Чтение онлайн

Вот и на кухне меня встречают две пары оживлённых глаз. Мама с папой обернулись так резво и с таким интересом – я даже остановился на пороге.

– Иди скорей! – поторопила мама, ёрзая на стуле.

Вместо завтрака меня ждала чашка тёплой воды (предстояло полное медобследование, сдача анализов, поэтому есть воспрещалось) – вооружась ею, я с опасочкой приземлился в круг семьи.

Отец смотрел с гордостью, мать – с восторгом. Не знаю, что у них сидело в головах – может, как я сверкаю знаниями и умениями на собеседованиях? Или же в пух и прах поражаю всех своей гениальностью без всяких бесед? Я же скромно подтяну трусы и постараюсь забыть уничижающие взгляды юноши за стойкой, охотников в тренировочном зале, Главы Ассоциации в его кабинете.

– Расскажи поподробнее! – мама нетерпеливо замахала руками, словно хотела влепить мне по подбородку и заставить поднять нос выше.

– Да что рассказывать…

– О своём триумфе, – с иронией уточнил отец.

Но понимая, что от меня толка не добьёшься, он сразу же заглянул в газету.

– Как там всё было, что ты видел, о чём тебя спрашивали! – мама уточнила запрос.

– Ну… нормально… – с трудом глотая воду, мычал я. – Показал перекладину, пострелял…

– Стрелял уже! – умилилась родительница.

– Я и в школе стреляю…

– В школе предполагается, что ты об этом забудешь, – хмыкнул папа. – А здесь – это демонстрация важного навыка.

«Знания», «навыки», «склонности», «требования», «спрос», «предложения» – трясёт от этих слов!

– Ну вот я и продемонстрировал…

– Успешно?

– Ну вроде…

– Да из тебя и слова не вытянешь! – обижено воскликнула мама. – Господин Мичлав сказал, что ты очень хорошо себя проявил! Не удивляйся, мы его немножко задержали, когда ты пошёл к себе. И расспросили.

Она многозначительно покивала.

– Вы знаете, – не выдержал я, – они там все против моего появления.

– С чего ты взял, дорогой мой?!

– Да по их реакции! Плюс сам Глава Ассоциации выглядел… ну очень неодобряюще! Он сказал, что все мои характеристики ещё не значат, что я справлюсь, что шестьдесят пять лет назад всех охотников перекалечило и переубивало, и что по мне никто плакать не будет, если я решу не ехать!

Вывалив всё это, я с надеждой всмотрелся в лица родителей. Мама огорчённо и растерянно обернулась на папу – тот нахмурился.

– И что, ты боишься не справиться? – спросил он с ноткой требовательности в голосе.

– Не знаю… По идее, я там буду не один, а с Мичлавом…

– Тогда, может, ты боишься, что недостаточно хорошо будешь у него учиться, и тебя перекалечат и переубивают?

– Нет, я не идиот, конечно – никуда не собираюсь лезть…

– Так тебя волнует, что кто-то не будет по тебе плакать? Тебе нужно, чтобы везде, где тебя нет, все проливали бы слёзы?

Едкость, с которой это было произнесено, иглой впилась в мою гордость.

– Нет, я и не думал!..

– Хм, кажется, господин Мичлав составил им серьёзную конкуренцию. А у них легко получилось надавить тебе на психику.

– Ничего они мне не надавили! – вспыхнул краской.

– Раз ты не выдерживаешь даже такого – вряд ли тебе стоит с этим связываться.

– Я не сказал, что чего-то не выдержал! К тому же все решения уже приняты!

– Ладно, тебе лучше знать, – и отец склонился над газетой.

Мама с умилением вздохнула над нами обоими. Я же, проглотив остатки воды, попёрся к себе самым решительным шагом.

– Посиди ещё, ребёнок! – попросила мама, явно разочарованная отсутствием рассказов о моём вчерашнем дне.

– Мне надо хотя бы одеться! – проорал я уже на лестнице.

А-а-а, как же я зол!! Меня просто бесит!.. Чёртова одежда бесит – расшвыряю её по комнате! И вот это самое ещё!.. Что же именно?.. Что-то ведь адски меня злит…

Раскалённое железо тщеславия окунулось в ледяную воду разума.

Так. Кажется, на меня давят не только будущие коллеги.

Чувствуя накатывающее бессилие, я упал на кровать. Да что же это такое? Мне хотелось спросить у отца совета, а он просто применил ко мне один из своих мотивационных методов, которыми пинает своих подчинённых на пути к целям… Почему со мной нельзя поговорить по-человечески, почему я должен быть машиной для достижения результатов?

Скорей бы уже приехал Мичлав…

Поймав себя на этой мысли, я понял, что мне хотелось бы опять влиться в поток его устойчиво приподнятого настроения и грубоватых шуточек. Гипертимия Мичлава выглядит гораздо приятнее управленческих привычек отца…

Поэтому звонок в дверь обрадовал меня. Даже несмотря на все сомнения, связанные с правильностью принятого решения.

До отъезда в рейд ещё целых три недели. За это время я постараюсь всё разъяснить для себя как можно подробнее – и про предстоящую работу, и про личность работодателя. И если что – сам Глава Ассоциации дал мне разрешение отказаться.

Имея в голове данные мысли, на передовую я вышел со сдвинутыми бровями, настроенный серьёзно.

Трио взрослых встретило моё появление внезапным молчанием. Сразу стало так неприятно – будто они разговаривали о чём-то, чего мне слушать не надо. Нет-нет, это мне только кажется, хватит психовать.

– А вот и ты, братец, – Мичлав шагнул мимо родителей и, схватив мою протянутую руку, тут же перехватил её за плечо, – иди сюда, я с тобой уже сроднился. Я уже почти сроднился с вашим сыном, господа!

Мама смущённо поправила локон причёски и пожала плечиком.

– Он у нас ещё не сын.

– Но это вполне вероятно, – отец смотрел на меня как на дело рук своих.

– Так вы действительно хотите, чтобы я стал мужчиной? – я немного удивился.

– Как решишь ты! Мы не будем насиловать твою волю!

– Это буду делать я, парень, – заверил охотник, заглядывая себе под крыло, где я попросту терялся в его габаритах. – Ну что, чёрт возьми? Мы отчаливаем, остальным желаю удачно взорвать рабочие места! Парня верну вечером – истрёпанным до последней кишки, но целым.

Я с надеждой и страхом выглянул из-под его локтя – но родители ничуть не обиделись и даже не возмутились таким грубым и бесцеремонным словцам! Они, стоя в обнимочку, помахали нам с порога, а я опять, как вчера в школе, почувствовал себя угоняемым невольником. Как он это делает?! Весь боевой настрой вмиг улетучился, и я вновь испугался…

Солнце разгоняло румянец по молочному небу, ручка двери была холодной и мокрой от утреннего конденсата. Позавидовав окружающей тишине и спокойствию в домах соседей, я залез в машину, в уже разогретый запах антикора. Мичлав, бодрый и крепкий, как вымытое радиоактивное яблоко, бухнулся рядом, тут же стянул куртку, обнажая здоровые плечи.