценятся, и смысла вести жизнь отшельника никакого нет. В первой половине февраля Николай был всегда рядом с Анной и Мишей. В один из дней, когда Анна и Миша спали, Николай начал писать свою справку о катастрофе. Утром, перечитав её, он предложил Анне ознакомиться с ней. Ей всё в этой справке было понятно, и она со всем была согласна. Николай, понимая свою ответственность за всё происходящее, очень внимательно следил за окрестностями вокруг их жилья, к счастью для них, ничего тревожного не наблюдалось.

Во вторник, 12 февраля, над их избушкой пролетел вертолёт. Сделав небольшой круг, он совершил посадку в 100 метрах от избушки, подняв тучи снега над собой. Николай мгновенно оделся и выскочил из избушки. Снежный вихрь от вертолёта прекратился, и снег улёгся, из вертолёта вышел мужчина. Николай бросился к нему. Анна по указанию Николая оставалась в избушке и стала быстро собирать обед, чтобы накормить прилетевших лётчиков. Миша внимательно следил за всем происходящим. Николай и мужчина о чём-то быстро переговорили и направились в избушку.

Анна и Миша поздоровались с вошедшим лётчиком. Он представился пилотом вертолёта Ми-4П и попросил рассказать о катастрофе. Анна всё озвучила, отметив, что пилот Ми-2 делал всё возможное, чтобы спасти вертолёт и жизнь пассажиров. Выслушав это, пилот попросил согласие Анны и Николая на немедленную связь с руководством полётов для доклада о катастрофе Ми-2 и судьбе пассажиров вертолёта.

Пока пилот говорил со своим начальством, Николай зачитал Ане письмо от сына, переданное вертолётчиком: «Дорогой отец, прошу выполнить просьбу сына и срочно вернуться домой. Без тебя плохо мне и твоим внукам, мы очень ждём тебя. В стране всё летит прахом, рубль обесценивается. Ты мне можешь очень помочь в моих делах, сейчас важно не упустить время. Подпись: твой сын Василий».

– Аня, я полечу вместе с вами. Прошу мне помочь собраться. Я очень надеюсь, что сегодня будет последний день вашего таёжного приключения.

– Николай, я подготовлю Мишу к перелёту и через пять минут буду готова вам во всём помочь.

Через 10 минут пилот вернулся после разговора с начальством и сообщил следующее: «Моё руководство внимательно выслушало мой доклад. Оно немедленно свяжется с милицией и прокуратурой для сообщения о катастрофе. Оно просит всех вас подготовиться к перелёту в Киренск. На сборы даю не более полутора часов. На вопрос, как я вас обнаружил, я сообщил, что мы, пролетая над тайгой, заметили избушку, рядом с которой было выложено еловым лапником слово SOS. Руководство одобрило мои действия».

Николай собрал оружие, патроны, охотничьи трофеи, включая соболей, мясо лося, рыбу, орехи и многое другое. Документы лётчика и бортжурнал, а также другие документы на вертолёт он уже отдал пилоту вертолёта. Аня собрала свои документы и вещи. Всего получилось двенадцать мешков. Николай вместе с пилотом всё загрузили в вертолёт. В избушке они оставили продукты, соль и спички, а также всю утварь для возможных гостей. До отлёта оставалось ещё сорок минут. Николай попросил разрешения отлучиться в тайгу для уничтожения ближайших ловушек на рябчиков и соболей, что он и сделал. Аня и Миша сели первыми в вертолёт. Николай оглядел всё вокруг, как бы мысленно поблагодарил тайгу за всё хорошее и после этого поднялся в вертолёт.

Во время полёта Аня сделала в своём дневнике последнюю, восьмую, запись: «12 февраля мы вместе с Николаем вырвались из таёжного плена и прибыли в Киренск». Через 40 минут они приземлились в небольшом аэропорту Киренска. На лётном поле их ждал представитель руководства полётами. Он провёл их в служебное отделение, где представитель милиции попросил их документы. Осмотрев их, милиционер удостоверился в их соответствии прилетевшим людям. Далее он попросил их немедленно проехать с ним в больницу для медицинского осмотра, а все их вещи будут храниться в аэропорту.