Чтение онлайн

На этой фразе я замерла.

– Простите, Директор, но Ассоциация охоты здесь ни при чём, – решилась возразить, ведь эта тема пока оставалась для меня больным местом. – Я всего лишь стараюсь применить знания и навыки, полученные в школе.

– Разумеется, Леокади, и у вас это вполне получается, – в голосе Севолия послышалось снисхождение. – Покажите же свой план – глядя на вашу милую увлечённость, мне самому стало интересно во всём этом поучаствовать.

Конечно же, мой план был скорректирован начальством. Я-то уже навострилась засесть в мастерской за электронику, но оно посчитало, что для начала необходимо тщательно проработать теорию. И прежде всего о центре проекта – о влиянии излучения на мозг. Нужно изучить предмет, на который мы собираемся воздействовать – мозг квазиантропа. А также тот предмет, на который мы воздействовать не хотим – мозг современного человека.

– Но как же быть с квазиантропами?..

– Соображайте, Леокади, это ваша ответственность.

Затем предстояло взяться за излучение – понять на каких именно частотах оно работает, какие из них нам нужны, а какие следует заблокировать. Затем – КАК их заблокировать (регулятор частот). КАК увеличить мощность прибора настолько, чтобы охватывать крупную площадь (усилитель). Все прочие части сложности не представляют, за них можно взяться, когда станет ясно, что всё самое проблемное осуществимо. В тот же момент можно будет браться за стратегию применения излучателя на местности – это было моё личное предложение, родившееся из опыта прохождения рейда! Мне пришлось разъяснить слушателям, как много значит стратегия в охоте и что вообще она из себя представляет. И, выслушав, начальство пришло к выводу, что, пожалуй, это не просто важно, а заключает в себе половину успеха. Но это, пожалуй, останется на потом – а для начала надо создать сам прибор, вы согласны, Леокади?

Мой излучатель существует пока только в виде черновиков – по сути, детских рисунков. Теперь нужно вывести эти черновики в реальную разработку, подкреплённую теоретической базой и рабочими чертежами. Мне было велено самостоятельно распланировать ближайшие шаги, согласовать их с наставником. И согласовывать с ним каждый из практических экспериментов – строго, никакой самодеятельности! Потому что до поры проект бескровной охоты останется в секрете – от сотрудников, от прессы, от общественности, от Ассоциации квазиантропной охоты.

Я воспарила до небес! Работа обрела конкретные очертания! Я доказала, что источник излучения работает! Да и сама в этом убедилась.

В отдел я вернулась встрёпанная и счастливая. Села перед компьютером.

Господи… СКОЛЬКО ЖЕ ВСЕГО ПРЕДСТОИТ!!!

Но это не пугало! Я всё сделаю! Я всё сумею!

На сознание накатила и волна признательности к нынешнему руководителю. За его мудрое решение направить древнюю технологию во благо, за доверие ко мне, за высокую оценку. Может, он и посмеивается над моей восторженностью – так, наверное, я и выгляжу смешно! Потому что на почве распирающих меня эмоций часто стала забываться и вести себя слишком уж вольно. Надо прекращать! Надо помнить о правилах поведения, иначе рискую совсем разболтаться благодаря тому особому вниманию, которое получаю от окружающих как «ты же Леокади Алисар». Рискую разболтаться и… превратиться в Мичлава, который считает, будто ему позволено всё. Ну уж нет.

Решительно выдохнув огонёк гнева, возникший от одной только мысли о бывшем наставнике, я обернулась на зал за спиной. Ребята-помощники занимались своими делами, в том числе и болтовнёй за чертёжными столами. Кто-то чертил в плоскости, кто-то уже выполнял объёмные модели, раскручивая их через проекцию. Старшие где-то вдалеке о чём-то совещались.

За две недели обстановка ни разу не показалась мне натянутой или враждебной. Никто не выглядит напряжённым или усталым. Никто не торопится, но и не бездельничает. Прочие сотрудники Ведомства, которых я встречаю в коридорах, ведут себя обыкновенно, кто-то меня узнаёт, улыбается и здоровается. Но всё же, их руководитель, Директор Севолий, кажется очень странным человеком! С Неоланом, который старше его раза в два, он общается с той же прохладной иронией лидера, что и со мной, которая его в два раза младше. Из-за малой эмоциональности он похож на голограмму, а не на человека – без возраста, склонностей и личного времени. Его манера держать себя – специфическая и давящая – абсолютно не вяжется с той свободой и комфортом, что я вижу вокруг! Газеты пишут о нём, как о самом результативном директоре Ассоциации преобразования, и людям, похоже, нравится с ним работать! И, кажется, мне тоже нравится…

Я с налёта вломилась в новоприобретённый план работ! Разбила его по шагам, насколько хватило соображения, переслала Неолану – он внёс некоторые поправки. Необыкновенная и непривычная свобода действий подхлёстывали и вдохновляли. Мне доверяют такое серьёзное дело и воспринимают при этом как совершенно взрослого человека! Никаких щенков и «чтоб через десять минут спала»!

Мне очень захотелось доказать, что я достойна такого отношения.

– Леок, ну как? Завтра идёшь с нами?

– Ага…

– Ты такая радостная – что, всё получилось?

– Всё получилось… А? Что, прости?

Едва сумев оторваться от компьютера, я рассеянно посмотрела на человека рядом с собой – это была Ая на своём стуле. За её спиной лениво вращалась дырявая проекция какой-то детали.

– Да, всё, кажется, наладилось, спасибо, – я смущённо зачесала в затылке, боясь как бы коллега не посмотрела на мой монитор.

Но она посмотрела, разумеется.

– «Классификация электромагнитной активности мозга»? – и даже не попыталась скрыть, что прочитала там написанное. – Ого! Ну у тебя и тематика! Ладно, не буду отвлекать, тебя, мне кажется, аж трясёт, как хочется работать.

Я виновато улыбнулась, а девушка только махнула на меня рукой.

– Мы тут все так же носились, когда только пришли. А потом привыкаешь и уже не так восторгаешься. Ну да это нормально, ещё в школе проходили. Вот тоже год проработаешь, станешь всё спокойнее воспринимать.

Это вряд ли, подумалось мне. Но я продолжала вежливо улыбаться.

– Нет, мне, конечно, у нас очень нравится, но ведь надо соблюдать баланс между работой и личной жизнью, верно? И тут это разрешается! Так что завтра после работы чешем всей командой в клубешник. Оденься поудобнее, – шепнула она мне напоследок и откатилась обратно к своей незаконченной модели.

Проводив её автоматической улыбкой, я опять вперилась в монитор.

Итак, перво-наперво предстояло понять, как именно излучатель будет влиять на мозги. Для справки мне была доступна вся электронная библиотека Ассоциации преобразования! Вся в целом! Это тоже было знаком высокого доверия. И конечно, материалы сети, находящиеся во всемирном доступе, тоже имелись под рукой. Я сразу нашла всю необходимую информацию о мозге современного человека, Homo sapiens prosperus. И даже список частот активности каждого отдела нашего мозга. И всю историю изучения данного вопроса. Разумеется, там было сказано, что наш мозг значительно эволюционировал.

А вот с мозгом квазиантропа всё оказалось сложнее. Имелось его описание, даже весьма подробное. Но списка частот, на которых он функционирует, нигде не было. Наверное, потому что живых квазиантропов никто никогда не исследовал, только мёртвых. Хотя! Оживить мёртвый мозг для экспериментов вполне возможно. Но заходил ли кто-нибудь из учёных так далеко?

Я рыла мировую сеть более суток. Даже не могла заснуть – рыла и ночью. А утром, испросив разрешения у Неолана, даже написала официальный запрос в Мировой Центр Изучения Квазиантропологии (от его имени, чтобы не вызвать шума). И почти сразу они прислали ответ, что электромагнитную активность мозга зверя никто никогда изучать не брался.

Это означало – надежды получить необходимые данные нет. Окончательно и бесповоротно.

Что же делать?..

Соображайте, Леокади.

Цвела пятница, сквозь стеклянные стены проливался солнечный свет. Ребята за спиной предвкушали сегодняшний вечер и совсем не хотели работать. Кто-то из старших даже сделал им замечание.

– …Леока, нам тебя в пример только что поставили!

– А? Что?..

– Сказали, что ты вот без надзора наставника и то работаешь, как полагается.